Космо-котики, или Два босса для землянки - Ольга Грон

— Я все прекрасно понимаю. Но иногда возникает чувство, что нас заманивают в ловушку. Не знаю, почему такое ощущение странное, — схватился за голову Алландэр. а потом резко встряхнулся. — Нужно вести себя на празднике предельно осторожно, и наших предупредить, чтобы не ввязывались в конфликты. А еще вколоть себе мультиблок от местных продуктов, если нас все же заставят что-то пробовать, как дань ритуалу.

— Все сделаем, не переживай, — хлопнул его по спине Вэйлис.

Пока они говорили, я наконец-то осмотрела апартаменты: просторную комнату с причудливой мебелью, сундуками вместо шкафов. Никаких люстр не имелось, под потолком летали светящиеся шарики. Небольшое окно выходило на пруд с причудливыми растениями, рядом стоял обеденный столик.

Кровать (прилично помятая после нашего поединка с Ульфином) застелена покрывалом, сотканным из множества цветных нитей. Я снова подняла взгляд на потолок и вдруг заметила в одном из шариков глазок камеры. Я хотела сообщить об этом Ларсу, пока он не сказал ничего лишнего, но не знала, как это сделать. И меня это сильно беспокоило. Не показывать же на камеру пальцем. А тут наверняка еще и прослушка стоит.

Но делать нечего. Иначе хуже будет всем.

Я поднялась и неторопливой походкой подошла к райнарцам, вклинившись между ними обоими. И обняла Ларса за шею, заметив мелькнувшее в его глазах недоумение. Ульфин тоже не отодвинулся, напротив, шагнул ко мне, чтобы обнять за талию. Я услышала его шумное дыхание за спиной. Так мы и замерли втроем. От мужчин фонило напряжением, но они оба понимали, что я подошла к ним не просто так.

— Там сверху камера, за нами следят, — прошептала я, указав я одними глазами в нужном направлении.

Ларс повел взглядом, и его губы плотно сжались, когда он заметил глазок.

— Пожалуй, тут вообще не стоит болтать, обсудим все завтра, на корабле, — прошептал Ульфин.

— Дожить бы до завтра! — тихо заметил Ларс.

— Без паники, — прижался еще сильнее Ульфин, пользуясь моментом. — Не только доживем, но и домой вернемся с кристаллами.

Дыхание двух райнарцев, касающееся кожи, заставляло трепетать все внутри. В животе разливалось тепло, проникая в каждую клеточку и наполняя меня новыми необычными ощущениями.

Это пугало, потому что неправильно хотеть сразу двух мужчин. Неправильно любить сразу двоих.

Но я вдруг чувствовала себя влюбленной: и в Ларса, и в Ульфина — в каждого по-своему. При этом по-прежнему обижалась за то, как они со мной поступили. 

Ничего хорошего эти чувства не предвещали. У Ларса где-то далеко есть потенциальные невесты, на которых он, скорее всего, женится ради своего бизнеса. А Ульфин Вэйлис — тот еще негодяй, которого следует остерегаться. И вообще они скоро поделят свой бизнес.

Я не хотела выбирать между ними. Как не желала и этой зависимости. Они втянули меня в свою авантюру. А мне нужно разобраться и с другими, личными проблемами в лице Нейтана Пирса.

Я вздрогнула, когда Ульфин положил свою ладонь мне на ягодицу и сжал ее. По телу побежали сладкие мурашки, и это испугало меня еще сильнее.

— Вам двоим пора идти! — заявила я, стараясь избавиться от непрошенного ощущения и вообще не понимая, что со мной происходит.

— Идем! — строго приказал Ларс Ульфину.

Они оба неохотно отступили от меня. И я почувствовала себя какой-то обделенной. Мне не хватало их тепла, их объятий. И я не знала, что делать дальше. Я закрыла за ними двери и выдохнула.

Но пока стоило немного отдохнуть перед приемом у королевы. А это само по себе — та еще проблема. Никто не знал, какой сюрприз готовили ноллы. Я переживала и за животных. Чтобы меньше думать, я набрала в комме Дарси Кайлера, оставшегося на корабле. Но райнарец успокоил меня, сообщив, что все в порядке.

Несмотря на обеззараживающий чип, я побоялась умываться местной водой, которая нашлась в смежном помещении. Поэтому просто протерла пылающее лицо влажной салфеткой из личных вещей, а потом прилегла на кровать, прокручивая в голове тревожные мысли. И неожиданно для себя уснула…

Меня разбудил звонок на комм.

Я разлепила глаза, туго соображая, что от меня вообще хотят. Оказалось, это Ларс решил напомнить, что нам пора собираться. Его тон звучал строго, капитан явно злился на меня. А вот нечего заходить без предупреждения в мою комнату, мог бы сначала позвонить!

Однако это вовсе не оправдывало того, что я едва не поддалась на провокацию Ульфина, и меня отчасти мучила совесть.

Одевшись, я вышла наружу, где меня встретил Геоффрей Линн. Он подал инъектор с мультиблоком и кивнул:

— Сама знаешь, что делать.

Я молча взяла у него приборчик, приставила к руке, почувствовав легкое жжение. Но оно быстро прошло.

Ларс уже ждал неподалеку, в саду, вместе с остальными.

Ульфин беседовал с ноллом, который пришел за нами, за ним стояли еще несколько аборигенов в длинных до пола одеждах.

До меня донеслась музыка, похожая на ту, что звучала перед тем в тронном зале. Множество маленьких колокольчиков заполняли звуками территорию дворца, красноватые сумерки окутывали небо настоящим огнем, среди которого я видела черные всполохи.

Сам дворец тоже окрасился в алый с черным цвета, что придавало ему слегка мрачноватый вид. 

Колонны и арки отбрасывали длинные дрожащие тени.

Повсюду сновали ноллы, одетые в алые и черные одежды. На нас посматривали искоса, многие шарахались от имперцев, другие смотрели с интересом. Но никто не решался подходить близко, кроме советника Орейна и его сопровождающих.

Так нас и довели до просторного внутреннего двора, где к этому времени собралась вся местная знать. Посреди площадки возвышался постамент, на котором находилось сооружение, вроде статуи нолла, вместо глаз его были вкраплены сияющие камни.

Ноллы рассаживались прямо на каменном полу на цветных циновках, которые стелили им слуги. Только пространство впереди оставалось открытым, его никто не занимал. Нам тоже выдали коврики, предлагая опуститься. И я поняла, что нам досталось место в первых рядах, как почетным гостям. Слева от меня уселся Хантер, справа — Ларс. 

Музыка стала громче и тревожнее. Гости замолчали.

Из дальних дверей плавно вышла королева Норнолла. Два полуголых парня с иссиня-черной блестящей кожей несли за ней длинный алый шлейф легкого платья, Еще двое бросились, чтобы расстелить перед ней ковер. Тарин ненадолго приостановилась и приветствовала гостей, а потом под радостные крики уселась на ковер, обвив себя хвостом.

Ноллы принялись поднимать руки к небу и при этом читали молитву на