Не буди во мне орка (СИ) - Лина Амато

его энергия, собранная за годы роста высвобождается, и я присваиваю ее. Затем я могу ее использовать для создания материальной энергии жизни, в том числе. Драконы же брали энергию из собственных резервов и переводили ее в материю, тем самым создавая себе огромное тело. Чем магически сильней дракон, тем он был крупнее. У драколинов нет столько магии и сам способ перевода заблокирован проклятьем, но теоретически они могли бы обернуться при определенных условиях».

Выходит Годард создал такие условия. А энергию он получил от огрусов! Следовательно, нужно развоплотить паразитов засевших в его теле, магической энергии станет недостаточно, и он вернется в человеческую форму. Только как это сделать?

Все эти мысли пронеслись в голове за секунды, но показались мне вечностью.

Нужно оценить обстановку. Я перевернула Амареля и сняла с него Рум-очки. Надела их и мир вокруг меня погрузился в бордовый туман.

Как будто со стороны увидела Ренарда, с ног до головы покрытого кровью. Он расчищал дорогу ко мне, таща на плече бессознательного Оюна. Килиан со своим отрядом бились со зверями, управляемыми паразитами у самого леса. Среди них я засекла Гуилла. Зараженных изменников скрутили и согнали в кучу на границе поляны. Часть бывших «батареек» остались их охранять. Фириэль и Аделард поднимались с земли метрах в двух от меня. Их и Ренарда разделяла вторая группа хищников. А над поляной, как огромная стая ворон кружили бордовые энергетические сгустки огрусов. Боже, как же их много!

Мой драколин был похож на берсеркера, разметающий все вокруг себя. Он врезался в море хищников с нечеловеческим рычанием и раскидывал их со своего пути быстрей, чем я успевала следить. Но все равно продвигался слишком медленно. Из убитых зверей огрусы поднимались вверх и кружили, ища еще живое вместилище. Часть их вливалась и в без того переполненных изменников. Если так пойдет дальше, мы получим еще драконов!

Фириэль тоже увидел это и сложил два плюс два. Он направил клубы некротической магии в их гущу. Из его носа потекла струйка крови. Аделард сновал вокруг него, не давая клыкастым обитателям аномалии подобраться к дроу. Дракон смотрел на это, склонив голову, как будто с любопытством. Уверен в своей неуязвимости. Портал за ним подернулся рябью. Возле одной из опор Грык и Грок обрывали провода, отключая стабилизирующих врата магов зарниц. В запале боя про них забыли. Несчастные дергались в конвульсиях, но были живы. Портал продолжал работать, хоть и с перебоями. По крайней мере, оттуда новых огрусов появлялось все меньше. Нам бы с уже находящимися здесь разобраться. У нас только один некромант, и тот скоро отключится от магического истощения.

Дракон лениво шевельнул хвостом, и мальчишки отлетели на несколько метров. Вот же гад! Играет с нами, как кот с мышью, прежде чем сожрать. Дракон ухмылялся и это, что-то перевернуло у меня в душе.

Когда я расспрашивала Оюна о гибели настоящей Этери, он рассказал, про запретный ритуал, которым Годард воспользовался для выкачивания магии. Он объяснил, что при желании маг может и добровольно поделиться своей силой с другим магическим существом. Только это опасно, так как остановиться вовремя и не выгореть очень сложно. Тогда меня интересовало все о магии, и конечно я нашла этот ритуал.

Ну что ж, витл Годард как тебя там Реманийский, я тоже быстро учусь. Ты сам сказал, что во мне много силы, собранной многими поколениями рода Имарель. Я посмотрела дракону в глаза и хищно улыбнулась. На его морде отразилось удивление.

Я скинула щит и протянула канат силы из своего истока к Фериэлю, а затем призвала всю свою магию. Сила потекла к дроу. Это было так больно! Все, чем я была, все, что делало меня живой, выплескивалось из меня. Магические нити, скрепляющие душу и тело рвались, причиняя страдание. Золотое солнце у меня в груди стало разрастаться, пока не взорвалось сверхновой, сметая всех кружащих огрусов в радиусе нескольких километров. Остальной поток силы Фериэль распределял между зараженными.

По подбородку потекло что-то теплое, и я поняла, что это моя кровь. Сил не осталось. Я стала заваливаться на бок. Меня подхватили близнецы и опустили на землю рядом с Амарелем.

— Камень в портале… Моя кровь… Нужно разрушить… — Прохрипела я.

— Разрушить, эт мы можем. — Хмыкнул Грык.

— Балда, мажь ее кровью руки, скомандовал Грок.

Они дотронулись до моего лица и исчезли. Краем глаза я успела засечь бирюзовую вспышку там, где в последний раз видела Ренарда и я провалилась в пустоту.

Глава 50 Терри Бат

Увидев знакомое марево, и сменяющие друг друга картинки я даже не удивилась. Только сказки заканчиваются словами «и жили они долго и счастливо…». Моя же сказка закончится там, где и началась. Я опустилась на землю. В голове крутилось обещание данное Рену, всегда возвращаться к нему.

— Прости, в этот раз не смогу, — прошептала я.

— Ты закончила себя жалеть, или нам еще подождать? — услышала я знакомый голос.

— Могир! — я подскочила, резко развернулась и оказалась стиснута в медвежьих объятиях. Они казались такими родными. Неожиданно для себя я расплакалась.

— Ну, ну, не реви. — Он неуклюже гладил меня по спине. — Ты справилась, девочка.

— Тебе ли не знать, что никакая я не девочка, — горько усмехнулась я, — и ни с чем я не спра-а-вилась, раз я здесь.

— Посмотри на себя, глупенькая.

Скосила глаза на свои руки, и икнула от удивления. Я осталась такой, какой привыкла видеть себя на Дракаре. Я-то ожидала увидеть себя человеком, как при нашей прошлой встрече.

— Ты больше не Эра. Здесь душа предстает в том обличии, кем себя считает, — подтвердил Могир мои догадки. — Так, что ты наша девочка, не спорь.

Гвен, ну сделай уже что-нибудь с этим слезным потопом!

Я почувствовала легкое прикосновение и услышала мелодичный голос:

— Дай дочке сбросить напряжение, слезы очищают. Ей нелегко пришлось.

— А где Этери? — спросила я.

— Здесь, — я повернулась на голос. Рядом стояла девушка, такая, какой я ее запомнила, но что-то было не так.

Я смотрела на Этери и не верила своим глазам. Я должна быть ее копией, но мы были совершенно разными! Нет, общие черты конечно присутствовали. Пшеничные волосы и курносый нос с россыпью веснушек были на месте. На этом сходство заканчивалось. Я больше не видела своего отражения. Глаза девушки напротив, были совсем другими. В знаменитых глазах рода Имарель не было далеких звезд. Ее искры были похожи на капельки меда. Такие же теплые капли я видела глазах Гвенаэль. Мои же, были колючими, и иногда превращались