Вторая попытка для попаданки (СИ) - Верескова Дарья

Я лишь хмыкнула:

— А распространяла грязные слухи ты тоже по её приказу? Портила мою еду? Публично унижала? Интересно, среди вашей шайки хоть кто-то может вести себя как взрослый человек и брать ответственность за свои поступки? Или вы все просто будете винить друг друга? — я демонстративно отвернулась, показывая, что разговор окончен.

Я уже давно заметила, что людям некомфортно чувствовать себя плохими, особенно когда об этом знают другие. Вот и Марта решила прилюдно показать себя «хорошей», хотя какой в этом был смысл? Какое ей дело до мыслей этих людей? Через несколько дней, максимум через пару недель, мы покинем эту Академию и больше никогда не увидим друг друга. И Марту ждала очень хорошая жизнь, как артефактора четвёртого уровня.

Люсиль не появилась в столовой, спрятавшись в своей комнате. Я подумала, что у неё, скорее всего, нет даже тех, кто принёс бы ей ужин.

Мне в той жизни тоже никто не принёс еды, и я не рискнула спуститься в столовую после слов Макса.

Несмотря на отсутствие моей рыжеволосой «подруги» в столовой, она была главной темой обсуждения этим вечером — настолько скандальной была наша защита. О новых открытиях в мире зельеварения и артефакторики быстро забыли; всех интересовала студенческая драма, в которую был вовлечён даже один из аристократов. Макса, конечно, сразу оправдали, говоря, что, как и все, он купился на разговоры Люсиль. У него было слишком высокое происхождение, слишком много денег, слишком высокий уровень и слишком красивое лицо для того, чтобы быть виноватым.

Но я была с этим не согласна — как и Марта, он сам нёс ответственность за свои поступки. Правильным решением было бы написать жалобу на мистера Марша, а не выяснять отношения со мной накануне диплома, прилюдно снимая с меня свою защиту.

Происходящее не приносило мне радости, словно эта борьба отняла все мои силы и счастье. Но я верила, что завтра станет легче. Мои родители живы, я стала дипломированным специалистом, и у меня есть верные друзья. Проблемы, конечно, есть, но их, оказывается, можно решать.

— Прекрасные результаты, мисс Браун, — ко мне подошёл мастер Мэдлин и пожал руку. — Себастьян Торн желает обсудить с вами произошедшее, сможете найти для этого время?

— Спасибо, мастер Мэдлин. Конечно, — поднявшись, я последовала за артефактором. Билли и Эмма пропадали в своих комнатах, переодеваясь, и я надеялась, что к моему возвращению они будут в столовой.

— Мистер Марш исчез из академии ещё вчера. Мы пытались связаться с его семьёй, но дома никого не оказалось, более того, их дом выставлен на продажу, — сообщил мастер Мэдлин. Я поморщилась — не хотелось бы, чтобы он ушёл от наказания. — Видимо, он знал, что его в любом случае ждут серьёзные проблемы.

— А профессор Диксон?

— В его кабинете сейчас проводится обыск. Он не скрывает, что помогал мисс Бэксли. Не знаю, когда и почему он нарушил контракт. Такой светлый ум, трудно в это поверить. И ради чего? — мастер Мэдлин был искренне расстроен. Профессор Диксон был одним из самых уважаемых преподавателей и настоящим гением. Это огромная потеря для академии.

Себастьян Торн ждал меня в отдельном кабинете на третьем этаже, недалеко от кабинета мастера Мэдлина. Постучавшись, я вошла. Мужчина сидел за столом, что-то записывая. Увидев меня, он едва заметно улыбнулся уголками губ, но в его глазах читались легкая тревога и недовольство.

— Спасибо, мастер Мэдлин. Я верну Айви через час.

Когда дверь за учителем закрылась, я осталась один на один с командиром.

— Отличная работа на защите. Думаю, ты понимаешь, почему я хотел с тобой поговорить?

Я кивнула, испытывая беспокойство, что моя карьера ликвидатора может быть под угрозой. Я не знала, могла ли поступить иначе, но всё равно волновалась.

— Рассказывай, Айви.

