Новый мир. Древние (СИ) - Власова Елена

Лексус замялся, а потом с улыбкой сказал:

— Да, видел. И, если честно, знатно так струхнул. Мы ведь с Михалычем эту байку вам специально рассказали, чтобы вы в лес не бегали. У нас ее всем детям рассказывают.

— Я что, по-твоему, ребенок? — возмутилась я.

— Еще какой! Но ты молодец. Не растерялась как в первый раз, когда невесту увидела. До нас смогла добежать и об опасности предупредить. Смешно, половина здоровенных мужиков из патруля, когда это чудо увидели, штаны обмочили. Но все оказалось просто. Парень один признался, что, когда он животных на ферму перегонял, несколько лошадей и коров в лес убежали. Он их так и не нашел, а сказать сразу побоялся. Вот их монстры и погрызли. А один особо умный еще и голову на себя нацепил.

— Да, жесть просто. А как вы узнали, что покусанные в монстров через два дня превращаются? Кого-то из патруля укусили?

— Нет. В тот день только двое погибли. Ярик и дед Макар. На последнего как раз зомби и напал. Мы его связали и в пустом сарае оставили. А потом наблюдали, что с ним происходило. Вот как-то так.

— Кошмар. Самое страшное, что он знал про монстров. Я ему сказала, а он решил их в деревню пустить. В итоге его самого покусали! Хорошо, что другие не пострадали.

— Это точно, — сказал Лексус и странно прищурился. Глядя на него, у меня возникли нехорошие подозрения, поэтому я спросила:

— Саш, деда Макара же случайно укусили?

Друг встал и отвернулся, а потом рассерженно ответил:

— А ты сама как думаешь? Короче, Жень, забудь о нем. Он мертв и больше никому не причинит вреда. Так что все, тема закрыта.

Мы молча уставились друг на друга. Мне было не по себе. Я прекрасно понимала, что Макар перешел черту и после случившегося его бы точно выгнали из деревни. А он начал бы мстить. И его в итоге все равно бы убили. Либо монстры съели. Вот только как-то это меня не успокаивало. Лексус был моим другом, человеком, с которым мы прошли огонь и воду, и у меня в голове не укладывалось, что он мог так запросто кого-то убить. Для меня все творившееся вокруг было дикостью. Чем-то нереальным. Просто дурным сном, который вот-вот должен был закончиться.

Но он продолжался, и я понимала, что мне надо как-то приспосабливаться и учиться убивать. Не зомби, а других людей. Я вздрогнула, а потом подумала: “Ну уж нет! Я так не могу! Пусть все вокруг рушится, но я постараюсь выстоять, не трогая других!”.

— О чем задумалась? — услышала я голос друга.

— Саш, а почему дед Макар так тебя ненавидел? Это ведь что-то личное, да?

Лексус вздохнул, думая, стоит ли отвечать на мой вопрос, но потом все-таки сказал:

— Он ухаживал за моей женой. Но она выбрала меня, а он не смог смириться с этим. Они с детства были знакомы. Соседями были. Их родители дружили, сам он часто за Асей присматривал, когда она была совсем крошкой. Он нам и свадьбу подпортил, когда пьяный заявился и в драку полез. И когда Ася Соней беременна была, а я уехал в командировку, преследовал ее, клялся, что, если она уйдет от меня, будет любить ребенка как своего. Я, когда вернулся, чуть его в порошок не стер. Жена остановила. Очень доброй была. Мы в город переехали, а Макар окончательно замкнулся в себе. Когда Аси не стало, он совсем с катушек слетел, в секту попал и куда-то уехал. Их потом менты разогнали, а он в деревню вернулся. Стал других поучать и скорым концом света людей пугать. Мне его жалко было, поэтому так долго терпел. Сейчас думаю, что, если бы сразу ему по башке дал, Ярик был бы жив. Его кровь на моих руках.

— Ты не мог знать. Никто не мог этого знать. Не ты его убил, а Макар, ему за это и отвечать. Он сделал свой выбор за это и поплатился.

Мы замолчали, а потом Лексус встал и направился к двери.

— Эй, Лексус, а ты ничего не забыл? — недовольно произнесла я и дернула рукой.

Друг посмотрел на меня, сделал задумчивый вид и сказал:

— Да вроде нет. Пойду я, а ты отдыхай!

— Лексус, мать твою, хватит издеваться!

— Ладно, только ты обещаешь лежать смирно и без чужой помощи не рыпаться?

— Да, хорошо!

— Что-то не верю я тебе. Лучше так полежи.

— Лексус!

