Мама для наследного принца. Три шанса попаданки - Екатерина Руслановна Кариди

— Пливетствую матуску — импелатлису Лоан, — проговорил он и оглянулся на евнуха-наставника, мол, все ли делаю правильно.

Шаофу важно кивнул, няня расплылась в улыбке и стала кланяться.

А ей хотелось прижать малыша крепко-крепко, расцеловать его в пухлые щечки, тискать. И больше всего — забрать мальчика из этого сумасшедшего дома, где его каждую минуту подстерегает опасность.

«Бэй, мы можем уйти прямо сейчас?» — спросила она личного стража.

Невидимый для остальных, демон — страж все время стоял рядом. Сейчас она видела его строгий профиль, лицо мужчины было сумрачно. Опять от него шла какая-то эмоция. Он повел плечом, словно ему давил доспех и переложил свое оружие в руках, а потом тихо сказал:

«Нельзя, госпожа. Ты должна прожить полный цикл жизни Лоан»

Ладно, нельзя так нельзя. Нельзя забыть, что она и есть императрица Лоан.

Она сосредоточилась на ребенке. Склонилась к нему и стала спрашивать, как он спал и что ел на завтрак. Мальчик притих и прежде обернулся взглянуть на наставника, и только потом, немного коверкая слова, стал рассказывать.

Для двух лет очень одаренный мальчик, подумалось Саше. Ему бы нормальное детство… Но не судьба, из него же лепят императора.

А евнух-шаофу, очевидно, был очень горд своим вкладом в воспитании единственного наследника трона, и стал рассказывать, что принц делает успехи и учится каллиграфии и декламации.

И сейчас у него как раз начнется урок, поэтому им пора.

Няня подошла к ней, чтобы забрать малыша.

Как? Уже? Она не была готова!

«Таковы традиции, госпожа», — снова раздался в сознании голос Бэя.

Да, она же императрица Лоан.

— Следите хорошо за здоровьем наследного принца, — проговорила Саша. — Он бледный, и, мне кажется, он простужается. Я просила императора, что бы наследного принца перевели в покои, смежные с моими.

— Да, государыня, — наставник низко склонился, сложив руки пред собой. — Откланиваемся.

Ребенка увели.

Теперь нужно было заняться нарядами, прическами, прошениями, приготовлениями к приему в саду и прочими обязательными для императрицы делами.

«Бэй, ты можешь свернуть время, чтобы пропустить все это?» — спросила она.

«Могу, госпожа», — прозвучал ответ.

* * *

В следующий миг она ощутила себя за столиком, установленном под навесом посреди сада. А перед ней, словно диковинный цветник, девушки в разноцветных нарядах.

В первый миг у нее зарябило в глазах.

«Госпожа, не стоит слишком часто сворачивать время, — раздался голос Бэя в сознании. — Тебе нужно отдыхать и спать».

«Позже, — ответила Саша. — И потом, я не устала».

«Ты не понимаешь. Когда сворачивается время, тело Лоан бодрствует и работает, на это уходят жизненные силы».

Так вот оно что. Значит, даже проматывая куски, ничего нельзя промотать. Но хоть так, иначе она бы просто умерла тут от ожидания и скуки.

«Позже», — повторила она и присмотрелась к тому, что происходило прямо перед ней.

Разряженные в розово-оранжево-голубо-зеленые шелка девицы сидели двумя рядами. Перед каждой сервированный столик, а за спиной сбоку прислуга. Девицы жеманно улыбались и чирикали птичьими голосками, слышался приглушенный смех. Но вели себя сдержанно, никто не смел чересчур выделяться.

И все они смотрели с подобострастием и льстивым ожиданием в глазах на императрицу Лоан. А ведь каждая из них является ее потенциальной соперницей, подумалось Саше. Все спят и видят, как бы занять ее место.

Джиао, кстати, среди девиц не было.

Саша прищурилась. Проигнорировать личное приглашение императрицы? Смело, ничего не скажешь, любовница мужа играет по-крупному.

Потом Саша взглянула на девушек и поняла одну вещь.

«Бэй, почему никто не ест и не пьет?»

«Они ждут тебя, госпожа. Пока императрица не вкусит первый кусок, есть нельзя».

Ну если как.

Императрица взяла печеньице, больше похожее по виду на цветное мыло, откусила кусочек и запила чаем. Все вздохнули с облегчением и стали невероятно изящно и жеманно есть, пить и нахваливать угощение. Саша милостиво слушала все это, а сама скользила взглядом по садовым дорожкам. Неужели Джиао действительно посмеет не появиться? Ведь чайный прием для девушек гарема должен посетить император.

Который, кстати, тоже задерживался. Что, если они вместе прямо сейчас? Будь она настоящей Лоан, для нее это был бы нож в сердце.

Но в этот момент на садовой дорожке появился император Гуауэй, и Саша невольно выдохнула от облегчения. Однако она рано расслабилась.

По дорожке с противоположной стороны сада, прямо навстречу ему вышла Джиао. Естественно, наложница была в красном и невероятно прекрасна.

Ловко. Умно и продумано до мелочей. Появление вышло эффектным и дерзким, лучшего способа привлечь к себе внимание придумать было бы невозможно. Все взоры были прикованы к ней, остальные девушки на ее фоне поблекли и ушли на второй план. Теперь император смотрел только на нее и улыбался. А Джиао изящно изогнувшись, склонилась перед ним в глубоком поклоне и стала лицемерно оправдываться:

— Ах, мой государь, накажите недостойную. Я опоздала…

— Ничего, — обронил Гуауэй.

Знаком велел ей подняться, а сам прошествовал к навесу и сел за стол рядом с Лоан. Все-таки строгий этикет — это не так уж плохо, подумала Саша, а вслух проговорила, изобразив вежливую улыбку:

— Спасибо, что почтили своим присутствием мой прием.

Гуауэй благосклонно кивнул, а она велела прислужнице:

— Подайте государю чай.

И краем глаза покосилась на Джиао, которой ненавязчиво показали ее место.

Наложница улыбалась и казалась увлеченной, но во взгляде у нее сквозила ревность и еще что-то, чего Саша не могла разобрать.

* * *

Сейчас в саду присутствовали все женщины гарема, новые, пока еще не получившие никакого статуса, но полные надежд.

И старые наложницы, те, к которым император охладел. Эти женщины были с ним с юности. Еще когда он даже не был Тайцзы, а только третьим принцем. Теперь их статус ничего значил, лишаясь милости императора, женщины лишались всего. Хорошо, если за ними оставляли содержание и относительно приличные условия проживания, а то ведь можно было отправиться и в холодный дворец.

Таковы традиции. У императора большой гарем. Однако кое в чем Гуауэй все-таки от традиций отступил. Став императором, он женился на Лоан, дочери влиятельной семьи Гу. Лоан родила ему первенца, и за это, а может, по другой причине, он довольно долго оставался ей верен. Но все имеет свойство заканчиваться, император решил вернуться к традициям и пожелал, чтобы ему представили новых наложниц. И вот, теперь у него появилась фаворитка.

Столик для Джиао, был установлен отдельно,