Мой кровный враг - Наталья Шнейдер

расплавиться у самого основания. Хорошо быть алхимиком, способным подчинить себе материю, другой бы потратил кучу сил, чтобы нагреть металл. Теперь чумные проход не откроют, разве что если выломают стену, но на это потребуется время. А снаружи открыть по-прежнему можно, так что даже если хранители проиграют и чумные заполонят замок, этот путь у гвардейцев останется. Попробуют прорваться, если не будет другого выхода. Наверняка кто-то да углядел нужный камень.

Словно каким-то шестым чувством, впрочем, почему «словно», ведь у нормальных людей его действительно не было, я видела (чуяла?) чумных. Сколько же их… Словно муравьи, деловито бегущие по своим делам, они карабкались по винтовой лестнице, едва ли не наступая друг другу на пятки. Эту лестницу можно держать в одиночку, пока не ошибешься, пропустив удар. Или пока не упадешь от усталости, которой чумные не знают.

Я тоже уже не совсем человек. Быстрее реакция – прежняя я не смогла бы ударить королеву и уйти от ее людей. Лучше выносливость. Больше резерв. Может, и получится… Кого я пытаюсь обмануть? При таком соотношении сил?

Но все же господь любит злые шутки. Умирать, защищая соперницу – скажи кому, ухохочется. И вовсе это было не просто плотское влечение. Только теперь уже все равно. И что конец близок, тоже к лучшему. Никто не узнает, что меня угораздило влюбиться в человека, которого я должна ненавидеть.

Виток пор лестнице вниз, еще один. Хватит, они уже недалеко. Я сотворила метку на глиняном шаре, и он поскакал по ступеням, ударяясь о стены. Спасибо Акилю за идею с меткой. Сосуд, сделанный гончаром, раскололся бы, падая. Но сейчас вниз катился обмазанный затвердевшей глиной тугой тканевый сверток: даже если оболочка и треснет, тряпичный мячик благополучно докатится… докатился! Я зацепила метку, поджигая.

Грохот эхом отозвался от стен, шарахнул по ушам так, что я вскрикнула. А следом донесся яростный вой чумных. Я расхохоталась: получили, твари! Хорошо бы там оказался сам кукловод, хотя едва ли стоило рассчитывать на такое везение.

Еще один глиняный шар застучал по лестнице. Шум, вой, глухой удар – похоже, кто-то из чумных наступил на бомбу, споткнулся и полетел вниз, увлекая за собой остальных, собирая в кучу. Я не стала медлить. Взрыв! В этот раз он оказался куда ближе, меня тряхнуло так, что стукнули зубы. Кажется, на какой-то миг я потеряла способность слышать, даром что в этот раз закрыла уши ладонями. Иначе чем объяснить, что лишь когда за плечо взяла чужая рука, я поняла, что не одна, и подпрыгнула, свивая заклинание.

Но вовремя остановилась: это королевский гвардеец. Тот самый, на которого кричала ее величество, дескать, есть дела поважнее, чем защищать ее. Кто из них оказался таким глазастым, что успел увидеть, как открыть стену? Хотя я не таилась особо…

– Что это за заклинание? – спросил он.

– Не заклинание. – Я подкинула в ладони очередной шар. – Алхимия.

Следом за ним, оказывается, спускались и другие. Сколько – трудно сказать, виток лестницы явил мне лишь троих, и шаги уже было не расслышать за воем.

– Приказывайте, хранитель, – сказал гвардеец. – Ее величество велела слушаться вас беспрекословно.

Удивляться было некогда, поэтому я лишь молча кивнула. Жаль, бомб мало. Впрочем, даже мало – намного лучше, чем ни одной.

– Уши заткните, – посоветовала я и сама последовала своему совету. Два взрыва громыхнули один за другим, вой стал… испуганным? Разве чумные умеют бояться?

Нет, не умеют. Они по-прежнему стремились вверх, подчиняясь то ли чужой воле, то ли жажде крови. Я прислушалась к ощущениям: оказывается, мне удалось неплохо проредить тварей. Очень даже неплохо. Чумных было все еще слишком много для меня одной. Но я больше не одна.

– Меня не учили командовать, – сказала я. – Вы можете взять это на себя? Я буду подчиняться во всем.

Гвардеец смерил меня взглядом.

– Как прикажете, госпожа. Вы идите первой, – его голос прозвучал чуть виновато. – Иначе из-за спин вы просто ничего не увидите.

Да уж, все они были выше меня как минимум на голову.

– Лексиф и Роберт пойдут в шаге за вами и прикроют. Лекс, держишь щит, потом сменишь госпожу, когда понадобится.

Разминемся ли мы на этих ступенях? Впрочем, я-то смогу проскользнуть вдоль стены, а вот как будут меняться гвардейцы? Но я обещала подчиняться беспрекословно, значит, так тому и быть.

– Смотрите под ноги, – предупредила я. – Будет скользко.

И двинулась вперед.

Гвардейцы действительно знали свое дело. Признаться, у меня на миг мелькнула мысль, что они посылают меня первой, чтобы вся ярость чумных досталась мне, но те двое, что шагали за моей спиной, не позволили приблизиться ни одной твари. Щит сдерживал чумных, и сквозь него я бросала заклинания. Пламенная змея, обвивающая тварь одну за другой. Воздушные клинки. Холод – кто-то за спиной отшвырнул ледяную статую и та, упав на ступени, раскололась. Снова огонь…

А над моей головой в чумных летели другие заклинания – те, что творили гвардейцы – и каждое разило тварей. Мы продвигались вперед, медленно, ступень за ступенью, по залитому черной кровью коридору, перешагивая через останки и тщательно выбирая, куда поставить ногу, чтобы не свалиться. Мужчины за спиной сменяли друг друга. Меня сменить никто не предлагал – я криво усмехнулась – я же хранитель, а легенды говорили, что хранители способны сражаться сутками без устали. Найти бы того летописца, протащить через посвящение и посмотреть, как он будет сражаться… если выживет. Впрочем, пока резерва хватало. А когда кончится магия, в ход пойдет оружие.

Но за кистень взяться не довелось. К тому моменту, как я одолела последнюю ступеньку, меня шатало, но и поток чумных иссяк.

– Дальше мы сами, госпожа. – Меня, наконец, задвинули за широкую спину. Я прислонилась к стене, оглядевшись. Шестеро. Их было шестеро. Неужели всемером мы сумели одолеть… сколько? Никто, кроме кукловода, не знает. Повезло, что я вчера утром притащила бомбы в свою комнату. А то и силы хранителя, и умения гвардейцев не спасли бы.

– Осторожней, ваше величество, – донеслось сверху. – Скользко.

Да уж, смешно будет, если после всего, что нам удалось совершить, королева поскользнется на кишках чумного и свернет себе шею. Я заставила себя отлепиться от стены. Голова кружилась, и ноги держали не слишком крепко.

На стене рядом с моей головой алела кровь. Я коснулась ее пальцем – уже подсохла. Значит, это не гвардейцев. Усталость отхлынула, на миг показалось, что я горы могу свернуть – все-таки кукловод был здесь, и его зацепило. Жаль, что ушел. Жаль, что, вопреки легендам, по крови