Любовь на острие меча (СИ) - Арефьева Наталия

Где-то я их даже понимаю, еще бы они упустили такой сенсационный материал. Хотя приятного все равно мало.

К обеду король привел в исполнение приговор. Все семейство Флэтли и их пособники прошли через ритуал лишения магии и были сосланы.

Лгать и утаивать информацию никто не стал. Рэймонд Флэтли сумел вызвать и подчинить демона. Как именно он это сделал, никто не знает. Одолеть его смогла студентка Королевской академии магии. Талантливая девушка, которой, несмотря на весь ее талант, необычайно повезло. И, если бы не это везение, результат мог быть совсем другим.

Таково было официальное заявление короля.

Ни имя студентки, ни даже курс или факультет никто не упоминал. Они, наверняка, придумали бы что-нибудь другое, но меня видели слишком многие.

С теми студентами, кто был на площади, в том числе и с Кэйлой говорили ректор и лично Гордон О’Флаэрти. Всех их настоятельно просили не обсуждать, желательно даже между собой, личность девушки, сражавшейся с демоном.

– А ты, оказывается, мастерски владеешь мечом, – усмехнулась Кэйла, когда закончила рассказ.

– Да, мне всегда нравилось оружие. Я с детства увлекаюсь. Отставной военный научил, он жил на окраине Клаувера. Я скрывала. Окружающие не поняли бы, косились бы осуждающе, перешептывались за спиной. В маленьком городке и мне и маме пришлось бы трудно. Мой отец был игроком, проиграл почти все, у нас и так была репутация не самой благополучной семьи, сама понимаешь. Мои странности только усугубили бы все. Но знаешь, теперь я вряд ли смогу снова взять в руки оружие. Так что меча под кроватью в нашей комнате точно больше не будет.

– Зачем ты вообще привезла его в академию?

– Участвовала в подпольных боях.

– Ого, – и без того большие глаза Кэйлы стали еще больше, – зачем? У тебя что, были долги? Долги отца, да? – с явным участием спросила она.

Как она пришла к такому умозаключению? Я даже удивленно хлопнула глазами и помотала головой.

– Нет.

– Тогда… – она озадаченно нахмурилась, потом просияла, озаренная догадкой и, в конце концов, возмущенно выдала, – Ты что же, просто решила подзаработать таким образом? Шевонн, но это же очень опасно. Ты ведь рунист. Есть и другие способы. Ну, в конце концов, если тебе на что-то не хватало, могла бы обратиться ко мне…

– Остановись, Кэйла, – простонала я, еле сдерживая улыбку, – у тебя очень богатая фантазия. Ты в своих догадках сейчас забредешь куда-нибудь совсем уж далеко. Нет, все не так. Все…чуть-чуть сложнее. Я расскажу, но позже, хорошо?

– Хорошо, – она покорно кивнула. – Все это как-то связано с Эйданом О’Флаэрти, верно?

Я только кивнула, отпираться было бессмысленно.

– Ты не могла бы принести мне вещи? – спросила ее, чтобы прервать новый поток вопрсов.

– Конечно, без проблем. Забегу между лекциями. Ладно, я побежала, но помни, я жду подробного рассказа.

Я окликнула ее уже на пороге и, в ответ на вопросительный взгляд, искренне сказала:

– Спасибо. За все.

– Ерунда, – улыбнулась она, – так поступают друзья.

Кэйла ушла, а я схватилась за голову. Мама обязательно прочтет эти газеты и узнает, что произошло в Логесфейле два дня назад. Надеюсь, в тех газетах хотя бы нет магснимков со злополучной площади. С газетчиков станется запечатлеть всю битву и мое лицо в придачу.

До обеда я изводила себя подобными мыслями, каждую минуту ожидая, что испуганная мама придет и потребует немедленно собрать вещи и ехать в Клаувер.

И среди всего бедлама, творящегося в голове, прорывались мысли об Эйдане. Где его бесы носят, интересно?

Кэйла, как и обещала, принесла мне вещи, но задерживаться не стала, перерыв между лекциями был совсем небольшой. Следом меня осмотрела Шарлотта и осталась вполне довольна моим состоянием.

А на выходе из целительского крыла меня встретила секретарь ректора. Строгая женщина средних лет сообщила, что ректор ждет меня и велела следовать за ней.