— Что же мне с тобой делать? Ладно, освобожу. Но, если что-то понадобится, зови меня или Юми! И не вздумай пока сама вставать! Если швы разойдутся, привяжу к кровати и до полного заживления раны никуда не выпущу!

— Я поняла!

— Смотри у меня!

С этими словами Лексус развязал меня. Я с упоением потирала затекшие конечности. Друг наблюдал за мной и улыбался. Только сейчас я заметила, как сильно поседел он за последнее время.

— Чего это ты так пристально меня рассматриваешь? — спросил друг и поднял бровь.

— Да так. Седой ты совсем стал!

— А сама себя давно в зеркало видела?

— Что? — испуганно пискнула я и хотела вскочить, но Лексус остановил меня и прижал к кровати.

— Да успокойся, пошутил я! Так, пара прядей всего появилась. Но заикаешься ты знатно! Надо будет что-то с этим делать, а то я еле различаю, что ты говоришь.

Я ничего не ответила, лишь обиженно отвернулась к стене и сделала вид, что сплю. Друг хмыкнул и пошел к двери, а я задумалась. Столько всего случилось за последнее время, а я так напряглась из-за каких-то волос. Да в сложившейся ситуации если бы я их совсем лишилась, всем было бы глубоко чихать на это. “Свобода, вот ты, оказывается, какая!” — задумчиво шепнула я.

Мне вспомнилась прошлая жизнь. Марк точно бы наказал меня, если бы увидел в таком жутком состоянии. Для него я была идеальной куклой, а не живым человеком со своими проблемами. “Да, такими темпами, если я все-таки доберусь до бункера, он меня точно не узнает!” — усмехнулась я про себя, представив его реакцию при виде меня, одетую в грязную кровавую спецовку с тесаком в руке.

Но потом мои мысли вернулись к Ане. “Жди меня, малышка, я обязательно вернусь к тебе!” — решительно подумала я, бросая взгляд на тумбочку. На ней сидел Годзилла и злобно скалился. Я взяла медвежонка и улыбнулась. “Чувствую, когда я появлюсь в подземном городе, буду выглядеть точно также как ты, дружок! Одно радует: дочка почему-то любит таких монстров, так что хотя бы ей я понравлюсь!” — вздохнула я и, обняв мишку покрепче, задремала.

Глава 41

Дни сменялись неделями. Первое время я старалась вести себя тихо, чтобы не злить Лексуса. Но лежать и ничего не делать для меня было пыткой. Я не привыкла так жить. Еще в доме мужа я постоянно что-то делала. Вставала рано и приводила себя в порядок, потом дочку на учебу отвозила, домом занималась, следила за расходами.

После ухода от мужа восстанавливала документы, искала работу, тайно бегала на свидания с дочкой, квартиру убирала и готовила. А теперь я лежала и смотрела в потолок, в то время как другие суетились и готовились к переезду в военный городок. Даже когда я была заперта у Лексуса в его лесном домике, мне было не так скучно. Там я, по крайней мере, могла злиться и орать на друга, а также вынашивать планы побега. Опять-таки выковыривание цепи из спинки кровати оказалось довольно занятным делом.

А здесь мне разрешалось лишь одно — лежать смирно. Лексус все время был занят, так что общалась я в основном с Юми. Ругаться с ней мне не хотелось: я была ей очень благодарна за помощь. К тому же девушка вела себя подозрительно тихо, как мышонок. Меня это, с одной стороны, настораживало, так как после случая на бензоколонке я была уверена, что она на самом деле та еще фурия. Но по крайней мере от нее я не ждала подлости.

В отличие от Мони. Вот кто меня бесил день ото дня все сильнее. Она постоянно крутилась рядом, стараясь показать, какая она хорошая подруга, вот только я не верила ей. И ежу было понятно, что она это делает только для того, чтобы свалить быстрее из деревни. После смерти Ярика местные женщины объявили ей бойкот. Моня боялась лишний раз выйти на улицу, опасаясь мести Лизы. Поэтому всю свою неуемную энергию направила на меня.

Вот только вреда от этого было больше, чем пользы. Я бы даже сказала, что благодаря ее стараниям я пролежала в кровати на неделю дольше, чем могла бы. Так, когда девушка, несмотря на мое отчаянное сопротивление, попыталась меня покормить, она опрокинула горячий суп прямо мне на живот, за что получила от Лексуса по шапке. Потом, когда я попросила принести ее мои таблетки из аптечки, она перепутала их со слабительным, после чего получила по непутевой голове уже от Юми и Михалыча.