Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

Король ничего на это не сказал и поднял взгляд на меня:

— Герцогиня, поясните свои слова. Сейчас здесь находятся лишь доверенные лица, и тайн между нами нет.

— Не могу, ваше Величество, — ответила я, и многозначительно посмотрела на короля.

— На леди печать молчания, — пришел мне на помощь, проявив проницательность Сенье. Я кивнула, подтверждая слова лорда.

— Сними, — махнул рукой король.

Ректор Сенье подошел ко мне, и я послушно протянула правую руку ладонью вверх, предоставляя доступ к запястью, где и находилась невидимая никому печать молчания. Лонгрен Сенье взял мою руку и некоторое время рассматривал. Если он видел печать, то действительно был одним из сильнейших магов. Каково же его звание? Архимаг или лорд-маг?

— Ваш отец действительно был гениален. Таких печатей я еще не видел, — пояснил задержку Сенье. Потом он накрыл мое запястье своей ладонью и потребовал: — Смотрите мне в глаза.

Я подняла взгляд и посмотрела в черные зрачки. Глаза ректора лучшей академии королевства были светло-серого цвета, очень проницательными. Они как будто пронзали насквозь. Оторвать взгляд было невозможно, он затягивал. А внутри зрачков начало формироваться светлым пятном торнадо. Светлый маг, сделала вывод я, только у них истинная сила была светлых тонов. Руку на месте печати обожгло, и я вздрогнула, но почти сразу боль исчезла, постепенно успокаиваясь. Сенье отпустил мое запястье и вернулся к шкафу, где и стоял до этого, облокотившись. Печать была снята. Я потерла запястье. На месте, где стояла печать кожу немного саднило.

— Ваше Величество, — начала я, — отец действительно посвятил меня в вашу тайну о проклятии и научил изготавливать амулеты. Один из них я привезла для вас сегодня.

Я нашла в складках платья пристегнутый к поясу скрытый карман и вынула из него кристалл голубого цвета, который был полностью готов, но не активирован.

— Лонгрен, — обратился король к Сенье, — возьми, посмотри.

Проверяет? Не доверяет? Мне стало обидно. Сколько лет я делала артефакты для короля, но об этом никто не знал и не догадывался. Я послушно передала амулет, отметив, насколько король неформально общается со своим советником. Значит, у них действительно были весьма доверительные и дружеские отношения.

Лонгрен Сенье забрал кристалл, внимательно осмотрел со всех сторон, поднес к свету, приблизившись к окну, и только потом повернулся ко мне.

— Леди расстроена, — снова проявил проницательность он. — Но прошу вас, не обижайтесь. Это не от недоверия к вам. Нас всех очень удивило, что Норис оставил после себя ученицу. Он категорически отказывался брать учеников. Ведь секрет амулета Хардин никто так и не смог открыть. Он очень эффективно вытягивает проклятие из ауры. Мы, как только стало известно о смерти вашего родителя, начали искать альтернативу, но оказалось — ее просто нет. А воспроизвести артефакт никто не смог. Я несколько раз приглашал вашего отца возглавить факультет артефакторики в столичной академии и сейчас очень сожалею, что не настоял. Я знаю также, что не преподавал он и в академии Сарнгейта. Печально…

Меня удивило, что амулет, который папа сделал для короля, назвали в его честь. Это было приятно.

Король расстегнул жакет, верхние пуговицы рубахи и извлек подвеску, в которой сверкнул серо-черный камень. Мои глаза округлились. Мы делали амулет с расчетом один на полгода. Последний был передан четыре месяца назад. Он должен был стать серым, но никак не черным. Это говорило о том, что амулет не справляется, и уже практически отработан. После того как он станет черным, он разрушится. А стать черным при этой ситуации он должен был через несколько недель, может одну или две. Слишком быстро! Такого не должно было быть. Значит, король действительно нуждался во мне и моих знаниях. Только я могла повторить амулет.

— Как видите, дорогое дитя, вы прибыли со своим подарком весьма вовремя, — грустно хмыкнул король. Теперь понятно его болезненное состояние. Королева подошла к королю и мягко положила ладонь на плечо.

Сенье передал кристалл королю. И королева принялась помогать менять камни в подвеске.

— Почему кристалл так быстро испортился? — задала я вопрос.

— Кто-то усилил проклятье, — ответил за короля Сенье. — И виновника так найти и не могут. Если это продолжится, то его Величеству уже ничто не поможет.

— Поэтому вы просили отца сделать артефакт? — снова задала я вопрос.

Последняя работа отца осталась незавершенной: артефакт абсолютной защиты был сложным и многоступенчатым в изготовлении. Основа практически была завершена, но это был только первый этап работы, на который ушел почти год.

Серо-чёрный кристалл был извлечен, и новый с щелчком встал в паз.

— Он не активирован, хоть и настроен на вас, ваше Величество, — напомнила я.

Король взглянул на меня и потом на королеву. Мишель Фреэль достала из кармана платья иглу, проколола палец королю и выдавила каплю крови на камень. Кристалл сверкнул, впитывая кровь, и заискрился чистым голубым светом. Король начал приводить себя в порядок.

И все же ответил мне:

— Да, атртефакт абсолютной защиты мог бы помочь мне. Что вы о нем знаете?

— Все, — ответила я, — с отцом мы практически завершили основу, но работу нужно продолжить. Он посвятил меня в общий план его создания и оставил записи, но не все успел в нем доработать. Отец в последнее время активно занимался расшифровкой демонических рун. Искал ответы в них.

— В академии Сарнгейта нет демонологов? — насмешливо спросил ректор Сенье.

— Есть, — спокойно пояснила я, — но их знаний недостаточно. В королевской библиотеке должны быть древние манускрипты по демонологии, отец желал их получить, чтобы попробовать найти подсказки для расшифровки.

— Вы сможете продолжить работу? — задал король вопрос.

— Я бы очень хотела. Но моих знаний может быть недостаточно. Я всего лишь ученица и у меня нет диплома артефактора, — честно ответила я. — Мне самой порой необходима помощь.

Король улыбнулся и откинулся на спинку кресла.

— Что скажешь? — спросил он Сенье.

Ректор столичной академии покачнулся с носка на пятку и задумчиво ответил:

— Для того чтобы завершить работу, магистру придётся полностью вникать в структуру и задумку артефактора, чтобы ее понять, иначе это окажется очень опасным.