Кровавый плен 2 (СИ) - Фудживара Алиса

То был первый раз, когда ее ненавистный дар сделал для мира что-то хорошее, когда в ее душе всколыхнулось нечто такое, что смогло помочь живому существу спастись от хладных дланей смерти. И… последний.

– Дорогая, у нас есть еще час до открытия выставки. Пойдем купим тебе лимонад.

Каранель сдержанно кивнула. Глаза ее блестели от предвкушения прогулки. Редко когда удавалось побывать среди обычных людей. Мать ненавидела простых смертных и нечасто выбиралась на подобные мероприятия. Поэтому девочка почти всегда проводила время в изоляции в их родовом поместье. Она была ужасно рада, но старалась проявлять как можно меньше эмоций, даже положительных. В надежде, что так сила не сможет выйти из-под контроля.

Большой бизнес-центр напротив картинной галереи дышал шиком и роскошью. В место проще Вилейн бы ни за что не зашла. Кофейня на первом этаже утопала в зелени и похожих на маленькие планеты шарообразных светильниках, висящих над столиками по всему периметру помещения.

Женщина делала вид, что не замечает на себе заинтересованных мужских взглядов. Она выбрала место с диванчиком подальше от любопытных глаз, усадила дочь на кофейное бархатистое сиденье и присела рядом в ожидании официанта, изящно поднимая к лицу тонкое запястье с часами, не двузначно намекая, что персоналу необходимо пошевелиться. Одетые с иголочки солидные бизнесмены, прервавшие свой завтрак, продолжали внимательно следить за элегантной дамой, что демонстративно их игнорировала.

Незаметно возникший у столика официант склонил голову в приветствии и деликатно разложил перед дамами меню.

– Доброе утро, леди, чем желаете перекусить?

Вилейн молча подвинула дочери карту с прохладительными напитками и умилилась тому, с каким усердием чадо принялось разглядывать картинки лимонадов.

– Можно с манго? – девочка ткнула в понравившееся изображение и взглянула на мать в ожидании ее одобрения.

Женщина молча кивнула и махнула рукой, веля убрать меню со стола. Официант снова поклонился, так же незаметно удалился и почти сразу же принес высокий узкий бокал с ярко-оранжевым содержимым и плавающим внутри льдом.

Вилейн расплатилась, поднялась с дивана и, оправляя обтягивающий наряд из сапфирового кружева, направилась в дамскую комнату.

– Родная, я сейчас вернусь.

Потихоньку потягивая холодный лимонад из соломинки, Каранель теребила подол длинного кремового платья и болтала ногами, разглядывая зеленые шапки маленьких кустиков, усеявших перегородки между столиками, и немногочисленных посетителей кофейни. Здесь было приятно находиться. И безопасно – ничто не могло ее напугать или внезапно взволновать.

Мужчина в космически черном костюме, сидящий за столиком с мягкими бирюзовыми креслами неподалеку и активнее прочих питающий к матери интерес, вдруг склонился над тарелкой с яичницей и вцепился в волосы на голове. Когда персонал заметил неладное, бизнесмен, уже вовсю бьющийся в судорогах, свалился на пол.

Посетители повскакивали с мест, вызывая скорую и спеша оказать ему первую помощь. Мужчину беспрестанно рвало. Официант, добравшийся до пострадавшего первым, повернул его на бок и положил под голову подушку, расстегнув затем верхние пуговицы на рубашке.

Кара замерла, ощутив нарастающее сердцебиение. Волнение могло вызвать в организме защитную реакцию на стресс, поэтому она старалась сохранять невозмутимость, глядя на то, как окружающие пытаются помочь человеку до приезда скорой. Она ощущала ужас от того, что вместе с мужчиной, время которого пришло, могли погибнуть и все остальные. Но уже не от естественных причин, а от ее проклятого дара.

Мимолетная мысль ненавязчиво проскользнула в снедаемое тревогой сознание. Сработает ли с ним то, что год назад она сотворила с тем белым воробушком? Хватит ли ей сил вытянуть человека из цепких лап надвигающейся смерти? Слабая надежда уже теплилась в душе, когда девочка встала из-за стола и направилась к суетящимся вокруг мужчины взрослым.

