Начать заново (СИ) - Котова Екатерина

— Не смотри вниз, двигайся потихоньку, влезем в соседний номер. — прошептал мне горячим дыханием на ухо, как само собой разумеющееся. А я замерла, не смея даже пошевелиться. Страх сковал по рукам и ногам. Мы стояли на уровне третьего этажа, и я все-таки посмотрела вниз. Каир увидел мое испуганное лицо и одеревеневшие конечности, которыми я цеплялась за него и за каменный выступ.

— Ты боишься высоты? — дошло до него наконец, и я судорожно закивала головой, не смея вымолвить ни слова. Горло мгновенно пересохло. Казалось, за несколько секунд ледяной ветер выдул всю храбрость и оставил только трясущиеся поджилки. Какая же я трусиха!

— Так, Айрис, если сейчас проверят комнату, то все это напрасно. Ты хочешь домой? — горячо выдохнул мне в лицо слова, и я опять закивала, как болванчик, схватившись уже за его рубашку, некрасиво сминая ткань, забыв, что обещала себе держаться от него подальше. Наверное, хуже выглядела бы только глупая кошка, влезшая на дерево. Но она могла хотя бы истошно орать дурниной.

Как-то в детстве мы с деревенскими снимали такую «оказию». Как так получалось, что зверь лез туда, откуда не мог слезть — до сих пор оставалось для меня загадкой. Он же не глупая пансионерка, которая по чужой воле записалась в опасные авантюристки! Идиотка! Зачем вообще сюда пошла?

— Замри. — Торренс обогнул меня и медленно стал двигаться вбок, обхватив мою ледяную ладонь. Я сделал глубокий вдох-выдох. Это ведь не может стать концом, Эверис. Слишком просто! Шевелись! Я сделала несмелые шажки за ним, каблуки опасно качались, заставляя меня практически вгрызаться ногтями в ладонь мужчины и каменный рельефный выступ. — Вот так, хорошо. Осталось немного. — шептал он мне, не замечая боли, хотя вцепилась я не хуже дурной кошки, и, сжав зубы, двигалась одеревенелыми ногами по холодной кладке. Каир заглянул в окно и выругался на своем родном языке и стал идти, о, Господи, дальше! Я замотала головой и отпустила руку судорожно схватившись за пугающую статую горгульи, которую нужно было обогнуть. О том, что несмотря на глубокие сумерки, нас могли заметить я почему-то не думала.

— Айрис, еще немного, давай!

— Нет, Кайр, я не могу! Я боюсь высоты! Не могу! Иди, а я… придумаю что-нибудь… — спешно проговорила, чуть ли не зубами вцепившись в окаменелую скульптуру. Торренс еще раз выругнулся и, резко обхватил меня за талию, прижимая с одной стороны к холодной стене, а с другой к горячей грудной клетке.

— Держись за меня.

Я просунула руку под пиджак, обхватывая крепкую спину мужчины. Но было не удобно, и я попросту схватилась сзади за ремень, на что мужчина хмыкнул, но скаверзу сказать себе не позволил. Теперь между мной и пропастью находился мужчина, с которым минуту назад даже и не могла помыслить, что буду обжиматься!

Наверное, это было одно из худших мгновений, которое я могла бы внести в список того, как я проводила время в своей жизни. Казалось, прошла вечность. Мы миновали забракованное горцем окно и, открыв следующее, я почти выдохнула от облегчения, но коварный каблук подвернулся, я стала заваливаться. И вдруг резкий поток воздуха как подушка толкнул меня в спину, придав ускорения. Я налетела на Каира, сбивая того с ног. С глухим звуком, взлетевшими юбками и его резким выдохом мы завалились на пушистый ковер в абсолютной темноте. Тишина давила. Я закрыла глаза и уперлась в его грудь лбом, не смея пошевелиться и дышала так, точно я тащила его на своих собственных закорках. Под юбку и в затылок задувал сквозняк. А в голове пульсировал только что пережитый страх. Никогда! Больше! Не полезу на карниз! Дикость какая!

— Ты в порядке? — не спешил он скидывать меня, и я приподняла голову. Горло пересохло, как и обветренные губы, которые я не осознанно облизала. Несколько локонов упало на лицо, и мужчина бережно завел их мне за ухо, подался вперед, и я, испугавшись возможного порыва, спешно откатилась в сторону, неловко усевшись на попу. Из-под платья показалась одна обутая нога и вторая обтянутая телесным чулком без туфли. Невольно оказия сместила спектр внимания, и мы оба удивленно на нее уставились.

