Невеста Дракона (СИ) - Олейник Виктория

Невест можно понять: редко в эту страну заглядывали венценосные эльфы. Красивы, богаты, влиятельны – ко из женщин устроит перед таким? Девушки приплясывали, вытягивая шеи, по мере того, как Шейран медленно, хищно осматривал ряды. Он не заострял внимания, но Норан привык к дурацким эльфийским шуткам.

Уже битый час эльф добирался до его трона, чтобы поприветствовать. Хорошо хоть, по правилам Норан не обязан преклонять колени перед гостями, раздражение и без того выплескивалось наружу.

Шейран щурился, изучая лица девушек, будто выискивая одно-единственное. О, дракон знал, кого поджидает принц! Оставалось надеяться, Амина достаточно умна, чтобы остаться в стороне от происходящего.

- Бесподобно,- с легким неудовольствием выдавил Шейран комплимент невестам. Остановившись напротив Норана, он поднял голову и, прижав к сердцу руку, сделал издевательский поклон. – Мое почтение, император. Ты обладаешь талантом подбирать красивейших женщин!...

- И тебя мы рады видеть, - не сдержался Норан. Фраза прозвучала сухо и колко. Поднявшись, Норан махнул рукой, веля застывшим слугам подавать блюда.

Хорошим он будет королем, если в его доме за стол будут приглашать другие. Невесты заахали и захихикали, смущенные вниманием эльфийского принца. Знали бы они…

- Я надеюсь, что ты быстро завершишь свои дела, - холодно пожелал он Шейрану. – Как надолго ты к нам?

- Пока не найду беглянку, - улыбнулся эльф. Норан едва не зарычал: эльфы мастера увиливать от ответа.

- Мы с радостью возьмем это на себя. Не стоит беспокойства. Беглянка будет передана вам в целости и сохранности…

- Отнюдь. – Шейран невежливо перебил императора. Его взгляд полыхнул предупреждением; сделав шаг, эльф приблизился к Норану и посмотрел на него в упор. – Полагаю, что она погибла на небольшом горном плато. И если мои догадки верны, мы не уйдем без ее убийцы.

Норан резко выдохнул сквозь зубы, сдерживая рык. Этого он и опасался, но был уверен, что Шейран не станет озвучивать планы так явно. История на горном плато с некоторых пор стала его первейшей проблемой, учитывая, что Айна, кем бы ни являлась, как-то связана с этим делом.

И если Шейран возьмется за расследование, то не избежать беды. Эльфа нужно выпроводить отсюда – любыми путями, как угодно!

Или, может, это его в башню засадить? Навечно, замуровать, чтобы не отсвечивал?

- Прошу,- вместо этого любезно повел рукой дракон, внутри кипя от ярости. – Наши слуги преподнесут, что пожелаешь… дела обсудим завтра.

Надо подумать, как выгнать эльфа взашей, пока что Норану нечем было крыть против эльфийских правил. Но он найдет, всенепременно.

Шейран ответил улыбкой, внешне приятной, но глаза остались холодными. Покачав головой, эльф посмотрел на невест, выстроившихся стройными рядами.

- Думаю, будет верным, если позднее одна из твоих невест покажет мне замок. Ты же не будешь против, Норан?

- Покажет тебе замок? – не поверил своим ушам император, на что эльф наигранно спохватился.

- Ах, моя вина! Ну конечно, в сопровождении слуг! Разве гостей должна встречать не императрица?

- А это бы стало хорошим испытанием, Ваше Величество! Гостей встречают императрицы, так заведено. В будущем вашей избраннице не раз придется оказываться в такой ситуации… вот, например, Рена достойно справилась бы с…

Норан едва слышно зарычал, персонально для Нерея, подкравшегося сбоку. Магистр, подавившись на последнем слове, поспешно отступил обратно в толпу встречающих и неодобрительно поджал губы. Навязались советнички!

Ничего хорошего из этой затеи не выйдет, ничего ровным счетом. Император скрипнул зубами, в то время, как Шейран, не дожидаясь согласия императора, двинулся между рядами, осматривая невест, как своих наложниц.

Взволнованный гул шепотков следовал за эльфом шлейфом девичьего обожания. Невесты искренне радовались возможности покрасоваться перед заморским принцем, краснея и поправляя одежду, они с замиранием следили за каждым шагом эльфа.