Всего лишь дотронуться.

Она подходила ближе.

Всего лишь сконцентрироваться.

Каранель протянула ладонь к плечу мужчины.

Всего лишь окунуться в разливающуюся в ней печаль.

Рука матери, подошедшей сзади, ощутимо легла ей на плечо. Девочка вздрогнула и обернулась.

– Уходим, дорогая. Мы ничем не можем помочь этому дяде, – голос женщины был тих и мягок, но взгляд холодных серых глаз пробирал до костей и морозил дочь порицанием того, что она собиралась ослушаться некогда данного ей наставления.

Вилейн взяла ребенка за руку и повела прочь. Каранель обернулась всего раз, у дверей, и тогда мать остановилась, едва слышно вопрошая истину, которую вбивала в нее все эти годы.

– Напомни, любовь моя, кто он?

Девочка последний раз скользнула по лежащему на полу мужчине печальным взглядом и отвернулась.

– Мусор.

Свадьба Марии Тэрелиас и Лэйрьена Римана должна была стать весьма масштабным и, к тому же, скандальным событием за последний век. Влюбленные пошли наперекор законам, и совет древних ничего не смог с этим поделать, потому что оба их семейства входили в правящую верхушку. Даже с учетом того, что клан Тэрелиасов временно отстранили от полномочий из-за отсутствия у главы клана магии предков, совсем наплевать на ее желания они не могли. Ведь по умолчанию родовая ветвь еще сохраняла перспективность за счет наличия дара у сестры Марии.

Никого не волновало то, что на продолжение рода и на отношения с мужчинами у Молары Тэрелиас имелись свои взгляды, которые окружающие предпочитали игнорировать, списывая все на молодой и горячий нрав. В целом, это массовое закрытие глаз на проблему помогало клану не выпадать из жизни древнего сообщества и принимать в нем активное участие. А после того, как Тэрелиасы породнятся с уважаемым семейством Риман, можно будет и вовсе не переживать о своем статусе. Какое-то время. Пока не родится дитя, как и мать лишенное дара. Но об этом будущие молодожены раньше времени старались не думать.

Каранель была невероятно счастлива, что матери пришлось принять их приглашение даже в отсутствие желания, но виду не подала. По обыкновению, счастье, как и все остальные сильные эмоции, теплилось в настолько дальнем уголке души, что внешне казалось – девочке все безразлично. Бесстрастное выражение лица, молчаливость и мрачная сдержанность – такой ее видели окружающие. Запрещая себе проявлять эмоции, она защищала их жизни. Но не все потрясения можно было подавить.

Волнение, которое она испытывала от предвкушения праздника и того, что сама примет в нем непосредственное участие, заставляло ладошки потеть. Вытерев руки о легкую шифоновую ткань светло-серого платья с прикрепленным к груди кремовым бутоном розы, девочка в нерешительности открыла дверь и робко шагнула внутрь.

Зрелище сверкающего свадебного наряда Марии с длинным шлейфом ввело ее в полнейший транс. С неприкрытым восхищением глядя, как переливаются на нем драгоценные камни, Каранель застыла у порога, на миг забыв о напускной невозмутимости.

– Я ждала тебя, дитя, – Мария отвернулась от зеркала и подмигнула гостье. – Подойди, помоги мне.

Теплые зеленые глаза смотрели лукаво, без тени опасения или неприязни, что обычно проглядывалось в остальных. Стиснув в руках легкий тонкий подол, девочка прошла в зал.

Мария повернулась к ней спиной и опустилась на колени, предлагая помочь затянуть корсет.

– Тебе нравится Лэйрьен? – внезапный вопрос виновницы предстоящего торжества застал врасплох.

Каранель завязала ленты в бантик и задумалась. Она относилась к наследнику клана Риман… никак. Им не представлялось возможности узнать друг друга.

– Он… красивый, – ребенок вспомнил единственную вещь, что привлекала в молодом человеке.

– Ты тоже очень красивая, кнопка, – девушка повернулась и ласково потрепала девочку за щеку, из-за чего та очень смутилась и отвела взгляд.

Мария всегда была такой с ней. Легкой и игривой. Она одна не сторонилась древнее дитя, что не могло контролировать свою опасную кровь.