Моя воля (СИ) - Нэльте Нидейла

— Ну, это не он, — хмыкнула Арайя. — Сосредоточься.

Сафира зажмурилась, в последний миг увидев брошенный Лунаром на сестру взгляд. Когда снова открыла глаза, в зеркале уже никого не было. Предводительница выдохнула, стараясь вспомнить тот день исцеления, и следующий — когда разбирала вещи. Как впервые вытащила ночнушку, ощутила восторг от приятной ткани, надела, разглядывая себя. Как пришёл… нет, об этом не думать.

— Вот, — прошептала Арайя, провела рукой в воздухе, словно собирая частички заклинания. — Молодец.

Сафира попыталась снова вернуться мыслями в то время, но так непросто было разграничить воспоминания о синеглазом воине, сильных руках, несущих наверх, танце с мечом под луной…

Предводительница разозлилась на себя: будто она не может и минуты о нём не думать! И тут же лёгкая дымка вырвалась из рук Арайи, устремившись в зеркало.

Поверхность пошла поволокой, заиндевела, покрылась крохотными кристалликами. Потом, как если бы изнутри кто-то дохнул, оттаяла. Сафира подалась вперёд, всматриваясь в знакомые очертания корчмы, отдарков, сваленных на лавку. Вот подошёл Лунар, присмотрелся, что-то взял. В руках скользнула, распрямляясь, тонкая ткань. Воин поднял бровь, оглядывая придерживаемое за бретельки изделие, после сложил обратно, аккуратно подсунул поглубже в кучу.

Картинка сместилась, в дверь зашла женщина, оглядела пустой зал, несмело кивнула хозяину. Хозяин улыбнулся, указал на кучу. Женщина приблизилась, положила сверху тот самый свёрток. И ещё один, поменьше. И фигурку. Сморгнула набежавшие слёзы — Сафира поняла, что это произошло до появления Лунара.

— Знаешь её? — спросила Арайя, предводительница кивнула. Именно она, с последней девочкой, лучше всего запомнилась. Сердце кольнуло желание узнать, как они сейчас…

— Ещё, — шепнула вдруг Арайя, подняла опущенные было руки. Сафира нахмурилась: о чём это? Что-то казалось словно неправильным, неясным, только она не могла понять.

Картинка снова сместилась, появился двор. Покосившийся плетень, соломенная кровля, недовысаженные грядки. Девочка с фигуркой в руке усердно пытается шагать, мама поддерживает сзади. По щекам льются слёзы.

Сафира вдруг осознала, что её тревожит: одежда обеих была старой, залатанной, а рубашка, даже на неискушенный взгляд предводительницы, выглядела богато.

— Что плачешь, красавица? — женщина подняла глаза. За оградой стоял воин. Сафира изумлённо вдохнула, узнав: старший из двоих ловцов, Данс.

— Нечем госпожу целительницу отблагодарить, — всхлипнула молодая мама.

— Возможно, вы согласитесь отблагодарить её этим? — мужчина подал уже знакомые тканевые свёртки.

— С вами мне тоже нечем расплатиться, — вздохнула женщина.

— Не нужно, госпожа целительница нам очень помогла. Король послал нас выяснить всё о хвори.

— Почему же вы сами не поблагодарите? — женщина нахмурилась.

— Госпоже целительнице не обязательно об этом знать. И, возможно, когда-нибудь я попрошу вас о помощи. Вы же не откажете?

— Спасибо, добрый человек, — мама приотпустила дочку, потянулась взять свёртки.

— Пусть растёт здоровой! — донеслось из-за ограды.

Женщина решительно вытерла снова набежавшие слёзы, бросила взгляд на место, где стоял воин, но там уже никого не было.

Поколебалась, развернула больший из даров. Переливаясь, сорочка расправилась на ветру. Молодая мама приложила её к себе, улыбнулась. Немного покрутилась, словно примеряя, после завернула обратно. Открыла другой тканевый пакетик.

— Ого! — удивилась Сафира, узнав браслет с изначальными камнями.

— Ещё! — изумлённо прошептала Арайя.

Картина снова изменилась, на этот раз зеркало показывало тёмный зал, горящие по углам свечи. Чем-то смутно знакомый рисунок на полу.

— Он? — шепнула Лунарова сестра, Сафира поражённо кивнула, узнав. Обычные чёрно-коричневые цвета, густая шевелюра тёмных волос, пристальный взгляд. И почему Арайя решила, что ему не больше пятнадцати?

