Девятая жизнь. Напарники по несчастью (СИ) - Фант Карина

Челюсть болела знатно. Рэйнер в очередной раз пошевелил ей и скривился. Хмурый Делагарди сидел в соседнем кресле, прижимая салфетку к носу. Залечиться им не дали — директриса будто решила растянуть удовольствие от созерцания побитых физиономий.

— Я разочарована в вас, но не удивлена. Только вы двое могли устроить бойню в разгар предвыпускной подготовки.

Не сказать, что Мегера злилась — злилась она там, на улице. В данный момент ее лицо не выражало никаких ярких эмоций за исключением холодной строгости.

— Причина хотя бы стоящая? — она вскинула тонкие брови.

Честно признаться, Рэйнер сейчас точно и не мог припомнить, за что именно налетел на Делагарди. Тот как обычно чесал своим острым языком, а Рэйнер как обычно услышал больше положенного. Так и началось… Но вместо этого он процедил:

— Чрезвычайно.

Трой скосил на него глаза, но промолчал. Рэйнер нетерпеливо подался вперед.

— Ну, что? Каждому по штрафу и можем идти?

Хрена с два он будет тратить свое время на болтовню в этой приятной компании. Рэйнер и так с самого утра занимался ненужной никому ерундой вместо того, чтобы выяснить, куда испарилась Триста прошлой ночью. При этих мыслях снова захотелось хорошенько вмазать Трою. Просто чтобы не фонил здесь своей кислой рожей.

— Не так быстро, мистер тин Фолльт, — пропела Мегера. — С вами-то я и хотела поговорить. А вот мистер тин Делагарди может быть свободен. С красным штрафом под ручку прямо в больничное крыло. Только сдайте душу на конфискацию в приемной, будьте любезны.

Тот, конечно, новости не обрадовался, но не стал сдерживать самодовольной ухмылки в сторону Рэйнера. Одной душой больше — одной меньше, а вот кинуть в лицо свое презрение всегда приятно.

— Отец уехал, и у вас сразу развязался язык? — съязвил Рэйнер, как только за Троем закрылась дверь. От нетерпения нервно тряслась коленка.

— Ох, неужели даже после хорошей перепалки весь яд так и не смог выветрится из вашего организма? — ответила женщина в той же манере. — Оставьте его при себе, мистер тин Фолльт, я не намерена ругаться. По крайней мере, сейчас.

Миссис тен Лойчи достала из выдвижного ящика стола какую-то папку и плюхнула ее на стол. Подъехала на стуле ближе и, листая одной рукой, второй потянулась к портсигару.

— Будьте добры, достаньте одну.

Рэйнер, недовольно хмурясь, вынул тонкую сигарету и протянул ее Мегере. Кончик зажегся, стоило фильтру коснуться накрашенных губ. Она успела затянуться два раза перед тем, как отыскала нужный лист. Зачитала, раздражая своей неторопливостью:

— Усовершенствование академических знаний о бесконтактном (или мысленном) использовании рун; развитие индивидуального подхода к каждому студенту, основанного на выявлении его сильных и слабых сторон; расширение диапазона изучаемых рун, в том числе частичная или полная подготовка к запрещенным; внедрение курса по тщательному изучению ступеней развития некромага, в частности подготовка к возможному становлению странником, — Мегера подняла на него глаза, выдыхая терпкий дым. — Узнаете?

— Ну и к чему это? — напрягся Рэйнер.

Было бы странно, не узнай он выводы, которые писал двое суток назад.

— А к тому, мистер тин Фолльт, что вы оказались одним из немногих, кто действительно попытался улучшить учебную программу и внести в нее новшества. Вот этому я действительно удивлена, — она криво улыбнулась и потушила сигарету. — В скором времени будет готова выжимка из лучших поправок и предложений, которая пройдет небольшую корректировку и пойдет на согласование с Домом Власти. Кто знает, возможно, когда-то мы начнем учить студентов выпускать душу из тела именно благодаря вам?

Он не знал, как реагировать. Не каждый день приходилось слышать похвалу со стороны директрисы. Коротко кашлянув, альфариец пробормотал:

— Я был бы этому рад.

— Не сомневаюсь, Рэйнер. Ну, а теперь вы можете быть свободны. Порядок выхода тот же: душа на конфискацию, медпункт, а дальше куда душа пожелает.

