Обратная сторона Истока (СИ) - Шашкова Екатерина Владимировна

— Конечно нет! Поэтому я и подумала, что надо вычеркнуть из уравнения принцессу и всё, связанное с покушениями на неё. Просто забудь об этом. Представь, что это обычный дом взорвали.

— Гостиницу, — машинально уточнил магос. — Почти пустую.

— Ну пусть гостиницу. Что бы ты подумал, если бы не знал никаких дополнительных фактов?

— Что владелец здания кому-то дорогу перебежал, и его решили таким образом на место поставить.

— Хорошая версия, — одобрила Нина. — Но не катит. Совет магнатов уже объявит, что всем пострадавшим компенсацию выплатят. И уж хозяина гостиницы точно не забудут, он в этот совет входит, так что ещё и в плюсе останется. Дальше!

— Ну… Подставить Алекса? Взрывчатка-то его.

— Вариант. Но меня кое-что смущает: в прошлый раз, когда его деда казнили, ничего ведь не взрывали? И не убивали никого? Обвинение притянули за уши к имеющимся фактам, но специально закон не нарушали.

— Нет, не нарушали. У старика и без того грехов хватало.

— Значит, если за ультиматумом стоит тот же человек, то и действовать он будет по той же схеме. Увидел повод запихать человека за решётку — и воспользовался им. Но сам этот повод не создавал.

— Ладно, уговорила. Похоже на правду. Но что остаётся? У меня такое чувство, что ты ответ знаешь, просто хочешь из меня его вытянуть.

— Хочу убедиться, что мы думаем в одном направлении, — не стала скрывать Нина.

— Тогда считай, что я просто заранее согласен с твоей гипотезой, насколько бы бредово она не звучала. Потому что у меня идеи кончились. Хотя… — Ракун честно попытался выкинуть из головы лишние мысли и смотреть на взрыв как на независимое происшествие, и картинка внезапно обрела чёткость. — Если представить, что наши террористы сделали ровно то, что запланировали, то, может, целью была не принцесса, а какой-то другой человек? Вообще любой из погибших. Причём если бы этого человека просто убили, то начались бы разборки. А так — списали всё на несчастный случай.

— Вот и мне так показалось. — В голосе подруги явственно послышалось удовлетворение. Попал, значит, в точку.

— И кто у нас там такой интересный среди жертв?

— А вот это я тебе сходу не скажу, разбираться надо. Я список погибших наизусть не заучивала. Когда закончим с нашим делом, тогда и…

— Тебе идти, кстати, не пора? — напомнил Ракун.

— Пора, — согласилась Нина, но связь не прервала. Помолчала немного и продолжила: — У меня одна просьба. Только не смейся, если тебе покажется, что она глупая, но… В общем, поклянись, что не станешь использовать силу Устья, что бы ни случилось.

— Да я и не планировал… — Магос украдкой потеребил серёжку. Камень на ощупь казался совершенно безжизненным, как и все арфактумы. — Мы вроде как договорились.

Из рации раздалось крайне скептическое хмыканье.

Ну да, точно. Не договорились, потому что он увёл разговор в сторону. А не планировал потому, что вообще не привык строить планы. Но если бы возникла необходимость рискнуть — сделал бы это не задумываясь.

Нина не могла об этом не знать. Как уж тут удержаться от скепсиса?

— Вот и замечательно, что договорились, — произнесла она. — Тогда если ты дашь клятву, то ничего не изменится, правда же?

— Ты мне не веришь, женщина?

— Я совершенно уверена, что ты не станешь рисковать без крайней необходимости. И сделаю всё, чтоб этой необходимости не возникло. Но для этого мне надо думать о деле, а не бояться за тебя в фоновом режиме.

Теперь настала очередь Ракуна скептически хмыкать.

Вот же выхухоль! Она ведь сразу призналась: затеяла разговор, потому что страшно. Но не за себя страшно. За себя бояться это упрямое создание, кажется, так и не научилось.

— Ладно, что ты хочешь? Клятву?

— Да. Настоящую.

— И чем тебе поклясться? Жизнью?

— Не надо жизнью, ты ей и так постоянно рискуешь, — не одобрила идею Нина. — Давай проще. Поклянись силой Устья, что не станешь использовать силу Устья.

