Реверанс со скальпелем в руке (СИ) - Тамара Шатохина

Посуда была красивой, но не из разряда дорогих. Кружки с горячим молоком прикрыты керамическими крышечками. В центре стола – выточенный из камня плоский круг. На него Андре поставил сковороду, до сих пор прикрытую крышкой. Виконт велел ему:

- Нам с баронессой предстоит важный разговор. Никто не должен слышать его. Андрэ?

- Я услышал. Но омлет не будет ждать, есть нужно немедленно.

- Я услышал, - широко улыбался хозяин, а слуга необъяснимо завис, изучая выражение его лица.

- Развлеки Бригитт, она слишком любит новости, - коротко велели ему уже без улыбки.

Когда слуга ушел, я прокашлялась… Но виконт уже снимал крышку, а там… С утра я ела кашу, но вот это игнорировать не смогла – пышная ароматная масса, присыпанная подрумяненными грибами и гренками из белого хлеба, трава какая-то, масло сливочное растаяло... На моей тарелке появился кусочек – на пробу, потом еще один - поосновательнее… Мужчина ухаживал за мной, не забывая и себя тоже. Потом я грела ладони о теплую чашку и говорила:

- Дешам написал очень приятное для меня, эмоциональное письмо. Я тоже люблю его – он хороший и умный человек. Но он забыл сообщить, что имя ваше всплыло в нашем с ним разговоре случайно – когда я назвала деревню. В Ло мне принадлежит дом, и я собиралась ехать сюда жить… То, что дом, подаренный мне деверем, находится в вашей синьории – случайность. Но Дешам ухватился за эту возможность успокоиться на мой счет, потому что очевидно доверяет вам. Вы изначально неправильно поняли ситуацию.

- Может быть, - уверенно смотрел он на меня, - но разрешите задать вам вопрос?

- Да хоть десять – после такого завтрака, - согласилась я.

Жесткое выражение лица смягчилось, хотя улыбаться мне виконт больше не стал. Но спросил уже без напора:

- Чье имя вы собираетесь дать своему ребенку?

Я с пониманием кивнула, так же открыто глядя на него.

- Это раньше «титул» означало – земля. Сейчас много безземельных дворян, которые владеют только привилегиями. Не думаю, что, дай я своему ребенку имя де Лантаньяков, отец затеет со мной судебную тяжбу. Но даже если возникнут какие-то трудности с оформлением документа… После некоторых событий я поняла, что громкое имя еще не делает человека достойным. Он… или она вполне может вырасти таким же, как Дешам. Может иметь профессию, утвердиться в которой помогу я. Постараюсь воспитать достойного человека.

Виконт внимательно выслушал меня. И вот что мне нравилось тут – у них… очень сильно нравилось?! Здесь умели слушать. Меня сто раз уже перебили бы там – у нас, а здесь говори хоть час! Тебе его дадут.

- Не хотелось бы спорить с дамой, - сложил мужчина руки на груди и откинулся в кресле: - Но трудности с получением титула обязательно возникнут. Личность нового дворянина определяется системой доказательств, которая позволит ему когда-нибудь воспользоваться теми привилегиями, о которых вы сказали: войти в различные ордена, органы и учреждения. Право на наследование будет проверять служба Хранителя печатей, чтобы сделать соответствующую запись. А чтобы поступить в военное заведение, полагается иметь четыре титула или около ста лет дворянства. Дешам же воспитывался при дворе отца и получил блестящее домашнее образование – во всех отношениях. Каллиграфия, науки, конная езда, владение шпагой, танцы, грамотная речь… даже стихосложение и философия. Все это у него было. Что получит ваш сын, проживая в Ло?

- Это может быть дочь…

Виконт молча смотрел на меня. Убедительно так, вдумчиво… без слов. Я тоже подумала и глаза отвела. Признавать свою неправоту всегда неприятно, а тут прав был он. И будто мысли мои услышал:

- Я прав. В лучшем случае, она выйдет замуж за кузнеца или винодела. Благодаря вашему титулу станет желанным призом, здешние мужчины её не упустят. Я предлагаю вам брак, баронесса, и свой титул вашему ребенку, - бабахнуло, как гром с ясного неба!

- Мдя…? - пожевала я губами и трусливо перевела взгляд на Ло. Кажется, желтых оттенков на вершинах холмов со вчерашнего дня стало еще больше, а я подмерзала. Вроде и холодно не было – градусов двадцать так… навскидку – по Цельсию. И юбок на мне хватало, но вдруг поняла, что потряхивает. Только рукам, сомкнутым мертвой хваткой на чашке, и было тепло. Молоко уже чуть остыло и его можно было пить. Я и выпила не спеша. Виконт ждал. Что-то нужно было говорить. Наверное.

- Объясните, - попросила я.

- Мне нужна жена.

- Хорошо, - признала я, - допустим она срочно нужна. Бывает. А ребенок?

- Мадам… не будь у вас ребенка, я не предложил бы вам брак, - чуть замявшись, признался мужчина: - Вы очаровательны и прелестны, но…

- … прелестных много, а бывают и куда прелестнее, - помогла я ему. И тут во мне проснулся медик: - Раз уж у нас разговор по душам… очевидно, у вас не может быть детей?

- У меня не может быть детей, - ровным тоном и недрогнувшим голосом согласился он. Смирился, похоже. Было на это время. Я хорошо его понимала.

- Такое бывает и люди как-то с этим живут, и даже вполне благополучно. Но вам зачем-то нужен ребенок. Он должен будет вступить в борьбу за наследство? – настырно выясняла я. Нужно было понять.

- Нет. Титул герцога Вюртемберга и графа Монбельяра ваш сын не сможет наследовать никогда – слишком большая череда наследников перед ним. Я – четвертый сын. Сейчас титулом владеет мой старший брат. А удел других – шпага или мантия. С военной службы я ушел после ранения, к духовному пути, судейству и канцелярии склонности не имею, хотя сейчас это не порицается даже в отношении высоких домов. Весь мой синьорат – Ло.

- А герцоги у нас… впрочем – неважно, - не стала я выяснять несущественные мелочи, раз уж не светит: - В чем тогда дело?

И вдруг поняла, что мне и это не интересно. Не смогу потому что. Сложить жизнь на алтарь просто не готова. Может, я в принципе хреновая мать, а может и человек - так себе…

- Знаете,