Вампир, я не твоя - Олеся Айдарова

А когда решилась обернуться, в небе больше не было летучих мышей. Зато перед Лиаром стояли двое.

Глава 72 Безумно и правильно лишь для нас

Полина

Сутками ранее

Дориан буквально лежал на мне, вдавливая в землю всем своим весом. Мне и так было несладко — спину жгло, затылок ныл, локти и копчик саднили, при попытке вздохнуть, тело опоясывала острая боль. Ещё и взбесившийся вампир.

Впрочем, очень скоро все неприятные ощущения притупились, остались лишь два прокола — две горячие точки на шее, — и поцелуй… Да, пожалуй, это было похоже на поцелуй. Плотно обхватив губами место укуса, Дориан пил мою кровь, не давая ни капле пролиться…

Дышалось всё ещё с трудом, зато боль окончательно ушла. И сердце успокаивалось.

Ту-дун.

Ту-дун.

Ту…

Дун…

Я лежала в траве, глядя в ночное небо на круглую смеющуюся луну, не в силах сказать ни слова, не в силах даже пошевелиться… надеясь лишь на то, что прошло не слишком много времени, и на то, что Дориану хватит сил взять свою жажду под контроль.

— Полина… — вампир наконец оторвался от моей шеи.

Убрав волосы с лица, выругался и крепко прижал пальцами дырки в моей сонной артерии.

— Святые семеро, Полина! Как такое вообще возможно?! — схватив вялую руку, на которой всё ещё был надет перстень с растрескавшимся бриллиантом, он поднёс его к глазам. — Ммммм!.. — взвыл, будто от боли.

Но пальцы с проколов не убрал. Только их я теперь и чувствовала. А ещё ужасное головокружение и его обрывочный шёпот:

— Прости… это была ты, не морок… а я дурак, у мороков не бывает такого аромата крови. И вкуса, — он закрыл глаза. — Я ведь распознал его с первого глотка… но не смог, не захотел останавливаться… Прости.

Всё это время я пыталась ему ответить, но губы могли лишь бесшумно шевелиться, не в силах исторгнуть ни звука.

— Погоди немного, хвала семерым, я сумел вовремя побороть жажду.

Не врал, луч фонаря то и дело высвечивал его лицо и радужки, оставшиеся зелёными, хотя в них уже проступали красные лучики.

— Дай закончиться регенерации, тогда сможешь выговориться. Клянусь, я не стану оправдываться или как-то отрицать свою вину, — с этими словами Дориан крепче пережал мою артерию пальцами обеих рук.

Голова закружилась сильнее, а звёзды с луной принялись чертить в небе светящиеся дуги.

— Потерпи…

Какое-то время он просто сидел рядом, склонившись надо мной, а я могла лишь ждать и вздыхать. Наконец, головокружение прекратилось, звёзды завершили свою безумную пляску вокруг скачущей по небу луны, и я сумела произнести:

— Дориан, я не виню тебя. Я ведь знала: рано или поздно это должно было произойти.

— Полина… милая моя, дорогая… Не понимаю, зачем ты вернулась? Судьба Эрхейвена предрешена. Скоро на эти земли прольются озёра крови, и небо содрогнётся от ужаса.

— Я должна быть с тобой.

— Если ты о глупом договоре, то он недействителен, — с печалью ответил граф.

— Не прав-вда.

— Ты же помнишь, то была случайность.

— Провидение…

— Ты не хотела ни нашего брака, ни этого мира, ни его бед.

— Не хотела… Вот только мне от них не спрятаться. Даже на Земле, лёжа в своей кровати под одеялом… Я не смогу не думать о будущем Эрхейвена и Вархилла… Не смогу не думать о тебе.

Регенерация уже заканчивалась, а Дориан всё ещё держал руку на моей шее, наверное, на всякий случай, или по инерции, которая вообще-то не была ему свойственна.

— Я вернулась, потому что люблю тебя, — озвучила наконец самое главное.

Вампир замер, ошарашенный.

Обвив его шею руками, подтянулась, приподнимаясь, уселась рядом… и поцеловала в губы. Сама. Потому что давно хотела. Потому что иначе уже не могла.

Светила бесстыжая луна. Вкус крови на его губах мешался со вкусом его губ и языка… Мои ладошки скользнули с шеи чуть ниже, к завязкам рубашки Дориана. Тогда он прервал поцелуй, перехватывая мои запястья:

— Это безумие… — его дыхание стало прерывистым.

— Почему?

— Если ты разделишь со мной ложе, брак будет закреплён.

— Не вижу никакого ложа, тут только трава, — улыбнувшись, снова потянулась к завязкам на его рубашке.

— Я серьёзно, — в глубине глаз вампира сверкнуло алое пламя.

— Я тоже, — ответила под стать.

— Полина, я слишком люблю тебя, чтобы позволить себе…

От его признания сердце зашлось пьянящей радостью. И он почувствовал это.

— Если любишь, больше не отпускай, — придвинулась ближе и вздрогнула, когда губ коснулись губы…

Его руки мягко легли на плечи… плавно скользнули на спину. Нежные к моему телу, они коротким безжалостным движением разодрали шнуровку на спине. Снова вздрогнула, я была всего лишь человеческой женщиной в объятьях опасного существа, но сердце и дыхание сбивались вовсе не от страха.

— Доверься мне… — голос Дориана коснулся сознания, согревая и расслабляя, его ласки окутывали шёлком и бархатом…

Закрыв глаза, отдалась на волю ощущений, нежных и трепетных, откровенных и сакральных, заполняющих меня всю до самого донышка… поднимающих над землёй в неведомые плоскости бытия, где вещный мир отступал, растворяясь песком на ветру, где остались лишь спутанные мысли, взаимные чувства и инстинкты, сметающие всё на своём пути…

В какой момент я поняла, что хочу большего? Хочу встать рядом с ним наравне, хочу проникнуть в его личную багровую бездну и остаться там навсегда…

Это произошло так естественно и именно тогда, когда и должно было случиться. Сначала я почуяла аромат его крови — сладкий, цветочно-медовый, горячий, — и почти сразу же невыносимую тягу к ней. Или это были его желания? Не важно… Эта ночь связала нас так, что не разорвать, не разъединить. Мы оба пропитались взаимными чувствами, ощущениями и желаниями…

— Дориан… — прошептала не своим голосом, сглатывая и пытаясь избавиться от сухости в горле, которая с каждым мгновением превращалась в нестерпимый жар. — Дай мне её… Позволь, — провела кончиком носа вдоль вен на его руке.

Он ничего не сказал. И руку не убрал.

Укусив его, ощутила одновременно что-то горячее и сладкое под языком и короткую вспышку боли от его укуса на своей руке… Синхронно, безумно… правильно лишь для тех, кто решил одновременно рухнуть в багровую бездну…

Потом я кричала. Так громко, что дрожала в небе луна. Луну вскоре укрыли тучи — началась буря, ураганный ветер гнул тугие деревья… А мне было жарко. Так жарко, что я не чувствовала ледяных капель дождя и порывов ветра, терзающих сухую траву