Собиратель душ (СИ) - Чехова Яя

Император галантно поправил меня, что с момента, как мы оба избавились от трусов, мы вполне можем общаться на «ты», и покладисто согласился с просьбой. Я надеялась, что это поможет мне держать его хотя бы на некотором расстоянии, ведь ничто так не сближает в общественном месте, как танец! И вообще, у меня в памяти жив еще вальс с де Иванеску, так что нет, спасибо, я воздержусь.

В целом, бал был скучноватым. Мы стояли («Королева в восхищении!»), к нам подходили гости, как правило, небольшой группой («Мы в восхищении!»), поздравляли со всеми праздниками разом и кто-то из означенной группы преподносил подарок. Ну как преподносил. Сначала подарок демонстрировалии рекламировали так, будто хотели его продать подороже. Как правило, это был какой-нибудь уникальный артефакт, ювелирное украшение, редкая книга или предмет с исторической ценностью. Затем подарок помещался внутрь прозрачного серебристого пузыря и под руководством гостя плыл к высокому, до самого потолка, кривоватому столбу, где на стволе в зависимости от статуса и магических возможностей гостя начинала отрастать ветвь, на которой этот шар и повисал. Веточки заслуживают отдельного описания, ибо каждая была неповторима. Эльфы с непередаваемым изяществом в жестах и одухотворенными до оскомины лицами растили ледяные и струящиеся, как вода, ветви. У гномов они были словно бы вырезаны из камней: малахита, бирюзы, аметиста. Люди подвешивали свои подарки просто на воздух, но если присмотреться, то ветви были, едва заметно мерцая частичками пыли. Вампиры выращивали серебристые и чисто белые колышущиеся ветви, слегка напоминающие какие-то тентакли, но их независимые движения не пугали, а скорее завораживали. Ритуальное дерево обрастало ветвями и подарками, я с удовольствием наблюдала за процессом, хотя, как таковые, подарки меня не особенно интересовали. Да, камни, да оружие, да произведения искусства, артефакты, но это же все не для меня. Это все семье де Глоттарини.

Представление продолжалось. Среди орков даже нашелся маг, который вырастил ветвь, состоящую из чистого огня. Она даже потрескивала, как горящие дрова в печке, и продолжала держать на весу шар с заключенным внутри рубином таких неприличных размеров, что он казался ненастоящим. Может, мне его, мага оркского, тоже следует нейтрализовать слабительным на горшке? Вот удивится Собиратель душ: пришел убивать, а всем некогда, все какают…

Со временем стоять на каблуках стало тяжело. По старой ансамблевой привычке я под длинной юбкой сняла туфли и аккуратно сошла с них так, чтобы они продолжили стоять на месте. Вампир, повернувшийся в этот момент ко мне с каким-то комментарием, с улыбкой округлил глаза, заметив перемены в моем росте.

— Ты устала? Потерпи еще немного, скоро официальная часть закончится, мы перекусим и сможем отдохнуть, — прошептал он мне, разогнав по коже головы толпу мурашек. Теплые губы едва скользнули по виску, а у меня уже было ощущение, будто за спиной развернулись крылья. Невидимые руки слуг подсунули мне под ноги не то балетки, не то тапочки на плоской подошве, а каблукастые туфли исчезли из-под юбки как по волшебству.

Я благодарно кивнула и осознала, что мужчина, стоящий рядом со мной лучше и красивее всех в этом огромном зале. И улыбался сейчас он только мне. И мне стало все равно, что он никогда не будет мне верен, что никогда не сможет меня по-настоящему полюбить, что, вероятно, у нас не будет детей. Это было неважно. А важно то, что самый шикарный мужик на свете смотрит в мои глаза так, будто видит в них свою Вселенную. Как будто я для него — все. Может, отложим побег? Останемся на недельку?

«Хайе, этого я и боялась».

«Ну, епт.»

Ладно, ладно, минутная слабость. Я, беззаботно улыбнулась и отвела взгляд. К нам подходила очередная группа гостей, среди которых светила бледным лицом Миладива. О, с ней мне надо поговорить. И с Людмилой тоже. Гости, наконец, иссякли, и монаршая чета и ближайшие родственники спустились в зал. До этого они стойко изображали китайскую стену позади нас на возвышении. Как же, семья все-таки.