— Это какая-то ловушка? — нахмурился Ракун. — Долго условие придумывала?

— Пришлось повозиться. Но иначе с тебя бы сталось поклясться чем-нибудь действительно важным, а мне рыдать потом, оплакивать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Магос покрутил в голове формулировку. Да, просто, но действенно. Если ему вздумается применить свою силу, то нарушенная клятва сама её отключит и применять станет попросту нечего.

По крайней мере, в идеале всё должно сработать именно так.

А на практике могло получиться что угодно. Несдержанные обещания иногда оборачивались большими проблемами, поэтому обращались с ними аккуратно и давать старались пореже. Но иногда приходилось, и опыта в этом деле у Ракуна было побольше, чем у его подруги.

— Клянусь расплатиться силой Устья, если использую сегодня силу Устья, — осторожно проговорил он.

На «сегодня» Нина ожидаемо поворчала, но в целом осталась довольна услышанным. Ракун тихонько выдохнул. Одну лазейку он себе всё-таки оставил.

Но очень надеялся, что она не понадобится.

Нина отключила связь, тщательно замотала рацию в плотный полиэтиленовый пакет и только потом уложила в рюкзак — тоже водонепроницаемый. Вытерла о штаны вспотевшие от волнения ладони — и сразу же снова намочила их, зачерпнув воду.

Вода была тёплая и чистая.

В такой воде хотелось весело плескаться с друзьями, а потом валяться на пляже, подставляя бока солнцу. А вот плыть в глубину тёмного грота не хотелось совершенно. Но выбора не осталось. Первый шаг она уже сделала, причём совершенно добровольно. Теперь только вперёд.

Нина ещё раз проверила герметичность рюкзака, закинула его на спину и аккуратно, почти без плеска скользнула в воду. Одежда осталась в лодке. Прощай, футболка с енотом, ты служила верой и правдой весь этот год, но иногда приходится расставаться!

Чем дальше от решётки, тем прохладнее становилась вода, ниже потолок и темнее вокруг. Нина щёлкнула по налобному фонарику, тот послушно высветил кусок пространства.

Дальней стены у грота практически не было. В скале друг над другом виднелись несколько отверстий: вентиляционное (предусмотрительно закрытое решёткой), техническое (с запертой дверцей) и здоровенная труба водозаборника, не зарытая ничем.

Конечно, в ней тоже была сетка, и не одна — целая система фильтрации. Но установлена она была гораздо дальше, во внутренней части тюрьмы. А с этой стороны путь преграждал разве что огромный винт, загоняющий воду в трубу.

Винт работал на магии.

Почти всё оснащение тюрьмы работало на магии — так выходило проще и дешевле. Да и в те давние года, когда строили эту систему, техническое развитие Истока вряд ли позволило бы установить в недрах скалы круглосуточно работающий механический мотор. Его же ещё и питать чем-то пришлось бы, керосин вёдрами таскать.

Сложно! Проще подпитывать двигатель арфактумами, изредка приглашая магосов, чтоб зарядили. А раз в поколение, во время коронации, можно пару дней и без воды посидеть, не смертельно.

Так, наверное, думали проектировщики.

По крайней мере, Нина надеялась, что они думали именно так и дальше её не ждёт непредвиденный сюрприз.

Сейчас винт не двигался. Не чистили его, похоже, с момента установки: огромные лопасти покрывала ржавчина и налипшие водоросли.

— Ну, погнали, — шёпотом приказала себе Нина и поплыла вперёд, в тоннель.

На удивление, было почти не страшно. Волнительно, немного тревожно — да, не без этого. Но в остальном, чем дальше она продвигалась, тем спокойнее становилось на душе. Дорога в никуда казалась знакомым, почти привычным делом.

Главное: не думать про Ракуна. Вообще не думать про окружающий мир и суровую реальность, а представлять себя… ну, например Человеком-Муравьём в канализации.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А что? Ему тоже приходилось друзей из тюрьмы вытаскивать!

Вода заполняла трубу примерно наполовину, так что воздуха внутри было более чем достаточно. Правда, пах он тиной, затхлостью и рыбой (иногда дохлой), так что преодолеть первое препятствие хотелось побыстрее.