Фаар держал в руках свечу. Или нет, приглядевшись поняла Сафира. Огонёк на ладони. В центре узора что-то происходило, едва уловимое движение, рябь пространства — будто тёмная дымка собиралась, концентрировалась, неспешно превращалась в два нечётких силуэта. Внезапный резкий рывок, точно что-то подтолкнуло с обратной стороны, и на полу стоят два мужчины.

Предводительница нахмурилась. Ей-то казалось, они совсем из иного мира! И заняты исключительно убегающим проводником. Может, так и есть? Фаар как-то вышел на контакт? Зачем?

Она прислушалась, но все трое смотрели друг на друга… “Ментальное общение”, — поняла Сафира. Долго, несколько минут, судя по лёгкой мимике — словно договариваются о чём-то.

Наконец, Фаар кивнул, соглашаясь. Протянул руку: Сафира второй раз с изумлением узнала браслет с изначальными камнями, переданный Раулю с Дансом.

Мелодичный сигнал двери показался резким в напряжённом молчании, с которым девушки всматривались в зеркало. Арайя вздрогнула, картинка потускнела, стала нечёткой. Сослужительница произнесла какую-то фразу — Сафира не поняла смысла, хотя язык оставался тем же, очень похожим на древний язык заклинаний.

Из дымной пелены вырисовалась улица — иная, нежели улицы “фантомного” мира, скорее, присущая здешнему.

— Это же Мемориал Отрады! — воскликнула сзади Велта. Мужчина в чёрном с коричневым одеянии, выглядевшем странно и не слишком уместно, осторожно шёл, осматриваясь. Оглянулся, будто что-то почувствовал, на мгновение девушкам показалось, взгляд его скользнул по ним.

Настойчивый сигнал в дверь рассредоточил внимание, картинка сделалась почти размытой, а после и вовсе исчезла.

Сафира глянула на Арайю, поднялась, направилась к двери.

— Это ко мне, наверное, я сама, — вздохнула Лунарова сестра, обгоняя.

На пороге стоял знакомый охранник. В лице его читалось значительно меньше дружелюбия, чем при предыдущем визите.

— Уважаемая Эквило-ра, вы же знаете, что правилами запрещено применение какой бы то ни было личной энергии в пределах ИИРР. Это опасно.

— Знаю, сержант, — покаялась Арайя. — Мы искали источник предыдущего воздействия.

— Я вынужден буду сообщить в ваш Храм. И впредь, пожалуйста, любые использования сил согласовывайте.

— Конечно, — кивнула Арайя. Сафира вспомнила последнюю ночь с Лунаром, постаралась не покраснеть. Интересно, а тот обмен энергией они не зафиксировали? А применение фитарелей?

— Помощь нужна? — с лёгкими ворчливыми интонациями поинтересовался охранник, смягчаясь.

— Всё под контролем, — уверила сослужительница.

Мило улыбнулась сержанту напоследок, закрыла дверь.

— Совсем забыла, что здесь нельзя, — шепнула с лёгким смущением, направилась к столу. — Теперь как всегда есть хочется!

— Ага, — согласилась Сафира, с благосклонностью взглянув на остывшую порцию.

— Вы на троих заказывали? — удивилась Велта. Предводительница бросила на неё хмурый взгляд:

— Присоединяйся.

— Спасибо, — согласилась Велта. Приблизилась к столу. — Вы поняли, о чём они говорили?

Сафира посмотрела на Арайю: ей самой стало интересно, понимала ли та разговоры. Но Арайя безмятежно уплетала что-то жёлтое, ничем не напоминающее еду Рубинового Рога и даже “фантомного мира”. Название блюда никак не вспоминалось, да и вообще предводительница запоздало подумала, что не следовало делать ничего при Велте. Лунар же предупреждал! И раз уж не выгнала — всё же портить отношения с людьми без повода Сафире не хотелось, мало ли, как и что дальше сложится, — нужно было хотя бы при ней не пользоваться силами.

С другой стороны, это ведь Арайя предложила, Сафира даже не представляла себе, во что всё может вылиться! Впрочем, Арайя, похоже, тоже.

— Не вспомнила? — обратилась предводительница к Велте.

Та вопросительно кивнула в ответ, с лёгким недоумением подняв брови.

— О ткани, — подсказала Сафира.

— А, нет, — откликнулась Одире, снова задумавшись. Рука потянулась к карману, помяла там что-то, остановилась. — Хотя, вот, изучала я когда-то, вроде раньше были такие ритуалы, придававшие защитные свойства одежде. Ещё до появления прочных материалов.