Я поймала себя на мысли, что ощущаю себя актрисой в масштабной такой историко-фентезийной остановке. У меня и мысли не было по поводу того, что «ах, как жаль, что мама с папой не пришли на мою свадьбу!». Какая мама, если это все понарошку? Разве нет? Даже если все на самом деле, оно неизбежно превратится в воспоминания, когда я вернусь домой.

«Дорогая, реальность остается реальностью, независимо от того, в каком мире ты находишься. Все, что с тобой происходит, и есть реальность.».

«О, гляди, к нам волчица идет,» — вставил свои наблюдения Валера, сканирующий гостей моими глазами. Я пошла навстречу сияющей девушке.

Мы обменялись буквально парой фраз, убедившись, что все договоренности в силе, и ровно в час ночи Людмила будет ждать меня в своих покоях, чтобы я могла переодеться и отдать ей свои вещи. Если сегодня вечером я хожу вот в этом шикарном платье, стало быть, его и отдам. И волосы, они тоже хорошо сохраняют запах. Значит, вампира мне уже в этот момент надо чем-то отвлечь, а Чимолу нейтрализовать еще раньше, чтобы, как минимум, до утра он и подумать ни о чем не мог, кроме принудительного полета на луну, куда его будет пытаться отправить его собственный организм. Значит, Миладиву надо активизировать вот прямо сейчас. На меня, например, слабительное тоже не сразу подействовало, а только через пару часов.

Людмилин эльф маячил неподалеку, в разговор не вникал, но уши его подрагивали, следовательно, он все слышал. Плохо, конечно, с другой стороны, волчице так и так придется объяснять мое появление в ее покоях и тюк с платьем среди багажа.

Мой вампир к этому времени принимал уже неофициальные поздравления от всех подряд в зале, обходя его по широкой дуге. Куда он стремился, было непонятно, но чем дальше от меня, тем лучше.

Я, поговорив с оборотницей, бесцельно слонялась между гостями, пытаясь увидеть ящерицу де Брие. Меня то и дело останавливали, чтобы высказать поздравления, пожелать нам с императором побольше детей и вообще разнообразия. У нас желают счастья и здоровья, а тут вот разнообразия. С детьми понятно, напряженка у вампиров, а что за разнообразие? Я улыбалась и желала того же. На всякий случай, разнообразие же это хорошо?

Миладива де Брие обнаружилась в углу зала, где она сосредоточенно наливалась каким-то алкоголем. Не поняла, это что, саботаж?

— Ты чего это, Милочка, делаешь? — прошипела я, отбирая бокал. — Все дело мне испортить хочешь?

— Да пойми ты, я бою-усь! — проскулила она, косясь на Чимолу, который спиной к нам беседовал с бывшей императорской четой.

Я на всякий случай осмотрела ее руки, но подозрительных колец не заметила. Было только одно, изумрудное, входящее в комплект с ожерельем и серьгами.

— Не ищи, Чим сказал, что давать мне артефакты все равно, что свинье паштет из гусиной печенки. Слишком дорого и накладно, а толку чуть, — криво усмехнулась она. — Так что артефактов на мне нет. Но у него все карманы ими набиты. Он же прибьет меня, если узнает, что я его отравила. Что, если у него есть определитель ядов?

— А твое слабительное что, яд? — удивилась я. — Ты и меня планировала отравить?

— Да не-ет, — поморщилась она. — Средство слабое, потому и действует только на младшие расы, вампиры к нему практически нечувствительны, разве что те, кто тра… то есть, живут с людьми. Обмен энергией, знаешь ли, и все такое. Достаточно нескольких капель на кувшин, чтобы расстроить пищеварение на сутки. Я хотела, чтобы ты обосра… кхм, глупо выглядела в глазах господина. Пойми, я столько лет на него убила! Так старалась быть для него лучшей, незаменимой! Даже сестру подложила, когда поняла, что наскучила ему!

— Соберись, тряпка! — рявкнула я шепотом. — Если ты прямо сейчас не накапаешь вот в этот самый бокал, — а я отобранное у нее питье все еще держала в руках, — своего чудо-средства, я попрошу мужа не просто выслать тебя из дворца, но и привлечь к общественно-полезной работе. Снег на северных границах убирать, например!