Душа пожелала заглянуть в гости в палату к Грэму после заживления ран. Тот напрягся, сел прямее и отложил телефон. Буркнул, защищаясь прямо с порога:

— Я не знаю, где она.

Рэйнер взял стул и поставил его ближе койке. Сел, опершись локтями о колени.

— Доктор тен Дюорти думает, что Триста пошла сдавать экзамен. Как ты это объяснишь?

— Импровизация? — предположил Грэм, пожав плечами. Он смотрел прямо, но глаза выдавали страх.

— Хорошо, давай попробуем еще раз. Куда пропала Триста? — с нажимом спросил альфариец. — Ты единственный, кто терся рядом с ней двадцать четыре часа в сутки.

— Я не знаю, — с расстановкой повторил Грэм.

— Ей может грозить опасность. Твое упрямство стоит этого, а, Шоллер? — прорычал Рэйнер, подавшись вперед. Не сдержавшись, сжал ворот его дурацкой полосатой пижамы. — Говори, где она!

— Ты в своей уме, Фолльт? Отпусти меня! — оттаскивая его за запястья, воскликнул парень. Но, поняв, что это бесполезно, сдался и указал на шкаф. — Она ушла через портал и стерла руну на другой стороне.

Они оба посмотрела на закрытые дверцы.

— Куда вел портал?

— Без понятия, — Рэйнер вновь тряхнул его за грудки. — Проклятье! В ее место силы! Ты доволен?

Рэйнер посмотрел на него как на умалишенного и оттолкнул обратно на подушку. Выпрямился, сжав кулаки.

— Этого недостаточно.

— Чем богаты, — выплюнул Грэм, на всякий случай поднявшись на ноги. Теперь их разделяла кровать, будто этот барьер что-то значит. — Проваливай отсюда. Если бы она хотела тебя видеть, ты бы сейчас тут не был.

Этот удар оказался куда болезненней побитой челюсти.

Когда Рэйнер открыл дверь, в гостиной воцарилась привычная тишина. Картер и Яриш проводили его напряженную спину глазами и продолжили разговор, только когда та скрылась на втором этаже. Рэйнер стянул через голову футболку, запачканную кровью, смятой травой и землей, и со злостью кинул ее в стену. Безысходность накрывала с головой — будто волна за волной, топя и не давая глотнуть спасительного воздуха. Он быстро опустился на пол и, прижав к нему ладони, шепнул:

— Триста тен Шаори.

Не зажглась даже карта. Он пробовал уже третий раз за день — и ничего. Будто Триста испарилась с лица Сансарии, будто… Нет. Это просто анти-руна, она наложила ее, чтобы избежать поимки, и это звучало разумно и очевидно. Не сдержавшись, Рэйнер ударил кулаком по полу ровно в тот момент, когда зазвонил его телефон в заднем кармане джинс.

— Рэйнер? — неуверенно прозвучало на том конце незнакомого номера.

— Да, — прохрипел он, мгновенно узнавая голос.

— Слава богиням… Это Райна! Я… Я даже не знаю, как попросить тебя, но Триста… Я не знаю, к кому еще могу обратиться…

— Что случилось? — он не был уверен, что его голос прозвучал достаточно громко.

Но Райна услышала и заревела прямо в трубку.

Глава 37. Артефакты

Она была такой слабой. Совсем хрупкой, беззащитной и слабой — но живой. Рэйнер опустился на стул у кровати и сжал ледяные пальцы. Кажется, его ладонь от волнения была едва ли теплее, либо так сказался дальний прыжок через запрещенный портал.

— Она спит почти все время. Просыпается ненадолго и засыпает обратно.

Миссис тен Шаори сидела с другой стороны кровати и гладила Тристу по волосам. Ее глаза покраснели от слез, а лицо будто состарилось на десяток лет.

— Рэйнер, ты знаешь, что с ней такое? — отозвалась Райна. Она мялась у него за спиной и комкалаев пальцах резинку для волос.

Остальные сестры уставились на него с немой надеждой. В комнате были все кроме отца Тристы и Рикосты, вынужденных заниматься ужином. Горло сдавило тугими тисками. Рэйнер посмотрел на Тристу, впервые в жизни чувствуя себя таким бесполезным и беспомощным.

— Нет. Но найду того, кто знает, — альфариец с трудом оторвал от нее глаза и обвел взглядом зареванных девушек. Выдавил из себя усмешку. — Что-то вы быстро раскисли. Мне нужен лист бумаги и карандаш.