Пробуждение (СИ) - Зубкова Дарья Владимировна

– Вот оно что – впервые за наш разговор на лице качка заиграла слабая усмешка – Все-таки я был прав в своих выводах на твой счёт.

– О чем ты?

– Я о твоих чувствах к Лив. Ты же к ней неровно дышишь.

– Что дает мне право разукрасить твоё лицо всеми оттенками фиолетового, а после этого убить твоего папашу и освободить Лив от него.

– Ты можешь делать со мной все, что захочешь, но после того, как мы освободим  ее из рук отца.

– Что? Ты думаешь, я позволю тебе идти со мной?

– Я не собираюсь спрашивать твоего разрешения. Но если ты действительно хочешь ей помочь и хочешь иметь хоть малый шанс сделать это, то я тебе нужен.

– Ты в курсе, что ты меня сильно раздражаешь? А после твоей выходки я только и мечтаю, что покромсать тебя на куски.

– Я догадывался об этом. Могу тебе сказать, что я тоже не испытываю к тебе тёплых чувств. Но в этот раз нам придётся переступить через свое «я» и действовать сообща, не смотря на нашу взаимную неприязнь друг к другу.

– Если я пойду на это, где гарантия, что ты с папашей не заодно, и ты не предашь меня в итоге?

– Гарантии нет, а вот внутренние чувства тебе должны подсказать, что я говорю правду.

Я задумался. Смотря на фигуру этой блондинистой гориллы, я не мог решить, стоит ли мне доверять ему или нет. Лив была в руках какого-то безумного мужика, причём по вине обидевшего ее недоумка. Я должен был вытащить ее из этого всего и всеми силами защитить от этой неадекватной семейки. Как бы мне не было тяжело признавать это, но мне действительно не помешает помощник. Тем более по всем признакам парень был зол на отца и не собирался поддерживать его. К тому же он знал своего отца и мог мне помочь вычислить его. После долгого молчания и тяжёлых раздумий я тяжело вздохнул и обреченным голосом процедил.

– Твоя взяла. Ты едешь со мной, но мы действуем по моему плану. И к слову, я все ещё ненавижу тебя и мечтаю при первой возможности прикончить тебя самым жестоким и болезненным образом.

Глава 18

– Так что с твоим отцом не так? – я кинул беглый взгляд на пассажирское сидение, где сидел один из самых ненавистных для меня людей.

– Я не могу тебе это объяснить, но он одержим идеей подчинения и всю мою жизнь пытался контролировать меня.

– И как давно он это делает?

– Сколько я себя помню – Том выждал долгую паузу, после чего я услышал его еле различимый шепот – А помню я не так и много, на самом деле.

– А вот с этого момента поподробнее. Что значит, ты помнишь не так и много?

– С чего я должен доверять тебе и откровенничать с тобой?

– Хотя бы с того, что последние пять лет я страдал полнейшей амнезией – не знаю почему, но мне вдруг захотелось расположить к себе этого странного парня и заставить его довериться мне – Меня нашла какая-то парочка и привезла мое бессознательное тело в больницу. Когда я пришёл в себя, то не знал где я, что со мной произошло, и не имел представления кто я такой.

– Стоп. Ты потерял память пять лет назад? – голос парня дрогнул и его лицо приобрело бледный оттенок.

– А тебе Лив разве не говорила обо мне? И как, по-твоему, я оказался в психиатрической лечебнице?

– Нет. Она не часто говорила о тебе. А если и говорила, то только чтоб защитить тебя от моих нападок.

– Неожиданно – на моем лице мелькнула слабая тень улыбки – Но давай вернёмся к тебе. Что значит, ты не сильно помнишь своё детство?

– В том то и дело. Я его совершенно не помню – резко голос парня перешёл на шепот, а его глаза устремились куда-то в сторону – Я помню лишь свой переезд из Норвегии сюда. У меня частично пропала память о моей жизни в Норвегии и моем детстве в ранних годах своей жизни.

– И как давно ты обрёл память и с какого момента ты не помнишь свою жизнь?

– Я помню только последние пять лет. Остальное словно в тумане. Есть какие-то обрывки и смутные воспоминания, которые я не могу понять и полностью вспомнить.

