Сбежавшая невеста - Анна Сил

Лина взвизгнула. В ярости топнула ногой. Ее лицо исказилось от злобы, стирая всю красоту. Но она быстро сумела взять себя в руки и зарыдала. Крупные слезы катились по щекам из широко открытых глаз.

— Как ты можешь? — всхлипывала она. — Я ведь так тебя люблю.

— Комнату пока оставь за собой, — отрезал я, развернулся и пошел на выход.

Настроение было паршивое. Хотелось завыть на сияющую в небе луну. Я вышел во двор, свистом подзывая к себе Фаркаса. Волк черной тенью метнулся ко мне и преданно заглянул в лицо.

— А не пойти ли нам на ночную охоту? — задал я риторический вопрос.

Фар одобрительно оскалился, демонстрируя убийственный ряд белых клыков, и двинулся к воротам. Мы выскользнули из замка и растворились в быстро сгущающихся сумерках.

Глава 5

Беатриса

Ужин оказался еще изысканнее, чем обед. Я пробовала одно блюдо за другим, с наслаждением смакуя незнакомые деликатесы, пока Даниэль с кислой физиономией ковырялся в полупустой тарелке. Наверное, стоило поблагодарить его за новые платья. И я честно собиралась это сделать, пока он не полез со своими непристойными замечаниями. Неужели так необходимо каждый раз напоминать мне о свадьбе?! У меня другие планы!

Все было готово к побегу. В комнате ждал верховой костюм с теплым плащом, немного с большим трудом накопленных денег, оставалось только незаметно выбраться из замка. Я хорошо запомнила карту, так что могла найти дорогу даже в темноте. Зато меня не хватятся до самого утра, а за это время я успею добраться до ближайшего поселения и попроситься в дилижанс.

Мое хорошее настроение не укрылось от окружающих. Кибела бросала на меня одобрительные взгляды, изредка одаривая своей теплой улыбкой. Если я о ком и буду жалеть в этом замке, так это о ней. А вот Лидия и Лукреция так и кипели от злости. В отличие от Даниэля они сразу поняли, что платье на мне старое. Умелые руки портнихи сумели сделать из дешевого наряда настоящий шедевр портного искусства. Насколько я не разбиралась в тканях, но даже мне было ясно: одна только вышивка на лифе моего платья стоила дороже, чем весь наряд Лидии. Они с тетей осмотрели меня с головы до ног и не смогли удержаться от колкостей.

— Мам, только взгляни, какая отделка. Мне такая куда больше пошла бы! — надула губки Лидия.

— Этот материал хорошо подходит женщинам постарше, а с твоей чудесной кожей лучше носить что-нибудь стильное и яркое, — выдала Лукреция в ответ, пренебрежительно махнув рукой.

— Чудесный наряд! — тихо добавила Кибела, тепло пожав мне руку.

Даже усевшись за стол, они продолжали бросать на меня недобрые взгляды.

После мясных блюд последовали десерты, а когда и с ними было покончено, лорд объявил окончание трапезы. Я поднялась из-за стола и под неодобрительным взглядом дяди отпросилась к себе в комнату. За целый день мы не перекинулись с ним ни словом. Я нарочно избегала общения. Что я могла ему сказать?! Что не ожидала такого предательства и вряд ли когда-нибудь смогу простить. Какое это теперь имеет значение?! Я все равно решила бежать.

Через пару часов замок погрузился в тишину. Я переоделась в черный костюм и выскользнула за дверь. Не встретив никого на лестнице, спустилась во двор. На небе серебрилась почти полная луна, освещая пустынную площадь перед замком. Мне повезло. Стражники дремали на посту. Стараясь не стучать каблуками по каменной мостовой, я подкралась к калитке. Она оказалась открытой. Я потянула за ручку, старые петли тоскливо скрипнули. Замерла, испуганно оглядываясь на охрану, но мужчины мирно посапывали, не реагируя на звук. Со вздохом облегчения я выбралась наружу.

Со стороны леса потянуло холодом и сыростью. Где-то закричала дикая птица. Я невольно поежилась и плотнее завернулась в плащ. Ночью в лесу страшно. Особенно в угодьях вампиров, куда обычным людям вход запрещен. Мне предстояло спуститься до развилки, там направо и вниз. Под горой взять влево и дальше уже совсем нестрашно. Идти прямо по широкой дороге до самого города.

Первые двести метров я проскочила легко, с трудом сдерживаясь, чтобы не запрыгать от радости. Но дальше дорога повернула и заскользила по краю обрыва. Справа поднималась отвесная скала, а слева, пугая до одури, зияла черная пустота. Прижимаясь ближе к камням, я брела, аккуратно переставляя ноги и стараясь не смотреть туда, где из темноты проглядывали редкие макушки сосен. Неожиданно где-то наверху послышался треск ломающихся веток. Я испуганно вздрогнула, но продолжила путь. Звук повторился, но теперь снизу. А потом еще и еще, заставляя сердце бешено прыгать. Кто-то или что-то двигалось совсем рядом. На пустой дороге я была как на ладони в тусклых лучах луны. Прибавила шаг, стремясь скорее добраться до развилки. Там можно спрятаться среди деревьев, запутать следы.

Треск стал громче и, кажется, еще приблизился. Но ведь это невозможно?! Там отвесные скалы. Сердце в груди бешено колотилось. Ладони стали влажными. Я испуганно вжалась в холодный камень. Нечто замерло над моей головой. Казалось, я слышу его дыхание. Сколько я не убеждала себя, что это только фантазия, тело била мелкая дрожь. Я подхватила полы плаща и побежала что было мочи.

Не успела преодолеть и сотни метров, как мне наперерез выпрыгнула нечисть. Что-то подобное я видела на картинке в книге у дяди. Чернее ночи, огромное, бесформенное, с алыми горящими глазами. С воплями “демон” я отпрянула от чудовища, споткнулась в темноте о камень и полетела в пропасть. По лицу хлестали колючие ветки, а я все падала и падала, истошно крича.

— Тихо! Весь лес перебудишь, — раздалось у меня над ухом.

И только тут я сообразила, что уже никуда не лечу, а стою на ветке, удерживаемая крепкой мужской рукой.

— Там демон, — прошептала я Даниэлю, заглядывая в глаза и цепляясь руками за кожаную куртку.

— Не может быть. Это наша территория. Они тут не появляются. И потом Фаркас обязательно бы его почуял, — вторя мне, глухо прошептал мужчина, едва сдерживая смех.

Боги, я приняла волка за демона. Упала с обрыва и теперь вешу на дереве, прижавшись к жениху. “Ты на дереве, а земля очень и очень далеко”, — настойчиво напомнил мне мозг. Стоило отодвинуться от вампира и придумать вразумительное объяснение ночной прогулке. Но вместо этого я зажмурилась и прижалась еще сильнее, обхватив его за шею обеими руками.

— Беата, мне очень льстит твоя неожиданная пылкость, но еще