Дело о похищенных туфельках (СИ) - Тулинова Лена

— Мы думали, что это все несерьезно, но…

А самого Лида, потихоньку жалеющего, что его мать не посетила соревнование, в это время взяли в клещи Миллс и Тидо.

— Что это были за фокусы, агент? — спросил шеф.

— Ка-а-акие фокусы? — заикнулся Флайминг.

— С Лидией и визуалистом. Разве лейтенант Пай имеет право подменять вас? В конце концов, это не ее ведомство.

— Но ей же тоже надо было присутствовать на совещании, — слабо ответил Флай. — И потом, ничего же страшного…

— Мне только хочется знать, — бесстрашно влезла в их беседу настоящая Лидия Пай, — на чем именно я прокололась. Мне казалось, я очень хорошо срисовала ментальный фон Флая и его манеру общения.

Шеф Миллс тяжело вздохнул.

— Вы слишком хорошо срисовали, но при этом, лейтенант, вы — не он! Что за самодеятельность? Назовите основания для такого обмана. Вы представляете последствия?

— Я готов к выговору, — сказал Флай, — или к штрафу.

— А с вами, лейтенант Пай, поговорю уже я, — приветливо улыбнулась капитан Тидо, и от нее отчетливо повеяло недовольным холодком.

— Основания были, — вытянулась во фрунт Лидия. — И очень даже были! К тому же, в отличие от меня, агент Лид сегодня числится как пациент военного госпиталя и не обязан присутствовать на службе. Если бы он поехал на совещание, то не успел бы закончить сеанс у лекаря вовремя, чтобы попасть на соревнование. Поэтому мы с Бейлином и вступили в этот сговор.

— Танцы! — рассердился Миллс. — Разве танцы важнее службы?

— Никак нет, — ответила Лидия, — но сегодня у него есть право на службе не присутствовать. Менталист, получивший физическую и психологическую травму, к службе не пригоден. Вы, агент Миллс, извините, указали нам сегодня на массу ошибок, но сделали свою. Вы не имели право вызывать Лида сегодня на совещание. Единственное, за что вы можете нас порицать — так это за то, что мы обменялись внешностью.

— Бейлин, — пробормотал Миллс, — это вот кто?

— Это ее муж, — хмыкнула капитан Тидо.

— Это наш визуалист, — улыбнулась Лидия.

— Ха, — сказал шеф Миллс, — ха-ха. Вот почему он не сделал сходство с вами полным, Лидия.

Лейтенант Пай заулыбалась.

— Еще бы он это сделал, — сказала она, — зная, какие у вас в отделе похотливые кадры!

Обстановка заметно разрядилась, и не только благодаря словам Лидии, но и ее незаметному, теплому, словно прикосновение солнечного лучика ментальному вмешательству. Флай благодарно поклонился ей.

— И все же я готов понести наказание, — сказал он шефу.

— Я уже жалею, что поспешил произвести тебя в агенты, — буркнул тот.

— Отчего же? — огорчился Флай.

— Оттого, что взыскивать с агента приходится по полной программе, а со стажера столько просто не возьмешь, — встряла Тидо.

— Так ему еще и удостоверения не дали, — заметила Лидия невинно. — По факту без бумаг он пока что стажер.

— А пистолет? — спросил Миллс, уже явно сдаваясь.

— Ну а что пистолет? Он им даже не пользовался, как вы его уже изъяли, агент Миллс, — сказала Лидия.

Флайминг Лид был спасен.

— Как я могу вас отблагодарить, Лидия? — спросил он, когда капитан Тидо и шеф от него отстали.

— Пожалуй, не стоит, — сказала лейтенант Пай. — Я ведь и себя защищала, и мужа тоже. Если б нас всех поувольняли — неловко бы вышло.

— Я не только за эту беседу, — сказал Флай, — а за то, что вы полдня меня прикрывали по всем фронтам. Даже танцевали с Тони!

— Ну, пока я еще могу, — вздернула аккуратный подбородочек Лидия. — Потом-то придется больше беречь себя. И так уже трудновато на каблуках оказалось! Но вообще это было скорее в удовольствие! Нечасто служба преподносит такие хорошие сюрпризы.

Флай поцеловал ей руку.

ГЛАВА 40, в которой Ода делает предложение, а остальные просто счастливы

Их компания потянулась на выход — и уже на крыльце ассоциации танцев Ода Гартон звонко провозгласила:

— А теперь не расходимся, приглашаю всех в кафе «Улица»! Оно большое, все поместимся!

