Северная королева (СИ) - Верещагина Анна Верещагина

— Что? — бросила на них недоуменный взгляд.

Дуг сразу отвернулся, хотя видел перед собой парня, а Зорян, сурово сдвинув брови, произнес:

— Ты это… иди первой! Мы покараулим!

— Не понимаю… — начала я высказываться, но была остановлена его раздраженным советом:

— Сними на пару минут свою игрушку! Не нравится она мне! Считаю, так будет лучше!

Пожала в ответ плечами, в целом я была с ним согласна, но не видела смысла тратить лишнее время. Если все получится, как нужно, то совсем скоро мы пересечем мост, и я смогу вернуть себе прежний облик, позабыв о медальоне.

Купальня оказалась огромной. Это было царство эха, воды, загадочных теней и липкого пара, поднимающегося над источниками. Холодная вода стояла отдельно, в больших чанах, которые наполнялись из желоба, протянутого вдоль одной из стен. Откуда она подавалась, мне было неважно, и я отыскала для себя укромное местечко в самом дальнем конце, сняла медальон, не убирая его далеко, погружаясь в горячую, слегка пузырящуюся воду. Ни с чем несравнимое блаженство — ощутить нежные прикосновения водных струй! Я и забыла, как хорошо купаться в нагретой водице. Чудилось, вся усталость, все напряжение медленно покидали тело, и услужливые воды уносили плохое прочь. Шипение пара, журчание бегущей воды звучали, будто музыка, успокаивая и настраивая на мирный лад. Я расслабилась и прикрыла веки, на несколько минут поддавшись окутавшему меня блаженству, забывая о том, где нахожусь. Потом взяла щелок, пусть это и не дорогое мыло, но я с удовольствием промыла им свои длинные волосы. Вновь погрузилась в воду по самую грудь, надеясь отдохнуть от всех бед и тревог, но тут дверь открылась, и послышались громкие голоса Зора и Дуга. Мужчины явно предупреждали меня, потому спохватилась, запаниковала и уронила кулон в воду. Нырнула с головой в стремительный поток, чтобы скрыться от входящих и одновременно отыскать медальон, безостановочно проводя рукой по каменному дну.

Выныривать пришлось, во-первых, потому, что необходимо было сделать вдох, а во-вторых, потому что этого требовало любопытство. Прячась в тени, выглядывая из-за камней с особой осторожностью, я увидела нескольких купающихся парней. Дуг стоял, повернувшись спиной ко мне, обливаясь холодной водой.

— Так я и знал! — позади послышалось тихое, недовольное восклицание Зоряна. Далее последовал закономерный вопрос. — Где?

Я снова нырнула, не желая отвечать, и уже под водой увидела, что Зорян опустил свою руку, желая мне помочь. Наши ладони столкнулись, и я поспешила отдернуть свою, а затем вынырнула, скрываясь от всех, кроме оборотня, за камнем. Его я видела отчетливо, бесстыдно наблюдая за стекающими по мускулистому телу водными каплями. Все вниз и вниз, а затем опять вверх, пока не столкнулась с жадным, опьяневшим мужским взором. Одернула себя и собиралась отвернуться, но в этот момент Зор вынул из воды мой медальон. Я и опомниться не успела, как Зорян скользнул ко мне в поток и, подобравшись совсем близко, надел на шею украшение. Слабо поблескивающий круг удобно разместился между моих грудей, которые буквально приковали к себе мужской взгляд. Я почувствовала себя неловко, наверное, впервые за долгое время, так как отвыкла стесняться своей наготы. Потому щеки опалил румянец стыда, пока я лихорадочно вспоминала образ придуманного парнишки, не смея поднять взор, глядя только на медальон. И была во мне уверенность в том, что Зорян сейчас с трудом сдерживается, чтобы не накинуться на меня, ломая себя в очередной раз. Сглотнула и услышала тяжелый вздох, а затем вода всколыхнулась, сообщая, что Зор отошел.

«С возвращением, Ган!» — облегченно выдохнула я, и отвернулась, страшась встречаться глазами с оборотнем, опасаясь снова заметить его боль, его душевные переживания и разумно признаваясь самой себе в том, что чувства Зоряна мне не безразличны.

