Когда приходит тьма - Александра Айви

— Сначала я хотел убить тебя без излишней жестокости, — сказал Вайпер. — Но ты стал препираться. К несчастью, я надел любимую бархатную куртку и теперь боюсь испортить ее твоими мозгами и каплями крови. Впрочем, надеюсь, удовольствие, которое я получу от убийства такой твари, как ты, компенсирует мне все неприятности.

Черный маг съежился от страха.

— Ты вампир. Какое тебе дело до ведьм?

— О, я не испытываю к ним теплых чувств. Меня заботит судьба моего соплеменника. Ты совершил ошибку, вступив в борьбу с Данте.

— Данте — заложник этих чертовых ведьм.

— Зря ты это сказал, — заявил Вайпер и, взмахнув рукой, молниеносно расцарапал магу щеку.

Черный маг взвыл:

— Если ты убьешь меня, то погибнешь сам!

— Ты думаешь, что ваш властелин будет мстить за смерть какого-то жалкого льстеца? — Вайпер усмехнулся. — Скорее он отблагодарит меня за то, что я покончил с тобой.

Маг поднял руки.

— Выслушай меня, — взмолился он. — Я хочу рассказать тебе кое-что о ведьмах…

— Что именно?

— Они хотят убить тебя.

Вайпер прищурился. Он не доверял этому смертному. Такой человек может продать душу кому угодно, лишь бы только спасти свою шкуру. Но шестое чувство подсказывало Вайперу, что маг не лгал. Он действительно считал, что от ведьм исходит угроза.

— Ведьмы задумали убить меня? Почему?

— Они хотят, чтобы мы все умерли! Все — и демоны, и маги!

Вайпер медленно наклонился и вцепился магу в горло. Вампир готов был растерзать его, если он начнет лгать.

— Говори все, что знаешь! — потребовал Вайпер.

Следуя за ведьмой по темному дому, Данте ощущал знакомые запахи сухих трав, колдовских зелий и магической тьмы. В его сердце не утихала тревога, и он готов был в любой момент броситься в схватку со старыми врагами, сумевшими когда-то заковать его в невидимые кандалы.

В доме царила зловещая атмосфера. Данте знал, что ведьмы готовились к жертвоприношению. Ему необходимо было убедиться в том, что они не собирались избрать в качестве жертвы Эбби или его самого.

Помещения, по которым они проходили, были просторными и пустыми, с высокими сводчатыми потолками. Но несмотря на внушительные размеры комнат, воздух в них был душным и затхлым. Данте стало не по себе. Обстановка напоминала ему застенки, в которых он был заточен когда-то.

Переступив порог гостиной, ведьма остановилась.

— Я привела Чашу, госпожа, — почтительно поклонившись, доложила она.

В темноте послышался шелест, затем до слуха Данте донесся тихий голос, читавший заклинание, и наконец в комнате, разгоняя мрак, загорелась свеча.

Пожилая хрупкая женщина с большим трудом встала со стула и сделала несколько шагов по направлению к Эбби.

На первый взгляд она была похожа на милую бабушку. Ее морщинистое лицо обрамлял легкий пух седых волос. Однако твердый холодный взгляд карих глаз свидетельствовал о том, что ведьма обладала огромной властью и не знала пощады.

На тонких губах старухи заиграла улыбка.

— Рада видеть вас, миледи. И тебя, хранитель, — промолвила она. — Входите и чувствуйте себя как дома.

Эбби после некоторого колебания подошла к незажженному камину и села на обитый кожей стул. Данте встал рядом с ней. Он напрягся, готовясь в любой момент дать отпор.

Эдра окинула его холодным оценивающим взглядом. По лицу ведьмы, хранившему невозмутимое выражение, трудно было догадаться о ее планах.

— Мы с вами еще не знакомы, — сказала Эдра, обращаясь к Эбби. — Хотя мне кажется, что я знаю вас уже тысячу лет. Меня зовут Эдра. А вас?

— Эбби Барлоу.

— Ах да, вы служили у Селены, — пробормотала ведьма. — Как я понимаю, в момент ее гибели вы оказались рядом с ней.

— По чистой случайности. Если бы я знала, что со мной произойдет, я бежала бы из дома Селены очертя голову.

— Не сомневаюсь в этом. — На морщинистом лице ведьмы появилось что-то похожее на сочувствие. — Вы выглядите усталой, моя дорогая. Хотите вина?

Эбби нервно кашлянула:

— Нет, спасибо.

— Ну хорошо, как знаете.

В комнате на некоторое время установилась тишина.

— Вы хорошо себя чувствуете? — вновь заговорила Эдра. — Дух Феникса не доставляет вам хлопот?

— Смотря что считать хлопотами… Мне кажется, меня преследуют все демоны и черные маги, обосновавшиеся в Чикаго и его пригородах.

— Я спрашиваю о вашем физическом состоянии. У вас ничего не болит?

— Мои глаза изменили свой цвет, теперь они синие. Кроме того, у меня появилась способность жечь людей огнем при одном прикосновении к ним. А так со мной все в порядке…

— Рада это слышать, — сказала ведьма и подошла к Эбби, не обращая внимания на грозное ворчание Данте. — Вы не будете возражать, если я посмотрю, не пострадал ли Феникс в ходе бурных событий последних дней?

Эбби вздрогнула, когда ведьма прикоснулась к ее щеке, но не оттолкнула холодную костлявую руку.

— Ну, если это необходимо…

Эдра закрыла глаза и что-то тихо забормотала. Данте сжал кулаки, догадавшись, что ведьма начала колдовать. Он терпеть не мог, когда прибегали к магическим приемам.

— Слава божеству, с духом все хорошо, — произнесла Эдра, но тут она вдруг захрипела и отшатнулась от Эбби, прижав руку к сердцу. — О…

— Что такое? — встревожилась Эбби.

Ведьма с большим трудом взяла себя в руки. Пальцы, которыми она прикасалась к Эбби, покраснели. Феникс нанес ей удар. Что бы это значило?

— Ты обладаешь большей силой, чем Селена, — заявила Эдра. — Тебя ждет успех.

Эбби посмотрела на ведьму с недоумением:

— Какой еще успех?

— Я говорю, конечно, об успешном выполнении обязанностей. Ты преуспеешь в роли Чаши.

Данте нахмурился. Ему не понравились слова ведьмы.

— Мы пришли сюда, чтобы избавиться от духа, — заявил он.

Свечи вдруг вспыхнули ярким огнем, что свидетельствовало о выбросе мощного сгустка энергии.

— Это невозможно, — холодно сказала Эдра. — Феникс уже полностью завладел ее телом.

— Ничего, пусть найдет другое тело! — огрызнулся Данте.

Эдра подняла худую скрюченную руку:

— Попридержи язык, тварь!

Атмосфера в комнате накалилась.

Эбби вскочила со стула, пытаясь предотвратить скандал, грозивший вылиться в смертельную схватку.

— Послушайте, я понимаю ваше беспокойство, но я никак не могу быть Чашей! — быстро заговорила она, опасаясь, что сейчас начнется кровопролитие. — Я не просила вас об этой чести, меня не учили быть вместилищем духа. Кроме того, мне надоело постоянно уносить ноги от чудовищных тварей, преследующих меня на каждом шагу.