Нежный свет. Невеста для архимага - Татьяна Кошкина

Мне все приснилось?

Сажусь и понимаю: это был не сон – за одну ночь грудь не может вырасти так, что пуговицы на платье не сходятся. Да, я в том самом платье феечки, которое так старательно выбирала для охмурения местных бесперспективных кавалеров. В том самом, которое благополучно осталось в гардеробе замка Шайн Флай. Как я думала, навсегда.

Кольцо с шипом на месте. Крутанула его и, нажав, открыла длинную иглу. На ней все еще кровь моей сестры. Все, что осталось от Катрин Шайн Флай. Она пачкает мой палец, и к горлу подступает тошнота. Невозможно. Отвратительно. Гадко. Вся боль, которую снял Нежный Свет, теперь наваливается на меня мешком. Снимаю злосчастное кольцо и швыряю в дальний угол комнаты.

Не зная, как справиться с волнением, продолжаю инвентаризацию всего. Браслета для связи нет, амулетов нет, зато руна «эр-дарк» на месте. Не пульсирует, не болит, вообще не подает никаких признаков жизни. Разумеется, в этом мире нет магии, здесь это лишь бесполезная татуировка. Но все равно делаю это:

– Эр-дарк. Эр-дарк, – срывается с губ, пока руки судорожно комкают простыню.

Он может найти меня в любом месте мира, но почувствовать сквозь миры…

Я слишком рациональна, чтобы верить в такую магию! Падаю на подушку и прячу лицо в идеально белой наволочке с запахом моих духов.

Почему сюда? Зачем?

«Время делать последний выбор», – голос мамы эхом в ушах.

Так какого черта? Почему я не очнулась на развилке рядом с камнем из серии: «Направо пойдешь – замуж попадешь, прямо пойдешь – честь и совесть потеряешь, налево пойдешь – честь и совесть потеряешь, но замуж все-таки возьмут». Ну или что там пишут на камнях в сказках для взрослых девочек?

Знаю одно. Мне нужно быть рядом с Ричардом. Сказать ему, что все в порядке и у нас скоро появится… Искра.

Дрожащими пальцами касаюсь рукой плоского живота. Неужели там есть он? Действительно? Мы с архимагом создали живого человека? Ричард не раз говорил, как это сложно. Ведь маги могут создать только одного наследника, передав часть своей силы.

Не верю в реальность происходящего, но, когда придет время, тест на беременность все-таки куплю.

– Шайн Дрим, в твоих интересах найти меня как можно скорее, – говорю это первым лучам солнца, которые заливают комнату золотым светом и дарят иллюзию нового начала, которое сейчас очень похоже на конец.

Глава 35. Вера, Надежда, Любовь… и архимаг!

Первый месяц я ждала каждый день, минуту, секунду. Смотрела в окна квартиры, офиса и постоянно хваталась за телефон в нелепой надежде. Замирала от каждого звонка в дверь квартиры и бежала открывать, сшибая по пути мебель.

Второй месяц принес токсикоз и отчаяние. Искра во мне, вот только архимагу она не нужна. Уезжая из отеля, я оставила в номере и на стойке администрации все свои данные: номер телефона, домашний адрес и место работы. Если бы Ричард захотел, то давно нашел бы меня. Я старалась не думать о том, что вспышка света убила не только Катрин, но и всех, кто был в пещере.

Старалась не думать, но по ночам грустные мысли захватывали и дарили страшные сны. К моему стыду, просыпаясь от очередного кошмара, в глубине души я чувствовала облегчение – он не бросил, просто его больше нет.

Третий месяц обрушился на меня гневом босса…

* * *

– Что значит беременна, Вера?! – с ужасом смотрит на справку из консультации.

– У вас трое детей, Матвей Семенович. Думаю, вы в курсе, что значит беременна.

Стараюсь, чтобы голос не дрожал. Высокий длинноносый Маховецкий, хоть и муж лучшей подруги, но на работе спуску никому не даст, а я бессовестным образом нарушила негласную договоренность. Он берет меня руководить, а я не ухожу в декрет два года. Понимаю, что все это на словах и не имеет юридической силы, но подвела человека, тут ничего не поделаешь.

– Подставила ты меня перед генеральным по полной программе. Думал, ты достаточно рациональная и ответственная женщина, чтобы соблюдать договоренности. – Бросает усталый взгляд, который отскакивает от меня, ни капли не задев. – А вместо этого собираешься в декрет, только получив должность. Не узнаю тебя, Вера.

Понимаю его. Вера Иванова, которую он знал, готова была пожертвовать всем ради карьеры. Она не думая рванула бы на аборт и вернулась с улыбкой на лице. Вот только ее больше нет. Нежный Свет выжег из меня эту холодную стерву, как будто очистил изнутри, оставив только Верриону Шайн Флай, искренне любящую и совершенно ненужную в жестоком мире продаж. Но увы, теперь это я. Женщина, уставшая от ожидания, но готовая на все ради Искры.

Я никогда не избавлюсь от ребенка, хоть режьте.

– Понятно, – выдыхает Маховецкий, безошибочно прочитав это в моих глазах. – Иди работай. Начинай искать преемника из местных девушек, клетку на нового руководителя нам точно не дадут.

– Хорошо. И, Матвей, прости. Я не планировала.

– Иди к черту, Вера. Чтоб я еще раз Ирку послушал! – последнее доносится уже в спину.

* * *

– Она точно любовница Маховецкого. Вот и залетела от него, – слышу шепот из-за приоткрытой двери отдела продаж.

Узнаю голос Любы. С этой длинноногой блондинкой у нас сложные отношения. Она работает здесь дольше всех и рвалась на должность руководителя, сметая все стены. Но попытка продемонстрировать мужу Ирочки все свои достоинства едва не подвела ее под увольнение. Стоит отдать должное, Маховецкий – мужик жесткий, но принципиальный и загулов себе не позволяет.

– А ты уверена, что она беременная? – тихий ответ Наденьки, нашей стажерки. Юная большеглазая шатенка, которую мы гоняем по мелким поручениям.

Улыбаюсь своему едва заметному отражению в темной поверхности двери. Разумеется, только эти двое прозябают в офисе. Люба – дежурит на входящих. Надю к клиентам пока никто не пускает. От нечего делать и треплют языками.

– Точно уверена. Все признаки, да и справка на столе лежала. Я подсмотрела. Она ее сейчас к Маховецкому понесла.

– Обалдеть. Правду говорят, что руководителями просто так не становятся. Только через постель, – грустно вздыхает Надежда.

– Главное, как она его окрутила? Он же верный, как пес. Меня чуть не уволил. Слушай, а может, они тройничком балуются? Ну, с согласия жены, и все дела…

Нет, я все могу стерпеть, но это уже извращение. Натягиваю на лицо улыбку акулы перед трапезой и вхожу в отдел.