Я за тебя умру - Светлана Щуко

— Сколько времени осталось?

— У вас есть ещё год, потом проход закроется, только через десять лет опять сомкнутся параллели, и вы сможете уйти.

— Как мне теперь добровольно её заставить быть проводником? Дьявол! А если её опоить зельем каким?

— Нет господин, её решение должно быть добровольно, только так по-другому не сработает.

— Значит она сейчас в компании графа? — маркиз усмехнулся. — Время ещё есть, я знаю, что мы будем делать!

* * *

Мы были в дороге уже несколько часов, день клонился к вечеру.

— Мы скоро прибудем к пограничью, переночуем и уже к обеду будем в баронстве Смита. Вам баронесса лучше так и оставаться в одежде мужчины. Пока мы не приедем в поместье барона. — сухо сказал виконт.

После недавнего нападения, виконт как-то изменился, стал замкнут и старался без нужды не общаться со мной.

Дорога проходила среди полей засеянной пшеницей, золотое море колосьев простиралось почти до самого горизонта. Монотонный шаг лошадей и молчание виконта стало раздражать.

— Виконт, эта дорога нас приведёт к деревне, где мы планируем остановится?

— Да, баронесса, где-то ещё с час и мы будем на месте.

— Отлично! Буду ждать вас там! — и пришпорив Серебренную пустила её в галоп.

Селение, которое я ожидала увидеть, скорее напоминала маленький уютный городок, чем деревню. Мощеные улицы, каменные домики с палисадниками утопающие в цветах, жители в опрятной, добротной одежде, бегающие чумазые и счастливые дети. Остановилась у двух дородных женщин о чем-то эмоционально судачащих.

— Доброго вечера уважаемые! Не подскажите, где в вашем селении можно остановится на ночь? — товарки замолчали, окинув меня заинтересованным взглядом. Та, что была помоложе подбоченилась и с очаровательной улыбкой ответила.

— Да хоть у меня! Я женщина вдовая, молодая, горячая! Давно у меня таких безусых красавчиков не было! — она подмигнула своей подружке и обе покатились со смеху.

— Благодарю милые дамы, но я, к сожалению, не один, скоро прибудут мои братья, и мне велено харчевню найти. — подвигала бровями с улыбкой на лице.

— Так ежели твои братья такие же красавчики как ты, можно и всех принять! — она захохотала.

— Господин, езжайте прямо, и увидите вывеску “Харчевня

дядюшки Тома "Хозяйка там приветливая, еда вкусная, постели мягкие. — сказала другая женщина и подпихнула молодуху в бок.

Я поблагодарила и тронулась в направлении харчевни. В вдогонку мне прокричала вдовушка.

— Если молодой господин передумает, мой дом второй после рынка. — и они опять захохотали.

По прошествии пяти минут неспешной езды моему взору предстал двухэтажный каменный дом, украшенный деревянной вывеской, подвешенной на толстых цепях. Рядом с домом располагалась длинная коновязь, у которой мирно стояли несколько лошадей, лениво пережёвывая овёс.

Я спешилась, и ко мне подбежал мальчик, который, взяв Серебряную под уздцы, повёл её к стойлу.

В заведении царила атмосфера тепла и уюта, а воздух был пропитан ароматами еды. За стойкой стояла дородная женщина с румяными щеками и приветливым лицом.

Я подошла к стойке. Приветствую вас, господин! Чего изволите?

Я замялась. — В скором времени должны прибыть мои братья, и мы намеревались снять комнату на ночь, а также отужинать. — Сколько вас будет, сударь? — Я, три мужчины и служанка. — Могу предложить две комнаты. Одна с тремя кроватями, другая с одной широкой. К сожалению, всё остальное занято.

— Что ж, в таком случае, оставьте их за нами, а я пока подожду своих. Я расположилась за столом у стены, огляделась, пока вела беседу с хозяйкой, за это время народ продолжал прибывать. Становилось шумно. Ко мне подошла девушка, скромно и чисто одетая, и присела в знак приветствия. — Что изволит господин? — спросила она. — Кружку сидра, — ответила я. — Благодарю! Девушка поспешила выполнить заказ.

В ожидании своих спутников я не заметила, как опустошила бокал сидра. Подняла руку, и ко мне тотчас устремилась та же самая девушка.

— Дорогая, не могла бы ты повторить?

Сидр обладал изысканным вкусом и тонким грушевым ароматом.

Потягивая второй бокал, я окидывала взглядом посетителей заведения. Столы были преимущественно заняты, по-видимому, местной публикой, но за некоторыми из них сидели мужчины весьма обеспеченного вида. Моё внимание привлекло небольшое возвышение на нём располагался молодой человек, по всей видимости, местный бард. В руках у него был инструмент, похожий на гитару.

У самого входа расположилась изрядно подвыпившая компания, и один из её представителей поднялся и направился к менестрелю. Он что-то сказал ему и бросил монету в стоявшую рядом плошку. Молодой человек склонил голову, присел на скамью, заиграл на музыкальном инструменте и затянул песню. Именно этого я и ожидала — это была мрачная и суровая баллада. Я вздохнула и сделала ещё глоток.

С каждым новым глотком песни становились всё более мрачными, а атмосфера — всё более гнетущей. Допив вино, я решила предпринять попытку изменить ситуацию. Третий бокал придал мне сил и решимости сделать обстановку в таверне более радостной. Я поднялась и, пошатываясь, направилась к певцу. Юноша, выслушав меня, пожал плечами и принялся подбирать мотив, который я ему напела.

Я взошла на возвышение подле барда и во всеуслышание провозгласила:

— Песнь!

И в зале воцарилась безмолвие.

И я, не колеблясь, запела во весь голос, поддерживаемая аккомпанементом инструмента певца.

Меня зовут юнцом безусым

Мне это право,

Это право, все равно

Зато не величают трусом

Давным-давно

Давным-давно

Давным-давно

Иной клянется страстью пылкой

Но коли выпито

Коль выпито вино

Вся страсть его на дне бутылки

Давным-давно

Давным-давно

давным-давно

Со второго куплета нетрезвая мужская публика начала активно подпевать мне. Я, ещё более воодушевившись, запела во всю глотку.

Над нами слава дымом веет

Но мучит только

Мучит только нас одно

Сердца без практики ржавеют

Давным-давно

Давным-давно

Давным-давно

Влюбленным море по колено

Я с ними в этом

С ними в этом заодно

Но караулит всех измена

Давным-давно

Давным-давно

Давным-давно.

Мужички повскакивали со своих мест и, притопывая ногами, во весь голос загорланили песню вместе со мной.

Допев, услышала со всех сторон выкрики.

— Парень, давай ещё!

Подняла палец вверх и сказала: «Один момент, мне надо промочить горло», — под общий хохот махом допила третий бокал. Опять поднялась на постамент и, шутливо поклонившись, запела ту же песню. Такому успеху мне бы позавидовал сам Киркоров. Зал неистовствовал!

На последнем куплете совсем нетренированное тело баронессы от выпитого дало сбой, меня повело, и я стала падать. В