Академия Клементины (СИ) - Цезарь Юлия "Skazka569"

Генрих не хотел, чтобы голова Риз была забита всякой фигней, вроде политики, поэтому слова Айки оставил без ответа. Но после ее слов ему стало чуточку спокойнее. В этой академии нашелся кто-то, способный хоть частично понять его положение. Да и насчёт Роберта, если чувства взаимны, можно не беспокоиться. Больше он лезть в их отношения не будет.

— Ладно, у меня в первой половине отработка у профессора Ридмуса, встретимся позже на общих занятиях. — Генрих поднялся и, проведя пальцами по волосам Риз, пошел в сторону выхода из столовой. Он посмотрел в сторону стола, где остались его друзья. Ева о чем-то шумно доказывала Винсенту, а тот только улыбался на ее слова, и Роберт, который все ещё пребывал в замешательстве, украдкой бросал взгляды на Айку. Хорошо бы, если это спокойное время продлилось подольше.

***

За неделю до начала главного события года второкурсников опять собрали всех вместе, чтобы объявить, какое же всё-таки испытание будет первым. Директор Нилан в окружении деканов стояла на месте, где обычно профессора, и рассказывала, что же ждёт собравшихся.

— Первым испытанием будет эстафета, — громко вещала Магисса. Она провела рукой, и над ней появились буквы, складываясь в название. После следующего взмаха глазам студентов предстала тренировочная площадка, где были отмечены старт и финиш, а затем и три человека, подозрительно похожих на Симонса, Ридмуса и Кира. — Команды будут соревноваться по четыре за раз, чтобы успели все пройти за день. На поле вас будут ждать препятствия, мы испытаем не только вашу скорость, но и навыки, которыми вы должны были обзавестись на занятиях. — Фигурки троих человек зашевелились, сначала побежали, а потом на их пути сработали ловушки, кто-то пробежал быстро, а кто-то затормозил, потому что не смог справиться. — Победит та команда, которая покажет лучшее время.

Человечки закончили бег, и самый быстрый из них радовался своей победе.

— Начиная с этого дня вы все освобождаетесь от занятий, — продолжила говорить Магисса, но уже без магического сопровождения, — но это не означает, что вы можете прохлаждаться. Отнеситесь серьезно к подготовке. Соревнования опасны, и напоминаю, со всех, кто вылетит и не дойдет до финального испытания, на экзаменах мы будем спрашивать вдвойне.

Закончив свою речь, директор Нилан ответила на несколько вопросов, но больше каких-то подробностей об испытаниях не раскрыла. Ей и другим профессорам ещё предстояла подготовка официальной церемонии, а также надо было подготовить места для всех родителей, которые пожелают приехать и посмотреть на своих детей. В эти дни таверны в ближайшем городке, как правило, всегда заполнены, но в этом году дополнительных комнат в самой академии не будет. Выбор жилья ложиться на плечи самих родителей. Магисса молилась лишь об одном: чтобы король не приезжал.

***

Йеон ввалился в свой кабинет, не помня этого. Он вообще в последнее время всё делал на чистом автомате, и чем больше становился его голод, тем чаще он думал о крови. И эта ночь стала критичной. Когда он скрылся от мира в своём кабинете, его глаза тут же вспыхнули красным огнём хищника. Качаясь из стороны в сторону, стараясь всё дольше оставаться человеком, он подошёл к зачарованному холодом шкафчику. Открыв его, он вытащил оттуда одну из трех бутылок, что дал ему не так давно новый поставщик. Не отрываясь, он высушил первую, но, не почувствовав и капли насыщения, взялся за второю. Три литра крови… И ничего. Сердце продолжало биться быстро, будто бы предвкушая ночную охоту. Он напоролся языком на острый клык, выросший от того же предвкушения, когда слизывал с губ кровь.

Ничего.

Эта холодная, настоявшаяся кровь… настолько она отравительна, мерзка, жжёт горло, но лишь холодом и отвращением. Ему хотелось блевать этими тремя литрами; пил, будто яд.

Бросив со злостью вторую бутылку, разбивая её о стену, Йеон осушил последнюю… Он не думал о том, что это был его запас на целый месяц. Он не думал о том, что откуда-то нужно будет её брать. Нового разрешения от Магиссы на кровь эльфийки он уже не получит, да и вопросы об этих бутылках будут. Он не мог этого позволить, но…

Как же сейчас было плевать на это!