— В честь чего это? — удивился Андор Миллс, оглядывая всю свою команду и сопутствующих ей отдельных индивидов.

Их тоже оказалось немало: тут и родители Бреннер, и наставники по танцам, и полицейские чуть ли не в полном составе участка капитана Тидо. И даже маг-визуалист под ручку с настоящей Лидией Пай. И Флай наконец-то принял свой обычный облик, который странно смотрелся с не стертым с лица макияжем. Антония уже подсовывала ему крем и салфетки, так что это было ненадолго.

— В честь выхода в финал, да? — спросил Руис Орлео.

— Увидите, — ничуть не смутилась Ода и повела всех за собой — ни дать ни взять, гусыня впереди гусиного стада.

Миллс ее просто не узнавал. Нет, Ода всегда была задорной и немного озорной женщиной, но что-то переменилось.

Следом за нею, словно привязанный, шел Кокус Медоед Винфи. А дальше — под ручку! — Рести и Талангер. Просто удивительно, сколько неположенных правилами служебных связей. Отношения на службе, ай-ай-ай! Словно подслушав его мысли, капитан Тидо оперлась на руку Андора и сказала:

— По-моему, правила пора пересмотреть. Это ведь не самый строгий устав — это просто правила внутри отдела. Устарели — можно и отменить!

— Легко отменить правила, — укоризненно сказал Миллс, — а потом как за порядком следить? Нет, подожду пока с этим…

В кафе, как оказалось, Ода успела когда-то забронировать целый длиннющий стол. Он ничем не напоминал скучный рабочий стол в конференц-зале отдела магических правонарушений! Здесь было множество красивых и аппетитных закусок, вина в высоких кувшинах с узкими горлышками, белоснежный фарфор спорил блеском с тонким стеклом и столовым серебром.

— У нас много поводов праздновать, — сказала агент Гартон, когда все уселись и притихли в ожидании речи. — Первый — поимка преступника. Но это так, рутина. Второй — это сегодняшняя победа Мухи и его прекрасной партнерши, которая все это время его терпела.

Все засмеялись, но Ода постучала вилкой по бокалу, наполненному рубиновым вином.

— Но самый главный повод все равно мой, — заявила она, — поэтому сперва, пока вы все еще трезвые, выслушайте и поднимите за это свои бокалы. Вчера, находясь в сознании, без давления со стороны и всякое такое, я при свидетелях кое-что обещала. Свидетелиии! Помашите Оде ручкой!

Первой помахала Антония Бреннер. Агент Миллс с интересом ждал, кто еще ответит на призыв Оды. Ара и Бато Кея тоже помахали рукам в знак того что они действительно свидетели чего-то таинственного и важного, и последним, привстав, махнул патрульный Нельви.

— Итак, — агент Гартон кашлянула и обвела всех долгим взглядом. — Вчера я поклялась: если Флайминга Лида спасет именно Медоед, я сделаю ему предложение руки и сердца. В общем, так оно и было, я считаю — ведь именно Кокус застрелил мерзавца. Поэтому, слушайте все. Кокус Винфи, согласен ли ты стать моим мужем?

— Только если это не сказано сгоряча, — пробасил рыжий здоровяк. — Я б хотел, чтоб меня любили, а не жалели о напрасно сделанной клятве.

— Ой дурак, — сказала Ода, — да кто ж в таком признается. Ты себя в зеркало видел?

— Ну, — хмыкнул Медоед, — приходилось пару раз. В общем, чего уж там, я согласен, — добавил он кокетливо, словно юная девица, и даже хихикнул. — Потому что это… Я тут кое-что купил для тебя. Вот как чувствовал.

— Эй, кто тут предложение делает, — возмутилась Ода, видя, что Кокус вытаскивает из кармана обтянутую красным бархатом коробчку, и достала из сумочки почти точно такую же.

— Ну просто у меня к тебе встречное предложение, — ухмыльнулся Медоед.

Тут и правда наступила пора выпить немного вина за обоюдное согласие жениха и невесты. Аплодисменты, поздравления звучали со всех сторон.

— Отличное решение проблемы, — сказала Тидо. — Вот об этом я и говорила! Личные и служебные отношения неплохо смешиваются, если они не тили-тили, а что-то серьезное. Ну что, кто следующий?