Музейная пыль (СИ) - Клеменская Вера

Под это донельзя глупое, но неотвязное ощущение и прошли все занятия. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что даже завтрашнее распределение, которого я с нетерпением и трепетом ждала чуть не с третьего курса, совершенно меня не волнует. Это было досадно: впервые за долгие годы даже приблизительно не понимать, чего вообще хочешь от жизни.

Именно с этой мыслью я остановилась на крыльце и замерла, мрачно глядя в хмурое небо. Надо было позвонить Ричи ещё разок, просто на всякий случай. Позвонить Олли, узнать, как там у него дела. Может быть, снова побеседовать с Раулем, попробовать выудить из него что-нибудь об Уолтере. Всё это надо было сделать, и ничего из этого делать не хотелось. Может, где-то у меня в карманах ещё один магический камушек завалялся?

— Идём, есть интересное дельце.

На этот раз я не вздрогнула. И не удивилась, собственно. Оказывается, при должной практике ко всему можно привыкнуть, даже к вот такой манере подкрадываться сзади и тут же начинать разговор откуда-то с середины, благополучно пропустив любые положенные церемонии.

— Что за дельце? — поинтересовалась я, не оборачиваясь.

— Нашёл мага, поработавшего в Боссете.

— Ладно, — буркнула я, пытаясь сделать вид, что соглашаюсь по необходимости, а на самом деле мне не слишком-то любопытно.

— Захвати воды бутылку, жду в машине.

— Нахал.

Всё-таки оставив последнее слово за собой, я дошла до магазинчика, прикупила бутылку воды и пару каких-то якобы полезных сладких батончиков со злаками, Хоть будет чем рот и руки занять. А ещё, глядишь, в машине ими напакощу — мелочь, а приятно.

— И куда именно мы едем? — уточнила я, плюхнувшись на пассажирское сиденье.

— Третья промзона, — довольно мрачно сообщил некромант.

Ему, похоже, портил настроение не сам пункт назначения, а исключительно тот факт, что на все попытки построить маршрут туда навигатор выдавал занудные предупреждения о пробках. Угораздило же нас тащиться через весь город именно в счастливый четверг, когда во всех магазинах однодневная распродажа.

Лично у меня не меньше недовольства, а точнее страха, вызывало и место, куда мы направлялись. Третья промзона — самая криминальная окраина столицы. Пара заводов, куда в целях экономии нанимали главным образом нелегальных мигрантов и бывших заключённых, и несчётное количество полулегальных частных лавочек, где обреталась публика ещё почище. Туда даже полицейские без крайней нужды и отряда спецназа не рисковали лезть, законно опасаясь за целостность формы и шкуры.

— Уверен, что нам туда нужно? — всё-таки спросила я.

— Нет, можем подождать, когда этот тип выберется в центр на какую-нибудь распродажу, поддавшись общему настроению, — раздражённо отозвался некромант, выключив навигатор. — Придётся объезжать город по окружной, иначе раньше полуночи не доберёмся.

— Ну так поехали, — пожала плечами я.

— А ты пока займись своей ментальной защитой. В тех местах глупо полагаться на дурацкий амулетик.

— И того глупее — на порядочность окружающих, — снова не пожелала замолчать последней я.

И снова мне это позволили. И снова это не вызвало ничего кроме досады. Сколько уже твержу себе не связываться с этим типом. Не иметь с ним дел сверх необходимого. Но вот опять выходит… слишком лично, что ли. Очередная дружеская, чтоб её, беседа вместо обмена информацией.

Молчать мне удавалось почти всю дорогу. Только когда из-за поворота уже показались заводские трубы, я не выдержала и озвучила вопрос, которым, пожалуй, стоило начать и закончить наше сегодняшнее общение:

— Зачем вообще ехать туда со мной?

— Боишься?

— Так скажем, я не фанатка прогулок по злачным местам.

— Вот именно поэтому, — загадочно усмехнулся некромант. — Видишь ли, в тех краях есть пара товарищей, которых непомерное самомнение заставляет считать, будто я прямо сплю и вижу, как бы с ними разобраться радикально и окончательно. И если я заявлюсь туда один, они мигом решат, что это по их душу, так что придётся всё же разбираться. А на это нет ни времени, ни настроения.

