Остров Адонара. Вознаграждение Аматейи - Фрея Эбель

class="p1">— Жесткие рамки у вас, конечно, может и к лучшему как знать. Но старшему супругу останется лишь смириться. — ответил Мартин, не представляя себя в такой ситуации. Они с братом с рождения знали, что их искра не будет принадлежать лишь одному мужчине.

— Вообще вы уж извините, но по законам магии если придраться, именно Гидеон имеет право затребовать развод Аматейи с предыдущим мужчиной. — задумчиво произнес Натан, припоминая точные формулировки.

— Верно, я даже не подумал об этом. Он пойдет на это? Они ведь много лет женаты и любят друг друга. — уже совсем по-другому взглянув на ситуацию, произнес царь Себастьян.

— Вряд ли, я видел его прошлое и не сомневаюсь, что он сделает все ради счастья и блага вашей дочери. Вы еще успеете убедиться в его чести и достоинстве. — ответил ему вполне уверенно Натан. Прекрасно понимая, что именно сейчас дает надежду и семье, и царю на благополучный исход сегодняшнего неожиданного брака между его старшей дочерью и земным мужчиной.

Прилично напившись, Мартин и Натан проводили царя к точке отправления обратно, где их ожидали счастливые русалки, несколько мужчин не желавших отрываться от своих избранниц, с которыми явно определились. Чуть в отдалении стояла его дочь и ее новоиспеченный супруг, они держались за руки, смотрели друг на друга. Глядя на них, Себастьян отчетливо вспомнил как когда-то так же влюбленно и с чистым сердцем смотрел на свою жену, единственную и неповторимую Адонару.

Пока русалки медленно отплывали от острова, царь и его дочь, наоборот, отдалились и поспешили, чтобы позвать Ноэля в кабинет и избежать публичного скандала. Стоило подготовить его и спокойно объяснить сложившуюся ситуацию. Только ни царь ни Аматейя никак не ожидали, что, придя в дом Наума увидят Ноэля в объятиях двух незнакомых русалок, причем обе по очереди целовались с пьяным русалом. Наум тем временем внимательно следил за реакцией Аматейи и не сразу заметил царя, медленно приближающегося к нему.

— Я ведь догадывался чего ты добиваешься, а Аматейя всегда была терпеливой и понимающей, глупышка. — сказал, грозно нависнув над Наумом царь Себастьян.

— Ноэль, как ты мог. Ты ведь даже ничего еще не знаешь, какой ужас. — обратилась русалка к мужу и закрыла лицо руками расплакавшись. Только Ноэль отключился, поэтому ответить жене не смог.

— Царь прошу прощения, но я ведь не насильно вливал в него алкоголь, и измены никакой не было, так развлечения. — произнес Наум, совсем не догадываясь что предстоит пережить всем им в будущем. — Кыш отсюда! — буркнул он русалкам.

— Ты хочешь, чтобы я поведал твой секрет моей дочери идиот, устал молчать? Помочь поделиться сердечными переживаниями? — злился царь и яростно взмахивал проявившимся посохом. Обычно, когда такое случалось все подводные жители знали, что грядет что-то серьезное и царь чаще всего не в духе в такие моменты.

— Не надо. Я не хочу этого. — понуро опустив голову тихо произнес Наум.

— Тогда зачем рушишь ее жизнь идиот. Думаешь все изменится в твою пользу? Как бы не так. О, ты ведь даже не знаешь, что случилось на суше. Надеюсь, Ноэль придя в себя потом поделится с тобой своими переживаниями, впрочем, как и всегда. Еще один наивный болван.

Царь тем временем призвал своих помощников русалов чтобы увели практически спящего и пьяного в стельку Ноэля домой. Аматейя не слышала окончания разговора между отцом и Наумом, да и ей это было совершенно не важно. За своим горем и разочарованием, она почувствовала первый отголосок чужих чувств тревоги и волнения. Гидеон, с которым они стали супругами лишь сегодня уже переживал за нее. А Ноэль прожив с ней столько лет в браке посмел целоваться с другими. Аматейе было плевать на самих русалок, пустоголовые девицы не думали о серьезности последствий своих действий.

А ведь она ожидала чего-то подобного уже давно, видимо пришло время именно тогда, когда она забыла о маячке и была так далеко, что не смогла ничего изменить. Возможно и мешать не стоило. Русалка была растеряна и не знала, как поступить дальше. Как потом поговорить с Ноэлем и сказать о втором муже, когда она злится за поцелуи с другими русалками. Получается она поступает двулично? Хотя до этого момента он ведь не знал о другом супруге, значит поцелуи были осознанными или алкоголь позволяет списать все на неадекватное состояние.

Что будет дальше? Мысли метались в голове Аматейи не позволяя сейчас мыслить рационально. Когда помощники отца прервали ее моральные терзания, притащив Ноэля и привычно сгрузили его на диван в гостиной. Даже они заметили состояние девушки и предложили переночевать у отца. Ребята были хорошими и давно работали на отца, являлись прекрасными образцовыми семьянинами, она знала их жен лично. И была рада уже тому, что хотя бы в этих семьях партнеры хранили верность друг другу. Хотя и всех подробностей их жизни она не знала, но отношение женатых мужчин к любым девушкам в ее окружении показывало их преданность женам.

Решив не тревожить никого на ночь глядя, Аматейя решила поплавать перед сном вокруг дворца отца. Строение восхищало любого жителя водных глубин. Огромнейший дворец с множеством высоких арок, несколько уровней, заполненных водными красотами. Аматейя помнила, как в детстве любила проплывать в самую середину дворца и любовалась огромным свободным от строений кругом между зданиями. Оттуда было видно край воды. Ночью вид был еще красивее, чем днем. Зажмурившись, русалка живо представила ту самую картинку, запечатлевшуюся в юных воспоминаниях. Затем почувствовав волну поддержки от Гидеона поплыла домой, чтобы поскорее уснуть и уже завтра с чистой головой разбираться с навалившимися на нее проблемами.

Царь Себастьян недолго церемонился с Наумом и пригрозил тому браком с выбранной по царской воле русалкой. На что Наум, содрогнувшись пообещал, что последующие посиделки будут приличными без дополнительных участников, и намного реже. Подводный царь, наученный горьким опытом многих обманов, закрепил обещание Наума силой магии, теперь исполнение обещанного было гарантировано под страхом моментального брака.

О безграничной и ослепляющей любви Наума царь догадывался с их малых лет. Ноэль свою привязанность к Аматейе распознал гораздо позже, только Наум не спешил делиться своими чувствами с русалкой и тянул до последнего. Вмешиваться в судьбу дочери отец не собирался, предоставив молодым сделать выбор самостоятельно по велению сердца.

В итоге Ноэль обручился с Аматейей и шансов у Наума больше не осталось. Только любовь мужчины никуда не делась, и он оставался одиноким, даже не пытаясь найти достойной русалки и прожить жизнь счастливо. Долго терпел все посиделки друзей детства отец Аматейи и не желал лезть