Ночная помощница - Майя Марук

- Барон вообще не любит сплетен. — Хохотнул Иван. — Но вы ему явно нравитесь больше, чем вампирша. Куда сейчас? Домой?

- Сначала заедем ко мне в квартиру. Я соберу вещи.

Иван возражать не стал. Через полчаса машина въехала во двор дома, где я жила.

Конни

Она провела в квартире Арис больше суток. Все это время графиня сидела на кресле в углу комнаты и не двигалась, не моргала и даже не дышала. Она превратилась в хищника, терпеливо сидящего в засаде и ждущего свою жертву. Моргнуть ее заставил писк замка. Следом Конни услышала женский голос:

- Это не долго. Мне нужно буквально пару вещей и можем возвращаться в поместье.

Слово «поместье» особенно неприятно резануло слух графини. Она поняла о каком поместье идет речь. Ей стало неприятно слышать, что какую-то человечку вампир пустил к себе в дом, а ее поселил в какой-то конуре. Но скоро все изменится. Тонкие пальцы погладили кожу рюкзака, где лежали документы на передачу имущества и активов барона. И в этот момент в комнату зашла Арис.

Конни она не понравилась еще тогда, в офисе. А теперь она искренне не понимала, как барон мог предпочесть ей секретаршу. С силой хлопнула входная дверь. Но девушка не испугалась. Она уже почувствовала присутствие Конни.

- Не ожидала вас здесь увидеть, графиня. — Сказала Арис, и села в кресло напротив.

Тут же послышались быстрые шаги Ивана. Только войти он не смог. Мужчина будто наткнулся на прозрачный барьер, который не пускал его внутрь.

- Ты меня знаешь?! — Расплылась в улыбке Конни. — Так приятно!

- Что вы здесь забыли?

- Тебя, деточка. Здесь я забыла тебя.

Глава 38.

Земли северной стаи

Переговоры еще не начались, а неприятности уже посыпались на головы оборотней, как из рога изобилия. Как того требовал регламент, альфы двух стай вышли встречать вампиров. Вот только тут же случился небольшой конфуз. После короткой приветственной речи с условными реверансами, которую произнес Сабир, барон Руфус Баратор посмотрел на Вальдара с сыном и спросил:

- Где альфа черной стаи?

Тон вампира Вальдара взбесил. Впрочем, не только Вальдара. Сабир, который еще не знал о том, что произошло с родственником и его сыном, тоже оскалился. Остальные волки, ошарашенные происходящим, не обратили внимания на то, как изменились собратья из соседней стаи.

- У вампиров с возрастом портится зрение? — Съязвил Вальдар.

Тамер в ответ только скрипел зубами. Вступать в открытый спор с вампиром он боялся.

- У вампиров может зрение и портится, зато нюх не отбивает. — Не остался в долгу Руфус. — Где альфа черной стаи? Или вы думали, что только северянам придется отдуваться?

- Я альфа черной стаи! — Вальдар по привычке хотел показать клыки, но его зверь на раздражение человека не откликнулся, и оскал получился откровенно жалким.

Как будто псих сбежал из больницы и пытался пугать горожан.

Оборотни поняли, что что-то не так и затихли. Сабир посмотрел на Вальдара, пытаясь понять, что случилось с родственником, но ничего не получалось. Олав и Оракул тоже переглянулись. Они не понимали, что происходит, но вмешиваться не торопились.

- Глаза. — Требовательно произнес Баратор.

- Ты на этих землях никто! И требовать ничего не можешь! — Пошел в нелепое отрицание Вальдар.

Всем стало очевидно, что волк находится на грани нервного срыва, но никто не понимал, почему.

- Глаза! — Еще раз потребовал вампир. — На переговорах могут присутствовать только главы стай!

Вампир напомнил всем очевидные, неписаные правила. А Олав не смог отказать себе в удовольствии, чтобы не поддержать работодателя.

- Я спешу вам напомнить, что в соответствии с правилами проведения подобных переговоров наша сторона имеет право запросить подтверждение полномочий. Мы все же не звери, таким чутьем и нюхом похвастаться не можем.

Сабиру ничего не оставалось, как согласиться, и чтобы не усугублять положение, обратиться к Вальдару.

- Покажи глаза.

Вот только ни Вальдар, ни Тамер, на его просьбу не отреагировали.

- Вальдар! — Рыкнул Сабир, но никакой реакции не последовало. — Тамер?

Тамер последовал примеру отца. Сабир растерялся. А вот Тира нет. Точнее, Тира тоже была растеряна, но она единственная из присутствующих помнила, что несет ответственность не только за себя. Омега расправила плечи, приподняла подбородок и обратилась к Руфусу.

- Барон, - голос волчицы звучал твердо и уверенно, - Янак и его омега прибудут через два часа. Вальдар, как отец Виты, здесь только для того, чтобы вас поприветствовать. Надеюсь, вы примите во внимание то, что Вита носит под сердцем будущего альфу Черной стаи и не примите их опоздание за оскорбление.

В воздухе повисло недоумение. Все внимание теперь было сосредоточено на Вальдаре и Тамере. Такого поворота событий никто не мог предсказать. Даже сам Вальдар не знал, что теперь ему придется подчиняться даже не сыну, а зятю, которого он всей душой ненавидел.

Сабир молчал. Он тоже был ошарашен и не смог оценить, какую услугу оказала его жена, вмешавшись в разговор. А вот Оракул оценил смелость волчицы. Ему сложно было держать себя в руках, слыша ее голос и пропуская через себя каждую эмоцию, которую сейчас переживала омега. А там было все: растерянность, страх, стыд, разочарование и ответственность, которую даже альфа не смог бы вытащить на своих плечах. Но он старался не выдать себя, чтобы не пробудить в ней воспоминания раньше времени.

- Надеюсь, ваш сын тоже прибудет в ближайшее время? — Как бы, между прочим спросил Олав.

Тира, как мать, предпочла бы держать сына и его семью подальше от этого всего. Но Кло уже сообщила, что Сэмми и его жена выехали.

- Конечно. — Кивнула волчица. — Они скоро будут на месте.

Сердце Оракула сжалось. Сабир, который даже не подозревал о том, что его сын приедет, окончательно растерялся. Он привык видеть в этом волке трусливого слабака. Точнее, ему хотелось видеть в нем трусливого слабака.

- Мы подготовили для вас несколько домиков. — Тира переключилась на роль гостеприимной хозяйки и улыбнулась. Оборотни с восхищением смотрели на свою омегу, и с непониманием на альф, которые сейчас выглядели как маленькие дети.

Руфус

Когда Баратор, Олав и Оракул остались одни, барон посмотрел на последнего и сказал:

- Мне плевать, что ты задумал, но дай клятву, что Арис из-за твоих игр не пострадает.

Баратор был так обеспокоен состоянием ведьмы, ее настоящим и