— То есть, я твой живой щит? — ошалела я.

— Ну и формулировочка. Нет, ты мой живой повод для визита. Клиентка, по делу которой я вроде как заявился. Не стану же я втягивать тебя в свои разборки, верно? А значит, и мальчики будут сидеть на попе ровно. Хотя бы уже потому, что у меня в случае чего будет милая и вызывающая у полиции всяческое доверие свидетельница, которая скажет, что они первые начали.

— По-моему, очень даже верная формулировка, — буркнула я, демонстративно отворачиваясь. — Вполне себе прикрытие.

— Формулируй как хочешь, — сдался некромант. — Главное держись рядом, не открывай рот и по сторонам не пялься. Лучше всего внимательно смотри под ноги, тем более что дорожки там совсем не ковровые.

Казалось, вся промзона сделана была из трёх материалов: грязно-красного кирпича, грязно-серого, большей частью разбитого, стекла и колючей проволоки. Очень напоминало тюрьму. И сходство это внешним обликом не ограничивалось.

— Не мог, что ли, этот маг найти местечко поприличнее? — проворчала я, глядя как некромант набрасывает на припаркованную в тупичке машину сторожевую сеть.

Сеть, кстати, была хороша. Не так, чтобы особо искусной работы — боевики как правило не горазды на тонкости — зато очень мощная. Тому, кто покусится на некромантскую собственность, весьма повезёт, если только без пальцев останется. Скорее всего по локоть руки оторвёт. А может, и по плечи.

— Это ты сейчас пошутила? — абсолютно серьёзно поинтересовался некромант, тоже критически изучая своё произведение. — Менталист, отмотавший четырнадцать лет за нарушение кодекса — и местечко поприличнее?

— Это был риторический вопрос, — мрачно отозвалась я, сообразив, как глупо прозвучали мои слова.

Дар менталистов вообще, если хорошо подумать, больше смахивает на проклятие. Способности большинства из них ограничиваются чтением чужих мыслей, да и то при физическом контакте. То есть, зачастую в самые неподходящие моменты. Но при таком уровне дара хотя бы можно, хоть и с некоторым оговорками, вести нормальную жизнь. Тем, кому со способностями повезло больше, по факту повезло куда меньше.

Люди как правило ценят свои тайны, потому не сильно любят тех, кто может запросто сунуть в них нос. И если маги могут полагаться на свои же защиты, прочая публика предпочитает попросту держаться подальше. На улице народ, конечно, не шарахается, но с родными, соседями, коллегами и знакомыми бывает непросто.

Если же менталист попадается на нарушении кодекса, впору сразу заказывать похороны и не мучиться. Не будет уже никакого места в приличном, так скажем, обществе. Все попытки реабилитации подобных деятелей неизменно разбивались о банальные человеческие страхи.

— Идём, — позвал некромант, подвесив над машиной обязательный предупреждающий красный шарик. — У нас всего час до того, как тут станет окончательно опасно.

Я покорно пошла следом, сперва по дороге, а потом по двору, засыпанному обломками кирпича. На первый взгляд здание, к которому мы направлялись, казалось заброшенным, но внимательные взгляды, направленные на нас со всех сторон ощущались буквально кожей: липкие, неприязненные, напуганные… малоприятные, в общем.

— Далеко идти? — спросила я, нервно передёрнув плечами.

— Собственно, пришли, — сухо сообщил некромант, останавливаясь перед полуразрушенным крыльцом и скрещивая руки на груди.

Я покорно остановилась в паре шагов и принялась изучать остатки асфальтовой дорожки под ногами. Сомневаться в том, что местные знали о нашем визите, не приходилось. Видимо, так тут полагалось: дожидаться, пока тебя соизволят принять хозяева. Прямо как в лучших домах, честное слово…

К счастью, ждать пришлось недолго. С отвратительно громким скрипом открылась ржавая железная дверь, и на крыльцо вышел невысокий, совершенно лысый тип в старой засаленной спецовке, едва застегивающейся на объёмистом животе. Брюки на мужике были под стать куртке, похоже даже из одного с ней комплекта, а вот ниже красовались синие домашние тапочки. Абсолютно новые, чистые и откровенно неуместные в подобном ансамбле.