Начать заново (СИ) - Котова Екатерина

— Не вкусно? — спросил меня Ворн, когда я засмотрелась в окно на усилившийся дождь.

— Что вы, мне нравится, просто аппетита нет. — честно призналась ему и к нам тут же подошла сама хозяйка заведения. Магда была небольшого роста, но сдобная телом и округлая во всех выдающихся местах. Женщина средних лет с пестрым платком на голове поставила простую глиняную тарелку, какие продавали в мастерской за медяшку, на которой красовались весьма аппетитные соленья, маринованный чесночок и острая пассированная морковка.

— Нравится ей. — фыркнула она, уперев руки в боки тыльной стороной ладоней, — Ты посмотри на нее, Ворн, худющая, такую кормить и кормить. Можешь обманывать кого хочешь, но я-то знаю, в чем дело, когда у хорошенькой девушки нет аппетита! — сощурила она на меня и так узкие карие глаза.

— Что же? — полюбопытствовал мастер, видимо привыкший к манере бойкой трактирщицы.

— Рана сердца. — картинно прижала пухленькую ладонь к немалому бюсту гольда. Я промолчала, что было расшифровано, как согласие и Магда продолжила: — А от такой раны есть только одно средство. — она ловко упорхнула за стойку при своей крепкой комплекции и вытащила оттуда запотевшую мутную бутыль с бледно-молочной жидкостью.

— Торосум! — гордо провозгласила напиток, который вызывал у меня исключительно спазмы желудка. Наверное, на лице у меня был написан весь ужас от предложенного напитка, потому что Ворн аккуратно откланялся от чести распития национального достояния средь бела дня.

— Магда, нам еще сегодня работать, поэтому предлагаю приберечь столь ценный товар для настоящего ценителя. Айрис пока только привыкает к нашей еде и традициям. — пояснил гольд, отчего та фыркнула, но, забрав бутыль, подмигнула мне. — Ты всегда можешь прийти к Магде, девочка, и я угощу тебя клюковкой, если напиток Богов тебе не по нраву. — и покачивая округлыми бедрами уплыла на кухню. Я даже выдохнула и запихнула в себя ложку рагу. Не очень любила, когда посторонние лезли в мои дела, какие бы приветливые они ни были.

— Айрис, если ты в силах, то мы завтра можем начать обучение.

— Правда? — отвлеклась я от ковыряния в горшочке.

— Да. Но придется встать пораньше.

— Я готова. — отвлеклась от мыслей, что дурною кошкою выли в душе. Мне было приятно, что Ворн не пытался разворошить то, что гадким скрежетом отзывалось внутри. Хотя по его глазам, мне казалось, он и так все знает, даже не задавая никому ни единого вопроса.

— Хорошо, завтра в шесть утра приходи на улицу Монг, 7.

— Буду. — я поковырялась еще в тарелке и стало неловко за собственную меланхолию, — Извините, если порчу аппетит. Настроения нет. — повинилась я, что не могу быть сегодня интересным собеседником.

— Ерунда все. Айрис, ты не обязана никого развлекать. — твердо сказал Ворн и с удовольствием доскреб свой горшочек. А его слова попали в самую суть. Я действительно не намерена никого развлекать.

День пролетел незаметно, я разбиралась с глиной вместе с мастером, а затем мы увлекательно посидели в артефакторной над интересной загадкой: никогда прежде я такого не видела, но вещица заставляла магов вокруг себя становиться обычными людьми. Впрочем, в связи с нынешним уровнем магии и «дырами» в пространстве, лишиться магии можно было и без этой штуки.

Артефакт был не исправен и к вечеру Ворн даже погнал меня домой, потому что дело оказалось серьезным и не на один час. А для меня, дипломированного мага, разобраться, в чем поломка — было делом принципа. А время близилось к позднему вечеру. Ему был приятен мой интерес к науке, в которой он сам, насколько я поняла, был весьма неплохим специалистом.

На следующее же утро я в удобной одежде и с сумкой наперевес шла по улице Монг. Под ногами стелился туман, убаюкивающий и влажный, гонящий тебя либо домой, либо быстрее по городу и тоже в тепло.