Жажда!

Есть!

Больше!

Мало!

Третья бутылка полетела в стену и разбилась на новые осколки, а красные глаза со злобой взглянули в окно. С башни, где была его комната, хорошо виднелись огни города. Кто-то там сейчас веселился, кто-то спал… А он тут не знал, куда себя деть от режущего чувства в горле; не мог отогнать туман, что застилал глаза и разум.

Йеон не помнил, как он вошел сюда…

Он и не помнил, как вышел через окно черным облаком, которое, против ветра, шло в сторону города.

22. Сделка на чувства

— Этот ублюдок сюда прибудет со дня на день, а тут такое ЧП! — кричала Магисса, в безумии ходя по кабинету, и тряла в руке пергамент с письмом, где Йеон отчётливо видел печать главы стражи. — Это немыслимо!

— Так её убили? — учтиво спросил вампир.

— Нет. — И вспоминание об этом немного успокоило Магиссу. Она вновь взглянула на письмо и села на свой стул, опрокидывая чернильницу и пачкая ткань платья на бедрах черным пятном, но ей было всё равно. За этим лишь молча наблюдал Йеон. Он прошёл мимо стола, успевая перевернуть чернильницу, подошёл к окну и выглянул, наблюдая за тренировкой на поле учеников. — Но это не меняет ничего! Вампир напал на кого-то в городе!

— Надеюсь, ты не думаешь на меня? — невесело усмехнулся Йеон.

— Очень смешно, Ридмус. Женщину чуть не высосали досуха, а ты язвить мне думаешь?

— Просто ты паникуешь, — пожал плечами Ридмус. — Да, женщина подверглась нападению вампира. Да, она была укушена. Но она жива. А стража может запросить в соседнего города в помощь легавых оборотней, чтобы, пока след еще свеж, выследить вампира. Уж оборони кровь, а тем более вампирский запах неплохо чуят.

Чем больше он говорил, тем спокойнее становилось Магиссе.

— Да, ты прав. Я немедленно вышлю запрос, но… — Директор проследила за взглядом вампира. Вот уже и первые снега за пару ночей окутали местность белым покровом, и зимний мороз уже не первого человека беспокоил своей навязчивостью, разрисовывая окна интересными узорами и заставляя работников пробивать лёд в колодцах. — Я беспокоюсь, Йеон. Нападение вампира — это первый случай за пару десятилетий. Вампиры так долго строили мир…

— Вполне вероятно, что это может быть какой-нибудь молодой вымпиреныш в период подросткового взросления. — Йеон на секунду повернулся к Магиссе и быстро спрятал свой улыбчивый взгляд за наблюдением за учениками на поле. — Хоть у нас и другая диета, но мы в период взросления тоже немного… не в себе. Главное, что он никого не убил — значит, голова его была не настолько затуманена инстинктами. А может, им двигал интерес.

— Поможешь его выследить?

— Боюсь… — Ридмус посмотрел на серое небо. Гонимые ветром облака шли слишком медленно, но это не вызвало в нём хоть что-то, к чему могла Магисса отнестись с подозрением. — Снегопад приближается. Тебе бы лучше поторопиться с вызомом оборотней. Я сейчас слишком сыт, чтобы с лёгкостью учуять кровь, которую для моего носа зимние ветра уже давно унести прочь. Здесь уже нужна земля и обоняние зверей, кто на том специализируется.

Ридмус слегка повернул голову и увидел, как Магисса кивнула ему, села за стол и нашла бумагу для запроса. В какую-то секунду он услышал: «Проклятье!» — Магисса заметила чернила. Йеон отвернулся вновь и тихо вздохнул. Он хорошо позаботился, чтобы на него не вышли, так что беспокоиться не о чем.

«Нет. Есть о чем».

Все больше он убеждался, что для продолжения жизни ему нужна «нормальная кровь».

***

Помимо тренировок многие еще стали готовиться к выступлениям. Бедных жрецов выгнали в залы с улицы или на другую площадку, потому что многие песни раздражали или настраивали не на тот лад. Винсенту, который хотел покрасоваться перед родителями жестким стилем, очень мешал плавный и мягкий тон песен нескольких жрецов. Остались немногие, кто, собравшись в группы (а жрецы единственные, кто будет в группах выступать перед публикой на открытии), исполняли веселые или, если можно так выразиться, эпические мотивы.