Наверное, отец, да и прочие, осудили бы меня за то, что смирилась, приняла сумеречного в свою жизнь. И пусть былая любовь угасла, но Зор эрт Маэли, мой первый жених, оставался для меня таким же дорогим человеком, каким был и раньше. Быть может, я просто цепляюсь за прошлое, чувствуя в нем основу, опору для того, чтобы выстоять в настоящем? Возможно, желаю видеть то, чего нет или мечтаю о том, что никогда не осуществиться? И все равно держусь!

Раздумывая, невидяще смотрела вперед на обнаженные, крепкие тела защитников Сторожевого замка, невольно сравнивая их со своим нынешним обликом. Недаром, встреченные мужчины скептически отнеслись к моей затее, я выглядела по сравнению с выучениками жалко и худосочно. «Однако, — шепнул некто незнакомый в моей голове, — ты сумела победить!» И я горделиво ухмыльнулась, а затем почувствовала крепкие руки на своих плечах.

— Чего интересного увидела? — притянул к себе и шепнул на самое ухо Зорян, а я с нескрываемым удивлением расслышала в его голосе ревнивые нотки.

Обернулась и оттолкнула от себя мужчину, зло прошипев при этом:

— Отойди! Иначе напридумывают себе невесть чего!

— А пусть думают, что хотят! Или ты считаешь, что в Сторожевом замке нет мужеложцев?! Как ты ошибаешься, моя королева!

— Эрт Авер? — с недоверием попыталась узнать я.

— Эрт Огест, к примеру — пакостно улыбнулся оборотень, и я помотала головой, но на всякий случай вылезла из источника, отправляясь к чанам с прохладной водой, чтобы ополоснуться.

В раздевальне Зорян подошел к большому ларю, вытащил из него пару портков и нижнюю тунику, протянул их мне. И опять в моей душе поднялась волна необъяснимого раздражения: «Чего это он? Я не маленький?! Дугу не помогает, а за мной, как мать родная, увивается!» Прикусила язык, осознав каждое из непроизнесенных слов. Выхватила одежду и, наскоро вытершись губой холстиной, натянула исподнее на влажное тело. Когда принимала из его рук штаны, то гнала прочь все мысли — не хватало еще остаться парнем на веки, изменившись не только внешне, но и внутренне!

После купальни Зорян повел нас с Дугом в трапезную, расположенную на первом этаже замка. Это был огромный зал, его пол покрывала чистая солома, изысканной мебели здесь не наблюдалось — кругом царила грубая простота. Впрочем, за чистоту и отсутствие собак, снующих меж столов, следовало поблагодарить и Хранителей, и хозяев крепости. Посуда деревянная, еда сытная — много хлеба и жареного мяса, а еще кувшины с пивом. Я попросила воды, и Зорян с неодобрительным вздохом отправился на ее поиски.

Перед предстоящим дежурством требовалось несколько часов поспать, и я, сытая и довольная, разместилась на узкой койке, прикрывшись тонким одеялом. От холода в замке не страдали, скорее, наоборот, здесь было довольно жарко. Мерещилось, что огонь Меб до такой степени раскалил прочные стены, что они светятся изнутри красным светом.

Мое дежурство началось, и по узкой лесенке мы с Зоряном поднялись на стену. На башнях горел огонь, освещая местность, вот только я равнодушно взирала и на каменный мост, и на огненную реку. Отдельные языки пламени плясами, поднимаясь высоко над каменным берегом, трогая стены крепости, опаляя их, делая чернее. От того, что на самой стене было еще жарче, чем в замке, по лицам потекли струйки пота, впитываясь в плотную одежду, и стоило еще возрадоваться, что я не последовала примеру остальных охранников, одетых в тяжелые кольчуги. Где-то в глубине сознания мелькнуло — вот уж дикость, только память всколыхнулась, нарисовав жуткие картины нападений. Мальчишке, впервые взошедшему на стену, стало ясно, почему защитники одеты именно так, а не иначе. Раскаленный воздух жег легкие, вызывал едкие слезы, сквозь которые я смотрела вдаль. Там, за длинным арочным мостом, клубилась мгла, которую порой разрывали вспышки. Это защитники время от времени пускали горящие стрелы, чтобы можно было заметить опасность, а потом предупредить остальных.

Мне подали большой ясеневый лук, и я невольно поглядела на мужчину. Смолянисто-черные волосы защитника спускались ниже подбородка. Квадратная челюсть, мощная шея, суровый взгляд заставили меня моргнуть и отпрянуть.