— Ты понимаешь, что нарушила правила, которые подписала в договоре? Тебе угрожало насилие в связи с травлей в академии, и ты не рассказала мне об этом. Ты утверждаешь, что тебя накачивали снотворным, но снова ничего не сказала. А если бы это случилось накануне полевого выезда? Ты осознаёшь, что подвергала опасности не только себя, но и свою команду, и гражданских?

Я стояла, прямая как палка, напряженно смотрела на командира, и больше не хотела ничего скрывать. Я стремилась быть частью этой команды, работать с Себастьяном Торном, и не собиралась создавать больше никаких проблем.

Я понимала, насколько ошиблась, не поговорив с командиром заранее. Слишком боялась потерять артефакт, если Люсиль узнает о том, что я знаю.

— Я признаю свои ошибки и обещаю больше не совершать таких глупостей. Прошу шанса доказать, что я достойна быть частью команды, — твердо ответила я, и мужчина устало закрыл глаза.

— Хорошо, Айви, но только в этот раз. Больше никаких секретов, — услышав это, я широко улыбнулась. Себастьян Торн продолжил: — И только потому, что вы ещё студенты. При полноценном найме я такого не потерплю. Расскажи мне теперь о значке и о том, как он оказался у Люсиль Бэксли.

Я рассказала всё, что знала. Лично я значок не видела, но Макс и Эмма видели его, поэтому командиру лучше обсудить это именно с Эммой.

— Значок на самом деле пропал у кого-то из наших? — осторожно спросила я.

— Нет, но один из ликвидаторов общался с Люсиль, и она публично демонстрировала значок в момент, когда он… по невероятному стечению обстоятельств, крепко спал. Мы начали расследование. Если нам удастся доказать, что имело место похищение значка, мисс Бэксли ждут серьёзные неприятности. Проблема в том, что она всегда возвращала его, поэтому доказать это будет непросто. Я не хочу тебя расстраивать и хочу быть честным. Завтра в газетах выйдет официальное заявление, без имён, но мы напомним всем, что ликвидаторы не раскрывают своих имён и не просят компенсации за свои услуги. Мы также откроем специальную линию для приёма жалоб. Любой сможет пожаловаться, если увидит, что кто-то из ликвидаторов, настоящих или нет, получает награды от гражданских.

— Спасибо, — ответила я, благодарная за его честность. Все в академии знают, что она врала и изображала из себя ликвидатора, и это уже будет для неё наказанием. — Даже если не удастся обвинить её в похищении значка, я планирую осудить её за попытку похищения моего артефакта.

— Это правильно, Айви, иди до конца. И она, и профессор Диксон должны быть наказаны, на такие ситуации нельзя закрывать глаза. Но я никогда не позволил бы занизить твой уровень.

От его слов мне стало теплее на душе, и я снова подумала, что, возможно, стоило рассказать всё ему много месяцев назад. Тогда мне не пришлось бы переживать инцидент с Максом, а позже — с Присциллой и её братом.

С другой стороны, инцидент с Максом, скорее всего, пойдет мне на пользу. Я не забуду, что он сделал это со мной накануне защиты, что он видел мою слабость, я просила его оставить меня в покое, но он продолжал свой… самосуд, хотя я ему ничего не обещала и не была с ним в отношениях.

— На самом деле, Айви, я хотел обсудить кое-что другое. В моей команде заболел штатный артефактор, и нам требуется его замена на два месяца. Работа будет за пределами Астурии, в Истрэй, но она согласована с нашим правительством.

Как только он произнёс это, я поняла, что это судьба. Это было именно то, чего я хотела: идеальное предложение в идеальное время.

— Я согласна, — ответила я с явным волнением.

Оставалось только уладить свои судебные дела и оставить инструкции законнику. Я понимала, что судебные разбирательства требуют времени, и, возможно, за два месяца мало что изменится.

Но основная проблема для меня заключалась в финансах.

— Есть ли возможность получить аванс за месяц? Впереди много судебных разбирательств, а услуги законников стоят дорого. Я пойму, если это невозможно! — было очень стыдно просить финансовую помощь, но я действительно волновалась. Со временем я, конечно, накоплю, но не хотелось давать Люсиль никаких шансов.