Дар Богов. Игры эгоистов - Анастасия Пальгунова

Он стоял, растерянно лохматя волосы на голове. Неужели те встречи не были совпадениями? Он помогал Этеленду?

– Тебя вроде бы Тайл искал, – вмешался в мои сумбурные мысли Эндаро. – Вы ведь сегодня уходите?

Я потерянно кивнула, всё ещё думая обо всех тех особых подарках, которые вручал мне мальчик.

– Норд, мы ведь и правда встречались с тобой случайно? – осознавая, как глупо звучит вопрос, я всё равно не удержалась и спросила.

– Ты о чём? А как ещё мы могли встретится? – не понимая, посмотрел на меня мальчик. – Ты подозреваешь меня в чём-то?

Я спешно закачала головой. Вот же идиотка! Как вообще язык повернулся такое спросить? Кому и стоит подозревать, так это им. Это я их сейчас подслушивала, а не они меня.

– Пойдём, я провожу тебя. Видимо, ты ещё не отошла после того падения, – вмешался Эндаро, спасая меня из неловкого положения.

– Ага, хорошо. Прости Норд, я сейчас, какая-то странная, – неловко улыбаясь, ответила я.

– С кем не бывает. Береги себя, – широко улыбнулся мне напоследок мальчишка.

Глава 20. Нити судьбы

– Мамочка, мне так страшно… Где я? Кто вы?

– Не бойся, я не обижу тебя. Ты любишь сладкие булочки?

Мужчина склонился надо мной. У него длинные, чёрные волосы, закрывающие лицо. В руке он держит вкусно пахнущую сдобу. Я радостно киваю и тяну к ней руки. Мне очень хочется кушать. Кажется, я давно не ела.

– Держи. Вот так. Славная девочка.

Я жадно ем булку. Она такая нежная и сладкая. Щурюсь от наслаждения. Мужчина ласково гладит меня по голове.

– Послушай меня внимательно. Уверен, ты уже взрослая и всё прекрасно поймёшь. Твоя мама умерла. Теперь я буду о тебе заботиться.

Я широко раскрываю глаза и начинаю плакать. Солёные слёзы смешиваются со вкусом булочки. Теперь она отвратительная, но я хочу есть, а ещё я хочу жить.

– Слушайся меня и делай всё, о чем я буду просить. Я же в свою очередь всем тебя обеспечу.

Он улыбается, но я не чувствую тепла от его улыбки. Протягивает руку, я хватаюсь за неё, и мы идём куда-то вдаль.

***

– Дяденька, мне больно! Мне очень больно! – кричу я от обжигающего огня в груди.

– Потерпи, ещё немного. Скоро всё пройдёт.

Я лежу на столе и не могу пошевелится. Тугие ремни крепко держат, заставляя терпеть адскую боль. Словно мужчина, склонившийся надо мной, медленно вкручивает какие-то иглы прямо в сердце. От боли перед глазами всё плывёт, и я падаю куда-то в темноту. Где нет страданий и мучений. Где нет ничего.

– Как проходит эксперимент? – слышу я, словно сквозь вату, голос мальчика.

– Всё хорошо, учитель. Она выдержит. Я создам из неё идеальную куклу, которая будет служить мне, пока я не умру, – фанатичным голосом, отвечает ему мой мучитель.

– Замечательно, если так. Это не будет лишним.

– Конечно не будет! Такие особенные, совершенные куклы, выполняющие желания мастера безоговорочно, просто бесценны в нашем деле! А самое важное – она не будет об этом догадываться. И её воля не будет подавлена. Те, безжизненные марионетки, которых клепают низшие некромаги, просто бесполезный мусор, по сравнению с ней! – кто-то ласково проводит пальцами по моему лицу.

– Любовь к своему творению должна быть умеренной, Ленд. Ты не должен терять голову из-за очередного создания, – серьёзно отвечает ему голос мальчика.

– Простите, учитель. Я обещаю, что возьму себя в руки, – виновато говорит ему мужчина.

Я еле-еле поднимаю тяжёлые веки. Надо мной склонился Этеленд и Норд.

***

В ужасе я подрываюсь в кровати. Что это было? Я вся вспотела, а сердце бешено колотится в груди. За окном рассвет. Я в своей комнате, в главном доме семьи Илувалы. Это просто кошмар? Но к чему? Неужели наша последняя встреча, в мрачном коридоре, произвела такое неизгладимое впечатление? Пора вставать. Всё равно больше не усну.

Быстро умываюсь, смывая с лица остатки липкого, противного сна и надеваю первое попавшееся лёгкое платье. В волосах путается расчёска, не желая помогать мне. Мою голову снова посещает навязчивая мысль подстричь их, но все, как один, утверждают, что при этом я потеряю часть своей силы. Подумаешь! Я не горю желанием становиться великим жрецом и проводить священные ритуалы! Это вообще маловероятно с моей-то силой.

Прошло уже два месяца, как мы вернулись с войны. Многие восстановились и залечили боевые раны. Поэтому Леура и Диран решили, что пора провести свадебную церемонию, пригласив на неё самых близких людей. Себастия чувствовала себя намного лучше, и мы решили принять участие.

– Себа, сегодня привезут наши платья. Сказали, что наконец-то закончили над ними работу, – завтракая, рассказываю я.

– Замечательно, а то через два дня церемония, а они всё возятся! Мартина на них не хватает. Он умеет командовать людьми, – улыбаясь, отвечает она.

Мы смеёмся, а Тайл почему-то молчит, увлечённо ковыряя вилкой омлет.

– Что с тобой? Плохо себя чувствуешь? – спрашиваю я.

Он качает головой, кладёт вилку и задумчиво смотрит в окно. Последнее время, герцог странно молчалив. Наши с ним отношения так и не продвинулись дальше, но и не стали прежними. Теперь я точно знаю, что они моя семья и меня не бросят. Только вот выключив альфача, как я и просила, Тайл теперь не подкатывает ко мне как раньше. Возможно, из-за этого между нами продолжает держатся какая-то дистанция, а я так и не могу понять, чего хочу на самом деле.

– Братец, ты каким-то кислым стал в последнее время. Тебе не идёт думать. Это моя прерогатива, – едко подмечает Себастия.

Тайл наконец-то улыбается и взлохмачивает волосы сестре, отвечая:

– Понял. Постараюсь повеселиться на свадьбе.

Разговор прерывает стук в дверь.

– Господин, прибыл маг иллюстратор! – сообщает Аппий, зайдя в комнату.

– Спасибо, Аппий. Мы сейчас спустимся, – отвечает Тайл.

Ничего не понимая, я решаю уточнить:

– А кто это такой?

– Это универсальный маг, создающий с помощью особого приспособления портреты буквально за один день. Очень удобно. Не нужно позировать по несколько недель, как приходилось нашим предкам, – говорит Себа, и посмотрев на брата, спрашивает. – Ты хочешь заказать портрет Аврелии?

Тайл только молча кивает, а затем, достав медальон, задумчиво его рассматривает.

– Вот думаю, как бы сюда ещё один портрет прикрепить…

Мне сразу вспомнился тот вечер на пляже и его слова о том, что это самое дорогое для него. Я опускаю глаза в пол, тщетно пытаясь скрыть слёзы счастья, что так внезапно потекли из глаз, но предательское шмыганье носом выдаёт меня с потрохами.

– Эй! Сейчас глаза с носом опухнут и