Императрица поневоле (СИ) - "Айрис"

— Лиззи, возвращайся поскорее, — папа подошел ко мне и взял за руку. — В этом доме станет слишком тихо без тебя.

— Конечно, папочка, — я сделала шаг вперед и обняла его.

Я сделаю все возможное, чтобы вернуться поскорее.

— Мы будем очень скучать, милая, — мама прижала меня к себе и тихо выдохнула. — У тебя все будет хорошо.

— Ну, разумеется. Это же я, мам, — я рассмеялась, почувствовав, как нервно сжалось сердце.

— Кайл, Роберт, — я обернулась к братьям и, расставив руки в стороны, закрыла глаза. — Я дозволяю вам обнять себя.

— А вот это уже наглость, дорогая моя сестра, — фыркнул Роберт.

— Полностью согласен с тобой, брат. Мы не будем тебя обнимать, Лиззи.

— Что? — я резко распахнула глаза и с возмущением на них посмотрела.

— Мы обнимем тебя, когда ты вернешься. В конце концов, это всего лишь неделя, — Кайл скрестил руки на груди и задрал подбородок.

— Мисс Элизабет, пора выдвигаться, — к карете подошел высокий, коренастый мужчина, в костюме кучера.

И только это не позволило мне ответить. Когда мои братья успели стать такими дружными? Ну, ничего, когда вернусь, они у меня попляшут!

Подав руку, отец помог мне взобраться в карету. Дверь за мной закрылась и поняла, что сказка закончилась. Я снова возвращаюсь в тот замок. Буквально через несколько часов, я увижу его. И я молю всех Богов, чтобы они дали мне силы сдержаться. Я же даже не смогу его ранить, если попытаюсь убить. И его смерть — это недостаточное наказание. Он должен мучиться долгие годы, пока сам не взмолиться о смерти.

Карета тронулась с места.

Предчувствие грядущей беды, прокатилось мурашками по моей спине. Но остановить эту карету я была не в праве.

Глава третья. «Встреча»

Столица Империи Эристел — Урба. Это большой портовый город. Даже дома обычных крестьян оформлены в голубые и синие цвета. На лавках всегда много заморских украшений, одежды и еды. Этот город процветает. Когда я впервые попала сюда в детстве, я была очарована и восхищена этим местом. Жаль, что выбраться в город мне удалось всего несколько раз.

Я слегка отодвинула шторку с окна, чтобы хотя бы краем глаза взглянуть на море. Но перовое, что я увидела — это мостовую. Голубоватый камень покрывал дорогу, бедующую в сторону замка. Он становиться таким теплым в летний зной.

Я поспешно закрыла окно шторой и прижала ладонь к губам. Меня начало укачивать. Именно по этой дороге я шла в сторону эшафота. По этой ли улице? Мимо этих ли людей? Глупых, жадных, жаждущих лишь развлечения. Каков Император, таков и народ.

— Мама, мама, смотри!

— Грегори, не отходи от меня.

— Эти кареты…

— Да, определенно.

— Свежая рыба!

— Овощи, прекрасные, вкусные овощи!

Я ехала по оживленной улице, но уже не чувствовала прежнего восторга. Все эти люди смотрели на мою смерть. Они радовались казни, как дети. Словно я не была живым человеко, а обычной куклой, которой все равно жива она или мертва.

Я ненавижу этот город. Его запах, шум и людей. Единственное, что мне в нем нравится — это море. Тогда, лишившись всего, я мечтала отправиться на корабле далеко-далеко от этого места. Но даже этого не успела сделать. После предательства Императора, я бы просто исчезла, испарилась и меня никто бы не нашел.

Голоса горожан становились все тише. Карета начала подниматься в гору. Живот скрутило от страха, потому что я знала эту дорогу. Она вела прямиком в замок. В место, где меня ждала лишь ненависть, с которой должна совладать, чего бы мне это не стоило.

Карета остановилась, послышался скрип открывающихся кованых ворот, после чего мы поехали дальше. До меня донесся запах жасмина и лаванды. В Имперском саду, эти травы выращивала няня Адама. Он, как бы это ни было странно, уважал эту женщину и, когда та совсем состарилась, позволил ей жить на заднем дворе, в небольшом домике, большем похожий на сарай. Няня была выделена земле, где она и выращивала цветы.

