Избранная (не) для стаи Альф - Амелия Уайт

— Как щенки? — до чего же ужасное слово. — В этом Волк главнее?

— Если не сдерживать его, да. Обычно так не делают, и в тот день, когда мы встретились — никто не сдерживал. Волку нужна была пара, мы собирались её получить. Это было важнее обычных человеческих принципов и честности. Мы больше чем просто Зверь внутри, Ди. Но иногда его нужно сдерживать от глупостей.

— Ты говорил, что готов жить со мной даже без детей, если я тебя не выберу. Но чтобы мы были с тобой и без свзяи. Разве здесь не нужно было бы сдерживать себя?

Задаю то, что не могу понять. Причины того, что Волки так вьются вокруг меня. Действительно хотят отношений, не просто говорят или тащат в кровать. Было бы так — мы бы здесь не сидели. Не сдерживали себя.

А они делают это.

Постоянно.

Ради меня.

Глава 54. Наедине с…

Диана

Они всё делают для меня.

И мне остро необходимо сделать что-то в ответ. Не потому, что нужно — я так хочу. Надо, наконец, вспоминать, какого это быть смелой и решительной. И перестать следовать тому, что правильно. А просто делать так, как действительного хочу.

— Малышка, ты не представляешь, как я себя сдерживаю, — Захар шепчет, оказываясь слишком близко. Утыкается носом в шею, втягивает воздух. — Мне хочется увезти тебя обратно к себе. Запереть в своей спальне, никуда не выпускать. Чтобы мой запах въелся в твою кожу. И запомнить, как хрипло может звучать твой голос, когда ты его срываешь, кончая.

— Захар!

То, что он говорит — слишком. Просто слишком, во всех смыслах. Само значение, то, что оно делает со мной. Как я дрожу от обещания в его голосе, представляя всё, словно в живую.

Фантазия подсказывает, как я умею кричать, когда пальцы Захара касаются кожи. Как у меня сбывается дыхание, стоит толкнуться. Слишком ярком, что не замечаю, как мужчина вжимает меня в стену.

— Захар! Что ты делаешь, за стеной…

— Пускай делом занимаются, — произносит громко, поворачивая голову. Словно не для меня говорит. — А я хочу с тобой побыть. Соскучился.

— Мы и так всё время вместе.

— Не так, как нужно.

Его тело вжимается в моё, бедрами чувствую его пах. И тело простреливает нотками возбуждения. Сладкими спазмами всё стягивается внизу, когда Захар целует.

Жарко и жадно, дорвавшись. Его руки скользят по шее и груди, забираются под мужское пальто, кофту. Сразу к голой коже, чтобы сжать, царапнуть ногтями.

— Я… — задыхаюсь, облизывая искусанные губы. — Захар.

— Блять, как же мне хочется утащить тебя к себе, Ди. Послать всё и просто по другой причине не спать всю ночь. Так, ну и чего мы снова пахнем горем? Я не настолько плох в постели, малышка.

Шутит, но я слышу напряжение в его голосе. И пальцы сильнее сжимают талию, словно пытается удержать на месте. И если хоть немного отпустит, то я просто сбегу. В очередной раз.

Наверное, это ужасно — всегда знать, что чувствуют остальные. Не можешь сделать вид, что не понимаешь посыл. По крайне мере, я уверена, что ужасно, когда остальные могут прочитать тебя.

Потому что приходится говорить начистоту о том, что хотелось бы похоронить в себе.

— Я просто… Как только думаю, что мы двигаемся дальше постели, как всё снова возвращается к ней.

— Это логично, зеленоглазка. Волк пытается подтвердить право на самочку самым привычным способом — покрыть её. Сделать своей во всех смыслах. Это называется «брачный период», когда встречается пара — многие пропадают на несколько месяцев.

— Ну, мы же не пара…

— Это не обязательно, чтобы я хотел тебя, Волк тоже. Дуреем от твоего запаха, — сообщает так, словно делится секретом. Прихватывает кожу на шее, заставляя коротко простонать. — И от звуков тоже. Обещаю, месяцев через пять я с могу выслушать про твою работу и учёбу, но до этого — будет сложно.

— А как же обещания, что ты станешь сразу понимающим и внимательным?

— Это было бы ложью, а я обещал тебе больше не лгать. Тебе придётся привыкнуть к некоторым особенностям. Научится выдерживать наш темп. Но ты у меня сильная малышка, справишься.

— Ваш темп?

— Ты знаешь же, что оборотень бросит весь мир к ногам пары? Ты хочешь намного меньше, всего лишь всю стаю Альф в свою постель. Это я постараюсь тебе дать. Так что да, малышка. Ты справишься с нашим повышенным либидо, мы справимся с тем, чтобы делить тебя. Справедливая сделка?

— Да.

Шепчу и сама тянусь с поцелуем. Стараюсь вложить в него все сомнения, непонимание и счастье. Вокруг такая неразбериха, но я получаю наслаждение от того, что в центре разрухи со своим Альфой. Одним из.

Меня услышали, поняли. Не осуждают, не повторяют о том, что Избранная должна принадлежать только одному. А собираются дать то, что мне действительно необходимо.

Пальцами зарываюсь в русые волосы мужчины, надавливаю на затылок. Я ведь тоже чертовски скучала. Мне мало их сейчас, когда так необходимо почувствовать защиту. Пускай мне ничего не угрожает, но кажется, что иногда мой главный враг — я сама.

И сейчас я борюсь с этим желанием отступать. Вспоминаю, какого быть эгоисткой. Просто брать то, чего хочу. Я ведь клептоманка, люблю тащить всякие мелочи. А сейчас ворую поцелуи мужчины.

— Надо остановиться.

Захар говорит, а сам переходит губами на мою щеку. Касается кончиком языка мочки, прихватывает. Делает всё, чтобы жар внизу живота превращал меня в кучку пепла.

— Сейчас они услышат твоё возбуждение и припрутся, — мужчина ворчит, но я чувствую кожей его улыбку. — Разберёмся со всем и тогда я спрошу за каждую ночь. Поняла?

— Да.