Джейн - Ольга Токарева

Ровный размеренный ритм жизни учащихся нарушило известие, что магическую академию навестят драконы. И не просто драконы, а наследные принцы, да еще и в поисках своей истинной пары.

Катарина, нахмурив брови, молча слушала восхищенные возгласы Патрисии.

— Ты представляешь, мне по секрету рассказала одна адептка, а ей сама секретарь ректора — говорят, от одного вида драконов ноги подкашиваются.

— Чего им подкашиваться? — Катарина, не поднимая головы, ковыряла вилкой салат, она не видела Корнера уже больше суток, и настроения не было. Для нее на поверхность всплыла одна явная истина — она по уши влюблена. Небольшая грудь княжны высоко поднялась и резко опустилась от тяжкого вздоха.

— Ты пойдешь на встречу с принцами? — Девушку уже стало раздражать настроение подруги и влюбленные взгляды, которыми перебрасывается она со своим Корнером, порядочно надоели.

— Чего я там забыла? — Катарина продолжала, не поднимая головы, тыкать вилкой зеленую горошину, которая сноровисто удирала от острых железных зубчиков.

— Ты в своем уме, а если ты окажешься истинной парой одного из принцев?! Разве можно упустить такой шанс?

— Мне никакой шанс не нужен. Будь они хоть королями всего мира, специально убегу в город, чтобы никого не видеть.

— Что, даже меня видеть не хочешь?

Катарина вздрогнула от знакомого голоса, подняла голову, ее глаза заискрились от счастья, а на щеках выступил румянец смущения. Корнер собственной персоной стоял перед ней, в его карих глазах лучились обожание и любовь.

Когда княжна поняла это, ее губы разошлись в счастливой улыбке.

— Тебя я всегда рада видеть. — Она еще больше засмущалась, опустив свои длинные черные ресницы, стараясь скрыть восторг, светящийся в глазах. Катарина боялась показать свои чувства, хотя догадывалась, что для многих это уже не секрет.

— Тогда, если не возражаешь, я приглашаю тебя к себе в замок, пока в академии полный кавардак по поводу приезда высокопоставленных господ.

Девушка не верила своим ушам — из этого следует, что их отношения выходят на другой уровень. Княжна обрадовалась, но вдруг в ее глазах цвета горячего шоколада появились нотки черной горечи. Поняв причину резкой перемены настроения, граф заспешил успокоить девушку:

— Вчера я отправил экстренной почтой письмо твоему отцу с просьбой разрешить тебе посетить наш родовой замок. Мой отец заверил письмо своей подписью и подтвердил, что будет рад породниться с древним Вульгардским княжеским родом.

Катарина от таких новостей сидела сама не своя, ее щеки не просто покрыл румянец, они пылали пурпуром. Вот так при всех Корнер объявил ее своей невестой и стоит довольный, как ни в чем не бывало.

— А как далеко твой замок? — только и нашла, что спросить княжна, мысли просто вылетели у нее из головы.

— Не волнуйся, мы отправимся туда порталом.

— Порталом? — Мысли княжны лихорадочно забегали — как она возьмет с собой Нэйру, на бедняжку страшно смотреть. Ее лицо еще больше округлилось и покрылось темными пятнами, нос стал шире, губы неестественно распухли, подчеркнув ее некрасивость.

— Но как же быть, Нэйре, наверное, нельзя передвигаться порталом? — Глаза Катарины увлажнились, вид стал настолько растерянным и несчастливым, что ее подруга решила — сейчас у всех на виду княжну схватит удар, а ведь Патрисии еще нужно и для себя кое-что выиграть.

— Катарина, не глупи! — сказала она. — В гости к Корнеру я могу отправиться с тобой, это будет вполне приемлемо, и этикет не нарушим. К тому же в замке графа достаточно слуг чтобы за тобой ухаживать.

Корнер посмотрел на Патрисию с благодарностью.

— Раз все недоразумения устранены, хочу сообщить вам, что нас ждут на вечернем приеме в моем родовом замке.

— Куда это вы без меня собрались?! — Таувер окинул друзей заинтересованным взглядом, его губы замерли в напряжении.

Корнер улыбнулся, увидев его.

— Хорошо, что ты подошел, я пригласил девушек к нам в замок, на ужин.

Брови принца чудь дернулись в изумлении.

— Даже так. Если не секрет, что за повод?

— Секрета нет, званый ужин состоится в честь нашей с Катариной помолвки.

Таувер окинул княжну взглядом сожаления. «Упорхнула птичка».

Во дворце ему уже приелись все служанки — они выполняли все прихоти беспрекословно. И Таувер даже придумал, как увести из-под носа Корнера красивую девушку. Катарина наивна как ребенок, поплакала бы неделю-другую, а потом он объявил бы ее своей фавориткой. Патрисия казалась принцу более осведомленной во всех вопросах и просто так на удочку не попадется. Он досадливо поморщился, но тут же взял себя в руки, когда его глаза встретились с холодным взглядом карих глаз Катарины. «А с другой стороны, все может еще не так плохо закончиться. Пусть кобылка и брыкается, но это только добавляет куража». Чувство возбуждения разлилось по телу Таувера сладостной истомой. И он радушно улыбнулся.

— Раз такое дело, я просто обязан присутствовать на помолвке лучших друзей.

— Я и сам тебе хотел это предложить.

Друзья весело переглянулись и двинулись на выход из столовой. Проводив девушек до входа в женскую половину, принц и граф поцеловали пальчики своих избранниц, договорились о времени встречи и разошлись в разные стороны.

***

Корнер ликовал, значит, он не ошибся, заметив плотоядные взгляды принца на Катарине. Медлить было нельзя. Рассказав отцу о своих чувствах и опасениях, он получил полное согласие с его стороны на объявление помолвки с княжной. Оставалась одна формальность — разрешение ее отца и, когда тот ответил, что не возражает, Корнер не стал откладывать все в долгий ящик. Предстоящие события волновали его, как и вопрос о том, что он не поговорил с самой девушкой. Но он так спешил, что решил сделать ей сюрприз. Почему-то Корнер не сомневался в ее ответном чувстве — он видел, что оно взаимно. К тому же он ненароком услышал разговор подруг и обрадовался — несмотря на ажиотаж, который устроили адептки вокруг драконов, Катарину совсем не волнуют эти красавцы.

Катарина вошла в свои комнаты, окунувшись в звенящую тишину, вздохнула.

«Опять спит. Какое это все-таки странное состояние — беременность. Ешь, спишь, опять спишь и вновь ешь. Да еще к тому же становишься совершенно неуклюжей и некрасивой. Интересно, а когда мы с Корнером поженимся, я