- Рена, - склонил эльф голову, едва добравшись до полуэльфийки. Та степенно и величественно присела в реверансе, и на мгновение закралась надежда, что именно ее предпочтет Шейран.

Вероятнее всего, они продумают новый план по завоеванию людского императора, но это лучше, чем если эльф займется Аминой, а значит, и Айной. Норан сжал кулак, пряча когти в ладонь.

- Здесь нет одной занятной невесты... - Шейран, однако, резко отвернулся и щелкнул пальцами. Рена, выпрямившись, с разочарованием посмотрела в спину эльфа, но разочарование сменилось ненавистью, когда толпа расступилась, и одна из фигур, закутанная по макушку в плащ, обрушилась на пол.

Персики разлетелись из ее корзины, капюшон слетел, открывая милое личико и рассыпая золотые локоны по плечам.

- Ах, вот же она! Дорогая Амина, вас невозможно забыть…

Норан зарычал, уже не тихо, а отчетливо четко. Хлестнув мантией по ногам, он опустился на трон и с раздражением подставил кулак под щеку.

Дорогая Амина – действительно незабываема! Пусть она вовсе не Айна, но худшее, что она могла сделать, это явиться на прием, где всем заправляет Шейран!

Именно это она и сделала. Что за невезение…

Рута

Давно так не высыпалась. Здесь было лишь одно окно, и то – под самым потолком, но одинокий луч прокрался в комнату, чтобы разбудить меня. Я неохотно приоткрыла глаз и, помедлив, потянулась всем телом, чувствуя, как приятно каждой клеточке.

Но, так и не насладившись утром, я резко села. Одеяло, скользнув по коже, послушно слетело с меня, и стало совсем не до уютных снов.

- Проклятье! – Поймав убегающее одеяло, я стиснула его в кулаке и крепко прижала к груди. Почему я без одежды, почему в кровати и где, во имя небес, злополучный корсет?!

Взгляд заметался по комнате, одновременно с воспоминаниями прошлого вечера. Вспомнилось все-все, от вышедшего из себя дракона до ехидного лязга двери и шипения барьера. Ожоги до сих пор на моих ладонях; я подняла руки, любуясь обожжёнными узорами – император установил крепкий барьер, моих сил не хватило, чтобы проковырять в прозрачной стене хотя бы маленькую дырочку.

Но я честно старалась, целых полчаса, пока не получила собственной магией по лбу. Тогда мне пришлось доползти до стула, на котором меня благополучно и вырубило…

Но я точно, совершенно точно, была в одежде! Помню, что корсет давил на ребра, а панталоны мокро и неприятно сковывали ноги. А сейчас…

Я осторожно отстранила одеяло и нахмурилась, немедленно прижав его обратно. А сейчас, обнаженная и встрепанная, выгляжу так, будто провела бурную ночь…

…С кем, интересно? Кажется, знаю ответ. Я часто заморгала, увидев аккуратную стопку сухой одежды на стуле и заботливо разложенный на столе завтрак. Мой взгляд зацепился за зеркало, и сердце заколотилось чаще при виде отражения. Темно-фиолетовые волосы прядями ложились на плечи, косметика смазалась, отчего мы с енотом, спешно поглощающим остаток пирожных на тарелке, выглядели на диво похожими.

- А ну кыш!... – встрепенулась я. Мне удалось отвоевать одно из пирожных, но чашку с компотом зверек проворно стянул. – Вот же мелкий пакостник!...

Одеяло оказалось широким, и мне удалось замотаться в него, как в большой банный халат. Наклонившись, заглянула под стол, в поисках зверька, но тот, как сквозь землю провалился. Как он сюда проник? Мне нужен его путь на волю: если останусь, моя песенка спета.

Если она уже не спета, ведь ночью ко мне кто-то приходил. Шумно выдохнув, выпрямилась и сдула локон с лица. И этот кто-то украл мой корсет и неизвестно еще, что сделал. Щеки вспыхнули, но по спине пробежал холодок.

«Я бы все отдал, чтобы узнать твое имя…»

Слова прозвучали в голове отдаленным воспоминанием, не то явь, не то сон. Только не император!... Как так вышло, что опять ничего не помню?