В кабинете ректора я никогда не была. Но он оказался именно таким, каким я его себе и представляла. Много книжных шкафов, в которых все было разложено по полочкам. Большой стол в центре с кучей папок и разрозненных бумаг. Тем не менее, здесь не было ощущения беспорядка, каждая вещь лежала на своем месте.

Этан Канингем – ректор Королевской академии магии – стоял у окна. Высокий, хорошо сложенный мужчина слегка за сорок вызывал у студентов не страх, но желание подчиняться. Наверное, таким ректор и должен быть.

– Шевонн, – поприветствовал он меня, – присаживайся.

Я воспользовалась приглашением и устроилась в удобном кресле для посетителей. Господин Канингем остался стоять.

– Как ты себя чувствуешь? – начал он.

– Уже все хорошо. Спасибо.

Ректор кивнул.

– Во-первых, я хотел бы тебя поблагодарить. От лица…да вообще всех. – Он махнул рукой. – Ты молодец. Никто и подумать не мог, что Рэймонд… Впрочем, ты сама все знаешь. Я могу лишь гордиться, что в моей академии учатся такие талантливые студенты. Профессор Макгроу очень хорошо о тебе отзывается, говорит, ты настоящий клад. Ты ведь смогла то, что не смогли другие. Поняла, как нейтрализовать руну на пострадавших студентах. И смогла победить демона.

Было приятно, но все равно возникло ощущение, словно мне приписывают чужие заслуги. Нет, до дезактивирующей руны я, пожалуй, дошла сама, а вот, что касается демона…

– Спасибо, – я смущенно кивнула, – но в последнем не совсем моя заслуга. Я воспользовалась записями, оставшимися от моего деда. Как, впрочем, и Рэймонд.

– Это уже не важно, – ректор покачал головой, – важен результат. А в результате именно ты его уничтожила. Чем, кстати, ты его приложила в конце?

Немного поколебавшись, я все-таки ответила:

– Руной разрушения.

Похоже, в этот момент ректор усомнился, смогут ли меня здесь вообще научить чему-то новому. Ведь подобным рунам обучаются лишь с четвертого курса.

– Хм… – задумчиво протянул он,– как много интересного ты почерпнула из записей своего деда. Пожалуй, стоит подумать о том, чтобы разрешить тебе пользоваться лабораторией академии уже со следующего полугодия. Во избежание, так сказать.

Кажется, я покраснела, но ректор, против ожидания, улыбнулся. Ругать не стал. А ведь понял, что я экспериментирую иногда с весьма опасными рунами. И, если до сих пор жива, значит, все делаю правильно. Что, если я сделаю какое-нибудь открытие? Ему наверняка хотелось бы быть к этому причастным. Я это понимала. И за доступ к академической лаборатории была благодарна.

– Я бы хотел попросить тебя не распространяться о случившемся.

– Не беспокойтесь, я не собираюсь сеять панику. Да и мне столько внимания не нужно. Я лишь хочу спокойно учиться.

– Хорошо. Что ж, впереди выходные, отдохни. А с понедельника возвращайся к учебе. До конца полугодия осталось совсем ничего. И постарайся наверстать то, что упустила.

Чуть позже мы встретились с мамой в парке при академии. Прошлись по парковым дорожкам, посидели на лавочке у фонтана. Мы проговорили всего час с небольшим, уже сегодня вечером маме нужно было уезжать обратно. Но я была безумно рада даже этим двум коротким встречам. За последние несколько недель я не раз думала, что больше никогда ее не увижу, и наслаждалась каждым мгновением, проведенным рядом с ней.

Но, как оказалось, переживала я не зря. Мама действительно все узнала, глупо было надеяться на другое. Наверное, в Логесфейле случившееся обсуждали на каждом шагу, мама не могла не заинтересоваться. И в одной из газет она все-таки увидела магснимок.

Этот же магснимок она буквально сунула под нос навестившему ее в гостинице Эйдану, и потребовала объяснений, поскольку узнала свою дочь.

– Честно говоря, вчера я была полна решимости забрать тебя отсюда и забыть и Логесфейл и академию, как страшный сон. Но Эйдан, кстати, весьма милый молодой человек, убедил меня сперва обдумать свои действия. В конце концов, ты жива, учишься там, где всегда мечтала. И именно ты помогла тем несчастным студентам. Поверить не могу,– вздохнула она,– демон в самом сердце королевства. Шевонн,– она покачала головой,– пообещай, что больше не попадешь ни в какую историю. Что будешь осторожна.