— Где вторая? — быстро спросил горец, проигнорировав только что щекотливую ситуацию. Я оглянулась на задувавшее окно. Каир помог мне подняться, и мы слаженно посмотрели вниз. Черная лодочка живописно лежала на светлой кладке, на которую озадаченно смотрел служащий, почесывая макушку.

— Жди здесь. — сказал Каир и, вновь взломав дверь, но уже обычной отмычкой, вышел, оставив меня в полном недоумении. Что это было⁈

Казалось, прошла вечность, я просто изломала пальцы от нервов и готова была шлепать по мрамору босиком в поисках проклятущего мужчины, который втянул меня непонятно во что! Скрипнувшая дверь была спусковым крючком:

— Ты в бездну что ли провалился? — накинулась я на него, когда окончательно извилась. Но в дверь просунулась почему-то голова Марко.

— Привет? — растеряно отозвался он, осматривая меня, взъерошенную осенним ветром и последними событиями.

— Марко! Где Каир⁈ — на мой вопрос дверь открылась еще раз и в комнату с озадаченным видом вошел, вышеназванный мужчина с туфлей в руке. И как ни в чем ни бывало поставил ее подле моих ног. А мне захотелось кинуть ее ему в лоб! Так для острастки!

— Стражей много. — разрезал напряжённую паузу Каир. И парни слаженно посмотрели на меня, точно могли читать мысли друг друга.

— Что все это значит? — уперла я руки в боки и испытывающе посмотрела на братьев.

— Ты болван. — беззлобно ругнулся Марко на брата.

— Может быть, но она вовремя обо всем узнала. — ответил ему Торренс.

— Святые духи, может, вы объяснитесь⁈

— Не уверен… Ворну это не понравится. — высказался младший, все еще игнорируя мои восклицания.

— Другого варианта нет.

— Да объяснитесь же! — не вытерпела я, чуть ли не топая ногой.

— Айрис, нужна твоя помощь. — наконец обратил на меня внимание Каир, внимательно рассматривая узкий корсет. А из внутреннего кармана пиджака он вытащил те самые письма. И, кажется, до меня начало доходить…

Марко неловко взъерошил волосы на затылке, бормоча что-то себе под нос про то, что Ворн их убьёт.

— На тебе есть подвязки? — серьезно спросил Торренс старший, а от вопроса у меня запылали щеки.

— Очень к месту! — опешила я на такой вопрос. — Ты в своем уме?

— Я серьезно. — напирал он с непристойностью.

— Стихии, ты серьезно думаешь, что я стану отвечать? — возмутилась я. Видя мой праведный гнев, губы горца дрогнули в улыбке, а глаза засмеялись.

— Айрис, меня будут проверять, как и Марко, а стражам под юбку к леди лезть не положено. Может, они и могут быть беспринципными сво… — осекся он на ругательстве, — но уж точно не на светском приеме.

Я засопела, упираясь в него взглядом. Это было слишком!

— Конечно, если тебе любопытно, как выглядит стражий участок Чой-Бланса…

— Давай сюда! — вырвала письма, прервав его и дождавшись, пока мужчины отвернутся, спрятала их под корсет. Уму не постижимо! Краем глаза я увидела, что Каир доволен: и произведенным эффектом, и результатом. А на Марко лица не было.

— И хватит скалиться! — нервно отдернула юбку.

Мужчины окружили меня с двух сторон и точно под конвоем повели на выход. Что я делаю? Торренсов внимательно досмотрели, а меня небрежно вновь спросили насчет порошков, грифов и артефактов, но трогать даже не стали и слава Стихиям! В полной тишине и напряжении мы доехали до поезда, и только в купе я позволила себе разрезать гнетущую тишину и молчание.

— Ну? — я сидела напротив братьев, сложив руки на груди. А грудь царапала бумага.

— Что? — как ни в чем ни бывало спросил Каир.

— Ты издеваешься? — удерживала себя, чтобы не сорваться.

— Ты хотела знать обо мне больше. Я тебе признался в серьезной части моей жизни. Дальше тебе решать.

— Что решать⁈ Пойду я в стражий участок или нет⁈ Ты… У меня слов нет. — вскипела я. — Вы оба беспринципные сволочи! Вот вы кто! — вскипятилась я, громко хлопнув дверью, и вышла в коридор вагона немного успокоиться.