– Так – мне почему-то стало не по себе от столь неожиданной информации – Ты, получается, как и я не помнишь ничего кроме последних пяти лет?

– Не совсем ничего, но почти что не помню.

– Сейчас, давай отбросим нашу взаимную неприязнь и постараемся быть максимально откровенными друг с другом. Идёт?

– О чем ты? – Том впервые повернулся в мою сторону и стал смотреть на меня взглядом полного напряжения.

– Том, ответь мне максимально честно сейчас – я выждал паузу, собираясь с силами для своего дальнейшего диалога – При нашей первой встрече тебе не показалось, что ты уже встречался со мной?

– Если быть честным, то да, показалось. Что меня тогда и удивило. Я не помнил большую половину своей жизни, а тут я вижу тебя и у меня возникает жуткое чувство того, что я тебя знаю. Это меня напугало и напрягло, если честно.

– Как и меня… – я пытался понять, что могло значить наше взаимное откровение, но в голову ничего внятного не приходило на ум.

– Как думаешь, мы могли когда-то уже встречаться?

– Знаешь, теперь я не могу исключать подобную возможность – я говорил максимально собрано, но внутри меня возрастала небольшая паника.

– Скотт, ты хоть что-то помнишь из своей прошлой жизни?

– Нет. Сколько док не пыталась вытащить мои воспоминания, у неё так ничего не вышло. Единственное, что нам удалось достать, это образы какого-то мужика в огне и мои приступы при виде огня.

– Подожди… У тебя наступает паралич при виде огня?

– Ты откуда это узнал? Про мои приступы знала только Лив. Но она не могла тебе рассказать об этом.

– Она и не рассказывала. Я знаю это из-за того, что сам страдаю подобной проблемой.

Я резко дал по тормозам и автомобиль стало сильно трясти. На асфальте остались сильные и яркие следы протектора, а вокруг стоял запах жженой резины. Я стал тяжело дышать, крепко цепляясь за кожаный руль. Признание парня окончательно вогнало меня в ступор и вызвало во мне сильный паралич и растерянность. «Это не может быть совпадением. Он слишком много знает и у него слишком много общих со мной проблем. Это явно неспроста происходит. Возможно, в нем кроется тайна моей амнезии и в нем же я смогу наконец-то найти свои утраченные воспоминания и понять, что со мной произошло». Рой мыслей жужжал у меня в голове, не давая мне сосредоточиться на дороге. Когда я все же смог взять себя в руки, то тихим голосом произнёс.

– Не знаю как ты, а мне кажется, что все это неспроста.

– В каком смысле?

– В таком, что, возможно, в тебе кроется тайна моей амнезии, и только ты сможешь помочь мне вернуть мои воспоминания и меня настоящего.

– Ты спятил? Как я могу быть связан с твоей амнезией?

– Я не знаю как! – меня накрыл сильный приступ злости – Но у нас слишком много общего. Согласись, это не может быть совпадением.

– Не знаю. Все это звучит полным бредом.

– Возможно, но я почему-то уверен, что все это связано. Как и мы с тобой.

– Скотт, я не могу сказать, что полностью разделяю твоё мнение, но что-то в этом действительно есть – лицо Тома стало задумчивым, и он теперь сидел с напряжённым взглядом.

– Поэтому предлагаю освободить Лив от твоего полоумного отца, а после постараться разобраться в этой мутной истории.

– Согласен.

К этому моменту мне стало немного легче, и я вновь вывел автомобиль на автостраду. Мы с Томом приехали к какой-то гостинице, которую я видел впервые в жизни. По словам Тома его отец должен был остановиться именно здесь. Мы вдвоём направились к администратору, узнать, в каком номере проживает Остин Однер. Какого было наше удивление, когда администратор сообщила нам, что подобный гость в гостинице не проживает. Том ещё долго донимал девушку расспросами о своём отце, но на все его выпады девушка продолжала отвечать отказом. В итоге мы вернулись в автомобиль ни с чем, и обречённо смотрели куда-то вдаль. Не знаю почему, но я достал электронную сигарету Сэма и закурил ее.

– Что будем делать дальше?