Я узнала обо всем этом, когда случайно заблудившись в саду. Уже была середина весны, почти, как сейчас. Я любовалась цветами и деревьями, пока не поняла, что совсем не запомнила дорогу обратно. Не успев впасть в отчаяние, я встретила леди Матильду — старенькую, совсем крошечную женщину. Она мне и рассказала об этих цветах и даже показала свой дом.

— Мисс, — дверь кареты распахнулась, и кучер подал мне руку. — Мы прибыли.

— Да… Конечно, — тихо пробормотала я и поняла, что рука, которую я протягиваю, отчаянно дрожит.

Сделав вид, что ничего не произошло, кучер помог мне выйти из кареты и, коротко поклонившись, вскочил на козлы. Я проводила его взглядом, отчаянно мечтая, чтобы он просто забрал меня с собой.

Проклятье.

— Мисс Элизабет Беннет? — высокий женский голос, который я бы хотела игнорировать, раздался совсем близко.

Я обернулась. Рядом со мной стояла высокая дама, в темно-синем платье. Оно выглядело довольно строго и без каких-либо украшений. Темные волосы, покрытые сединой, были собраны в высокий пучок, напоминающий мне яблоко. Небольшие светло-голубые глаза, смотрели на меня холодно и с явным высокомерием.

Мисс Эмили Хадсон. Дочь маркиза Хадсона, который купил титул себе буквально перед рождением дочери. До этого он был просто успешным торговцем. Мисс Хадсон была приставлена к кандидаткам, как преподаватель этикета. По сути же, учитывая, что все девушки этикет знали в совершенстве, она просто без причины делала нам замечания. Я больше не ребенок и не позволю ей насмехаться надо мной.

— Да, это я, — я улыбнулась и перевела взгляд за спину мисс Хадсон.

За ней стояла худенькая девочка, в голубом платье и белом переднике с гербом Императора. Горничная. А рядом с ней дворецкий — молодой человек, с правильными чертами лица и милыми кудрявыми волосами. Я знаю их обоих. Тереза и Дейл. Одна горничная, которая будет мне служить, пока я буду кандидаткой в невесты. Второй ученик дворецкого.

— Вы приехали слишком рано, — недовольно заметила мисс Хадсон, вгоняя меня в легкий ступор.

В прошлый раз я приехала позже из-за моего недосыпа. Я опоздала на завтрак, долго ела, еще раз поправила прическу и только после этого села в карету. Кучер, помнится, тогда несколько раз заходил за мной. И мисс Хадсон придралась к моим волосам. Они слегка сбились из-за того, что я уснула в карете. Я и не подозревала, что она может придраться к тому, что я приехала слишком рано.

— Конечно, — я улыбнулась еще шире, сдерживая себя от грубостей. — Я живу в соседнем графстве, разумеется, я прибыла рано, мисс…

— Эмили Хадсон, — чопорно произнесла женщина, обводя меня взглядом. — Сейчас мы проведём вас в ваши комнаты. Вы будете проживать там до окончания испытаний.

— Хорошо.

Улыбка с моего лица пропала. Мне стало немного дурно от понимания того, что придется пережить все это снова. Разумеется, я даже мизинцем не пошевелю, чтобы пройти эти проклятые испытания. Буду как можно реже выходить из комнаты и стараться не смотреть на него.

— Пройдемте, — мисс Хадсон резко развернулась и направилась в сторону небольшой, но широкой лестницы из мрамора.

Эта дверь вела в левое крыло дворца. Там располагались комнаты для гостей. Там я была только во время испытаний. Но и поднимать взгляд, чтобы взглянуть на дворец и вход в парадную дверь, я не стала. И без этого в моей памяти четко отпечатались стены из лазурного камня и высокие башни с узорами из морских глубин. Неважно насколько замок прекрасен и ослепителен, я все равно его ненавижу. И надеюсь смогу уничтожить.

Дверь распахнулась бесшумно. Мисс Хадсон целеустремленно шла вперед молча и без каких-либо разъяснений. В прошлый раз я, смущенная своим видом, даже не обратила на это внимание. Я сосредоточилась на том, чтобы хоть что-то сделать со своими волосами, поэтому не заметила с каким пренебрежением эта женщина относиться к кандидаткам.

Мы шли по пустынным коридорам, и только нервный шепот горничной и дворецкого нарушал тишину. Не помню, чтобы они доставляли мне неприятности. Но и помогать они не спешили. Горничная иногда опаздывала ко мне по утрам, а дворецкий не мог ответить на простейшие вопросы. Но раз уж я попала сюда, сделаю все, что в моих силах, чтобы мне было комфортно.