Обсидиан - Дженнифер Арминтраут

Именно из-за него я чувствовала себя некомфортно.

Я вернулась к вешалкам, притворившись, что снова просматриваю платья. Невзначай, я подняла взгляд. Он все еще стоял на том же месте.

— Что за черт? — пробормотала я. Либо он ждал кого-то, либо был извращенцем. Либо Аэрумом. Я отказывалась верить в последнее. Осмотрев полупустой магазин, я остановилась на втором варианте.

— Что ты делаешь? — ко мне подошла Лесса, поправляя молнию на платье, придававшем ее мальчишеской фигуре некоторые изгибы. — Прячешься за вешалками?

Я хотела было указать на подглядывавшего за нами типа, но когда я снова взглянула в его сторону, его уже не было.

— Ничего. — Я откашлялась. — Вы уже готовы?

Она кивнула, и я поспешно направилась в примерочную, чтобы переодеться. На протяжении всего времени, пока мы расплачивались, я продолжала бросать взгляды в сторону окна.

Ощущение дискомфорта все еще висело в воздухе, даже тогда, когда мы подходили к машине Ди. Я ждала, что этот тип в любой момент появится из ниоткуда и испугает меня до полусмерти.

Мы аккуратно свернули платья и поместили их в багажник, в то время как Лесса и Карисса запрыгивали на заднее сидение.

Закрыв багажник, Ди повернулась ко мне. На ее губах блуждала улыбка.

— Я не сказала тебе этого раньше, потому что была уверена, что ты передумаешь относительно платья.

— Что? — нахмурилась я. — Оно увеличивает мой зад?

Ди рассмеялась.

— Нет. Ты выглядишь в нем превосходно.

— Тогда в чем дело?

Ее улыбка превратилась в откровенно озорную.

— Оу, ты знаешь, просто красный — это… любимый цвет Деймона.

22

В тот вечер, когда должны были состояться танцы, я была переполнена нервозностью. Чем ближе мероприятие, тем сильнее мне хотелось позвонить Саймону и отменить все напрочь, но... я так этого и не сделала, потому что мама потратила большие деньги на мое платье, а Ди проделала по-настоящему невероятную работу с моей внешностью.

Завитые волосы были подняты наверх, обнажая мою шею. Несколько прядей с хорошо продуманной небрежностью обрамляли мои виски и опадали на обнаженные плечи. Она даже обрызгала мои волосы ванильным блеском, чтобы при каждом повороте головы пряди мерцали.

Благодаря дымчатому макияжу мои глаза приобрели теплый насыщенно-янтарный оттенок. Не знаю, что Ди делала с моими ресницами — возможно, прицепила искусственные — но теперь они выглядели невероятно густыми и длинными. Ее последней манипуляцией, прежде чем помчаться на встречу с Лессой, стало нанесение легкого слоя блеска, предавшего моим губам идеально-рубиновый оттенок.

Перед тем, как пойти вниз, я еще раз взглянула на свое отражение в зеркале. Мне казалось, что я смотрела на незнакомку. Впредь мне следовало чаще вспоминать о существовании макияжа.

Увидев меня, мама в ту же секунду начала вытирать слезы:

— О, милая, какая же ты красивая. — Она направилась ко мне, чтобы обнять, но тут же остановилась: — Я не хочу ничего испортить. Позволь мне принести камеру!

Даже я не стала бы лишать ее этого законного момента радости, поэтому покорно ждала, когда она вернется и принесет фотоаппарат, чтобы сделать десяток фотографий. Облаченная в больничную робу, она напоминала смешного замаскированного папарацци.

— Да, кстати, по поводу этого парня... Саймона, — начала она, и ее лоб нахмурился. — Ты никогда раньше о нем не упоминала.

О, Господи.

— Мы общаемся. Ничего больше, можешь быть спокойной.

Она наградила меня материнским взглядом:

— А что случилось с мальчиком по соседству... с Деймоном? Ты ведь гуляла с ним несколько раз, верно?

Я пожала плечами. Это был тот разговор, который я никогда в жизни не стану обсуждать с собственной матерью.

— Мм-м, мы с ним… заклятые друзья.

— Что? — Ее брови взлетели вверх.

— Ничего, — вздохнула я, разглядывая собственные пальцы. Деймон говорил, что на мне все еще оставался легкий след. — Мы с ним друзья.

— Что ж, очень жаль, — она пригладила волнистые локоны. — Он производит впечатление хорошего парня.

Деймон? Хороший парень? О, нет. Громкий звук подъехавшей машины положил конец нашему разговору. Я подошла к окну, чтобы выглянуть.

О, мой Бог.

Грузовик Саймона был не меньше субмарины.

— Почему вы оба не пошли в кафе, как предлагала Ди? — спросила мама, подготавливая фотоаппарат для очередной фотосессии.

Саймон отказался брать напрокат автомобиль, поэтому я, в свою очередь, отказалась с ним обедать. Мы договорились встретиться здесь, у меня дома. Это, конечно, тоже не слишком светлая идея, но встречаться с ним на самом вечере казалось совсем глупо. Не говоря уже о том, что билеты были именно у него.

Я не стала отвечать, потому что уже открывала дверь. На пороге стоял Саймон, облаченный в смокинг. Я, честно говоря, почти удивилась, обнаружив, что существовали смокинги, подходившие ему по размеру. Его глаза, казавшиеся немного затуманенными, прошлись по мне в такой неторопливой манере, что мои щеки мгновенно приобрели тот же алый оттенок, что и мое платье.

— Ты выглядишь... потрясающе, — произнес он, потянув кружево, прикрепленное на талии моего корсажа. Я поморщилась, услышав, как за моей спиной мама тихо откашлялась. Отступив в сторону, я забрала у Саймона украшение и пропустила его в холл.

— Мама, это Саймон.

Саймон прошел вперед, пожимая мамину вытянутую руку.

— Теперь я вижу, от кого Кэти унаследовала свою внешность.

Мама вскинула бровь, превратившись в Снежную Королеву. Саймон определенно не пользовался ее расположением.

— Очень мило.

Подойдя к нему, я снова прицепила кружевное украшение к корсажу, испытывая облегчение оттого, что Саймон потянул за ту деталь, которая не была прикреплена. Обхватив мою талию рукой и улыбаясь в камеру, Саймон выдержал ослепляющую фотосессию совершенно невозмутимо и даже охотно.

— О, совершенно забыла. — Мама ушла в гостиную и вернулась, держа в руках черную кружевную шаль. Накинув ее на мои обнаженные плечи, она улыбнулась:

— Это будет тебя согревать.

— Спасибо, — кивнула я, окутывая себя плотнее. Я была ей благодарна за эту накидку гораздо сильнее, чем она могла себе представить. Если раньше платье мне казалось идеальным, то теперь, рядом с Сайманом, который практически истекал слюной поверх выреза моего корсажа, я чувствовала себя некомфортно, выставляя на показ столько неприкрытой кожи.

Мама отвела меня в сторону, пока Саймон в ожидании вышел на улицу.

— Обязательно сообщи мне, когда вернешься домой. И если вдруг что-то случится, обязательно звони мне. Хорошо? Я работаю сегодня в Венчестере. — Она бросила взгляд в сторону двери и нахмурилась. — Если нужно я смогу уехать.