Здесь не было каменной кладки, а стелилась неширокая утоптанная простым людом дорога. Под ногами хрустели мелкие камушки и шуршали неубранные листья. Сбоку донеслось блеяние вольногуляющей спозаранку козы и тут же ей вторили возмущенные чем-то гуси, вывалившиеся на дорогу вперевалочку, вытягивая длинные шеи, пытаясь разглядеть, кого это занесло на их территорию. Пришлось обходить живность по дуге, дабы не быть щипаной явно по-хозяйски чувствующими себя здесь птицами.

Когда я дошла до нужного адреса с обозначенным номером на боковине забора, передо мной предстал небольшой домик с типичной для гольдов чуть изогнутой крышей и приподнятыми вверх краями углов. Дом примыкал прямо к каменному ограждению, за которым просматривался лес. И в этом влажном воздухе так нестерпимо пахло хвоей, что я даже чуток постояла, принюхиваясь, вспоминая Ноэль и ее домик в лесу. Сердце предательски сжалось, и я решительно схватилась за железное кольцо на круглой двери, которое держал в зубах оскаленный мангольдский дух. Никто не открывал и я, осмелев, чуть толкнула дверь. Просто проверить. И оказалось, что тут никто и не балуется замками.

— Господин Грам? — произнесла в пустоту аккуратно убранной прихожей и гостиной, двери которой вели во внутренний дворик, где Ворн и Марко сошлись в поединке на тренировочных шестах. Картинка тут же приковывала взгляд, и я не в силах закрыть дверь с той стороны вошла в дом.

Это было похоже на танец, а никак не на бой. И Грам не уступал более молодому воспитаннику в пластике и ловкости движений. Наоборот, он был уверенным, зрелым и опытным воином. Марко же двигался более порывисто, но не менее впечатляюще. Но в итоге за свою горячность быстро получил тычком шеста в бок. Он согнулся, резко выдохнув, но устоял на ногах, с волос слетела влага капельным веером, подтверждая интенсивность тренировки.

— Ты слишком торопишься победить, Марко, поэтому делаешь ошибки. — остановил Ворн шест и выпрямился, завершая бой и поднял на меня серьезный взгляд темных глаз.

Я почувствовала себя неловко, оттого что увидела какой-то воспитательный момент и замялась. Даже не заметила, как подошла в плотную к стеклу лоджии. Пришлось открыть дверь и обозначить свое присутствие.

— Доброе утро. — произнесла, стараясь говорить ровно, — Я стучала, но никто не ответил, а дверь была открыта. — оправдалась я.

— Доброе утро. — поздоровался Ворн, никак не прокомментировав мое вторжение.

Услышав мой голос, племянник мастера тут же выпрямился и обернулся. В его взгляде читалось удивление, а затем он улыбнулся:

— Привет, Айрис!

Я проигнорировала его, развернувшись за вошедшим в помещение мастером и закрыла дверь, как он попросил. Похоже Торренса младшего даже поучительная история в отеле не слишком охладила к нашим отношениям. И он предпочел сделать вид, что ничего не было! Каков нахал!

— Подожди меня пару минут, я скоро. — Ворн зашел в небольшую дверку и послышался звук льющейся воды. Похоже мастер решил освежиться после боя. Что ж, подождем. Я положила сумку на стол и обвела небольшую, но уютную комнату взглядом: низкий круглый столик и традиционные гольдские подушки на полу из рогожки наполняли собой столовую и гостиную. По другую стену стояла печь и место для готовки с огромным чугунным казаном. Во всю восточную стену, что выходила видом на внутренний двор, были вставлены стекла, создавая много света в помещении. На стенах висели священные рунические символы гольдского понимания божественного.

Ввиду такой видимости я старалась не обращать внимания на Марко, так как хотелось отхлестать его крапивой по крепкому торсу, коим он щеголял, явно довольствуясь новым зрителем женского пола. Я села на подушку по-гольдски и запоздало подумала, что надо было сесть к стеклу спиной. И только я собиралась это сделать, как Марко подошел к лоджии. Я посмотрела на соседа со смесью злости и обиды, а мужчина стал выдыхать на поверхность стекла облачка пара, заставляя его запотевать. От странного поведения я даже брови приподняла. А дальше он на дэрнском вывел надпись: «Прости», и состроил раскаивающийся вид, сложив ладони в молитвенном жесте. Зрачки горца быстро метнулись вбок и тот спешно вернулся на вытоптанную площадку, возвращаясь к упражнениям.