Ключ ко всему - Анна Панова

Платье оказалось немного маловато в груди, неприлично ее обтягивая. В талии и бедрах оно сидело как родное. Ида с удивлением оглядела свое отражение и нашла его довольно миловидным. Глаза блестели, щеки за весну заметно округлились, как и остальные части тела. Нельзя сказать, что такие перемены не радовали, кроме, пожалуй, ног. Их хотелось бы оставить более стройными.

Закончив с платьем и прической, Ида обнаружила, что до ужина осталось еще сорок минут. Она совершила несколько кругов по комнате, посмотрела в окно, проверила шкаф и ящики туалетного столика, полюбовалась пастушкой в неприлично коротком платье, едва доходящем до колена, затем села на кровать и принялась следить за каминными часами. Желудок, жалобно урча, настойчиво напоминал о важности регулярных трапез, а ведь у добропорядочной, воспитанной дамы тело не издает лишних звуков, тем более таких неприличных. Лэри не хочет есть, а когда голодна, довольствуется лишь пригоршней гарнира и салатом и пьет чай. К счастью, этикет разрешал пить чай в неограниченном количестве. Очевидно, только жидкостью лэри и спасаются от настойчивых просьб желудка.

В столовой, обставленной новой изысканной мебелью, было тепло и светло. Лэрт Блэкстоун сидел в кресле и вскрывал корреспонденцию ножом для писем. Лицо его казалось непроницаемым. Свен расположился на софе и увлеченно рассматривал какой-то альбом. Иду всегда удивляла способность брата быстро находить себе занятие в любом месте. Лэрт Блэкстоун время от времени поглядывал на него и, как казалось Иде, одобрял его раскованную манеру держаться. Сама девушка сидела у камина и смотрела в огонь. Он ее не увлекал, но задумчивый взгляд помогал избежать неловкости. Амалия суетилась у стола, что-то поправляла, приносила и уносила, неодобрительно бормоча себе под нос.

Лэрт Блэкстоун счел нужным пояснить нелогичное поведение горничной:

– Амалия – творческая натура. Увлекаясь сервировкой стола, она порой забывает о времени. Но, должен отметить, прекрасно справляется с хозяйством, чему я очень рад.

Ужин проходил в молчании. Во время десерта лэрт Блэкстоун заметно повеселел и заговорил:

– Некоторое время мы будем находиться в этом доме. У меня в городе накопилось много дел, к тому же я намерен заняться вашим будущим. Вы получите хорошее образование. Для Свена я готовлю место в Эренхельмской научной школе. Там есть классы для мальчиков от десяти до шестнадцати лет. С тобой, Ида, будет сложнее. Сегодня я поручил управляющему подыскать тебе «даму для этикета» и хороших учителей естественных и точных наук. Конечно, еще нужны языки, хотя бы два.

Ида поперхнулась чаем.

Мужчина, поняв ее замешательство по-своему, невозмутимо продолжил:

– Да, я понимаю, что этого мало, но главное – основы. Философию, астрономию, архитектуру мы оставим на потом. Ах, чуть не забыл про пение, рисование и танцы. Этим нужно заняться как можно скорее, а в оставшееся время в твоем распоряжении будет домашняя библиотека.

Ида мрачно подумала, что с таким плотным графиком у нее не останется времени даже на сон, поэтому прелести чтения ей не грозят.

– Завтра я и Свен посетим фэрта Андерсена, моего портного, а ты и Амалия отправитесь к фэрте Лисбет Брандт. Она отличная модистка и очаровательная женщина. Моя сестра была от нее в восторге. – На лицах детей отразилось удивление. – Да, да, Ингела была заядлой модницей. Жаль, что не так уж и часто ей дозволяли покидать наше семейное гнездо.

Лэрт Блэкстоун говорил о доме, о городе и многом другом, но Ида слушала его невнимательно, пытаясь принять внезапно пришедшее осознание о знатности, вновь обретенной семье и своей роли в ней.

2

Погода радовала теплом и солнцем. Амалия для визита к модистке надела аккуратное синее платье с белыми манжетами и отложным воротником, отороченным кружевом. Волосы, собранные в узел на затылке, венчала соломенная шляпка, украшенная скромным, недавно сорванным цветком.

Свежая и румяная, она была чудо как хороша. Ида на ее фоне казалась себе серой мышью, хотя собственное зеленое платье, скромное, но изящное, было не хуже туалета Амалии. Волосы забраны в две косы и уложены вокруг головы. Вместо шляпки – жемчужная сеточка, на шее – кулон, изображающий лесную нимфу.

Экипаж привез девушек к каменному дому рядом с городской площадью. Фэрта Лисбет Брандт оказалась миловидной полной женщиной примерно пятидесяти лет, чем-то напоминающей маму Грету. Сердце Иды тревожно ухнуло при воспоминании о приемной матушке.

– Здравствуйте, фэрта Брандт! – Амалия весело защебетала, улыбаясь той самой сердечной улыбкой, располагающей к себе с первого взгляда. – Я привела к вам лэри Иду Хольмсварт.

Фэрта Брандт занималась шитьем. При виде посетителей она отложила шляпку, над которой трудилась, и присела в книксене перед Идой. Девушка, растерявшись, ответила ей тем же. Модистка, если и заметила оплошность юной лэри, виду не подала, а лишь улыбнулась и пригласила посетителей сесть в кресла в салоне с красными обоями.

Пока девушки осматривались, фэрта Брандт отдала распоряжение горничной насчет чая для них и позвала свою помощницу.

– Я рада вас видеть безмерно! – Фэрта Брандт дотронулась до руки Иды, лежащей на подлокотнике кресла. – Вы так похожи на свою мать! Лэри Ингела была редкой красавицей! Насколько я поняла из письма лэрта Блэкстоуна, вам необходимо обновление всего гардероба?

Амалия кивнула:

– Да, фэрта, все верно. Нам нужно несколько выходных платьев, вечернее, повседневное, костюм для верховой езды, шляпки и, конечно же, белье. Обувь мы также хотели бы заказать у вас.

– О, это большой заказ! Постараемся определиться с тканью и фасонами незамедлительно. Я правильно понимаю, что заказ срочный?

Амалия кивнула.

– Нам потребуется примерно месяц для кройки и шитья. В преддверии королевского приема количество заказов увеличилось. Я наняла белошвеек, но меньше месяца мы шить не можем.

– Лэрт Блэкстоун понимает, что раньше вы не справитесь. Мы бы хотели, чтобы изделия присылали по мере готовности.

За следующие два часа Иду обмерили вдоль и поперек. Девушку немного смутил молодой хмурый парень, делающий замеры ступни.

Фэрта Брандт поспешила успокоить зардевшуюся девушку:

– Вам не нужно смущаться Мадса Ольсена, он мастер своего дела. Когда Мадс начинает шить туфли, то забывает о мире вокруг. Поверьте, он уже мысленно подбирает колодки для ваших сапог.

Постепенно щеки Иды обрели свой привычный оттенок, и она погрузилась в изучение альбомов с зарисовками самых модных фасонов платьев этого года.

– Лэри Хольмсварт, подобное платье будет отлично гармонировать с вашими темными волосами и светлой кожей, если пошить его из ткани сиреневого оттенка, хотя вам все к лицу в силу молодости…

Зазвонил колокольчик входной двери. В салон ворвался мужчина лет двадцати пяти, поправил фрак и поднял