Воины света - Полина Ишина

Сергей опешил. Тоже достав сигарету, он закурил и сплюнул с балкона.

– Но зачем тратить серебряную пулю на садового работника? – растеряно спросил он.

Стас обреченно вздохнул.

– Неужели не ясно? – он явно начинал нервничать, – Дмитрий Крымов по приметам походил на меня: стройный, высокий, светловолосый. Его убили по ошибке.

Донцов мрачно сдвинул брови.

– Значит, они хотели убить вампира по всем своим ритуальным правилам, но когда поняли, что ошиблись, не довели дело до конца и сбежали?

– Да, только не просто вампира, а именно меня! – все еще раздраженно поправил Тотский. – Вспомни, что вчера сказал Ксавье. Я им мешаю, я первый в списке! И, да – Ксавье тоже мертв.

– Как мертв?! – на этот раз Донцов буквально ошалел от удивления. – Он же был заперт в штабе, в камере лаборатории.

– Юлия сказала, что кто-то пустил серебряную пулю ему в лоб. Прямо в камере. – выкинув вниз недокуренную сигарету, мрачно сообщил Стас. – Ты понимаешь, что это значит?

На этот раз Донцов все понял и теперь просто не знал что сказать, как реагировать на полученную информацию.

– Ксавье убил кто-то из сотрудников отделения. – наконец, решившись произнести это вслух, ответил он, – И этот кто-то сообщил сектантам, что ты утром будешь на даче.

– Именно. – саркастически усмехнувшись, подтвердил Стас. – Но и это еще не все. На пустыре под Коломной утром были обнаружены останки двух вампиров, мужчины и женщины. Их сожгли заживо. Пока точно неизвестно, но Юлия предполагает, что это Стела и Айзек Сен-Клод.

– Выходит, сектанты избавились от сообщников, а их человек в отделении им помог. – мрачно подытожил Сергей.

– Верно, сотрудник, а следующим должен стать я. – Тотский выкинул бычок вниз, достал новую сигарету и нервно закурил. В воздухе повисла напряженная пауза.

Сергей стоял, мрачно глядя в пронзительно-голубое небо, стараясь понять, как среди его товарищей мог оказаться предатель. И осознавая, что мир уже не станет для него прежним.

– И что же нам теперь делать? – спустя минуту, с горечью спросил он.

– Вам не знаю, а мне нужно как можно скорее покинуть страну. – сухо ответил Стас. – Юлия просила пока тайно побыть у тебя. По ее убеждению, тут точно искать меня не станут. Она срочно подготовит нам с Кирой документы на выезд, и послезавтра мы уже будем в Венеции.

– А как же сын Каспиана? – растеряно пробормотал Донцов, – Как без тебя мы сможем его спасти?

– А ты еще не понял? – в голосе Тотского прозвучала грустная ирония, – Его уже не спасти.

Спустя несколько минут Донцов неспешно шел к пивному ларьку. Нужно было хоть как-то отвлечься от чувства горького разочарования в том, что только вчера имело для него большое значение. Тотский улегся спать на его кровати, заявив, что не отдыхал почти сутки. Донцов оставил ему ключи и вышел пройтись.

Уже присев на низкий заборчик с бутылкой пива в руке, он ощутил вибрацию своего мобильника и поспешил ответить:

– Слушаю.

– Донцов, ты дома? – раздался в трубке голос Николая Александровича.

– Вышел из дома, только что. – мрачно ответил Сергей.

– Срочно езжай в штаб, у нас тут ЧП. – Губин тяжело вздохнул. – Михаил Наркевич приходил рано утром и выкрал из председательского кабинета деньги Каспиана. Его на входе камера засекла. Он уже объявлен в розыск, так что учти, если что о нем знаешь, сообщи сразу.

Сергей был потрясен этой новостью, но к своему удивлению испытал облегчение. Ведь предательство юного работника архива не представлялось ему настолько жутким, как если бы на его месте оказался кто-то из оперативников. Донцов даже готов был в чем-то его понять. В конце концов, у парня наверняка осталась серьезная душевная травма. Он остался сиротой по вине вампира, а значит, легко мог попасть под влияние секты. Выходило, что Наркевич пришел в штаб, убил Ксавье и забрал деньги. Неясным оставалось лишь то, откуда он узнал о поездке Тотского на дачу, если вчера в штабе не присутствовал. Возможно, кто-то ему передал. Но зачем?

И все же теперь стало очевидно – Михаил Наркевич осведомитель Воинов Света.

Когда Сергей добрался до штаба, было всего без четверти час. Не тратя времени даром, он сразу направился в кабинет Губина.

Николай Александрович сидел за своим столом и о чем-то беседовал с Кириллом, который, по своему обыкновению, стоял, прислонившись спиной к стене.

Как только Сергей открыл дверь, оба мужчины обернулись к нему.

– О, Донцов, ты уже здесь… – произнес Губин, поднимаясь из-за стола, – Жаль, что тебе пришлось напрасно ехать в такую даль. Нам только что сообщили – сегодня прибывают федералы. Теперь поиском секты займутся они. Так что можешь отдыхать, да и завтра, первую половину дня точно. Если не произойдет ничего экстраординарного. В конце концов, у тебя отпуск.

– Да, брат, отдохни пару дней. – хмыкнув себе в усы, поддержал друга Кирилл. – Нам всем уже нужен отдых.

Сергей переступил с ноги на ногу, растеряно глядя на старших коллег. Сейчас ему стало ясно – Тотский был прав: спасти мальчика уже не удастся и все с этим смирились.

– Ладно, спасибо. Тогда я пойду. – понурившись, он повернул обратно в коридор и тут вдруг увидел Киру, выходящую из председательского кабинета.

Донцов замер, ощутив, как болезненно сжалось сердце. Он совсем не ожидал встретить ее здесь, но сразу понял, зачем она приходила.

Сегодня Кира казалась особенно красивой, и буквально сияла от счастья. Заметив друга, она немедленно к нему подбежала.

– Привет, Сереж! – радостно воскликнула девушка и тотчас повисла у него на шее, – Поздравь меня! Я прошла собеседование!

– Поздравляю… – осторожно отставив ее от себя, пробормотал Донцов, одновременно ощущая, как к лицу прилила кровь.

Но девушка, казалось, не замечала его смущения.

– Послезавтра мы уже улетаем в Венецию! Я буду танцевать на настоящем балу! – Кира схватила его ладони и закружила, изображая вальс, – Я дала Али кое-что, она тебе потом покажет!

Она широко улыбнулась, открыто, совсем по-детски, и продолжила все с тем же восторгом:

– А еще я все, все буду снимать на камеру, вот-такусенькую! Стас обещал мне ее подарить. А когда мы вернемся, то покажем вам, как все было! И конечно привезем гору подарков, обещаю!

Сергей молча слушал ее щебетание, смотрел в искрящиеся счастьем чуть раскосые зеленые глаза и чувствовал, как с каждой секундой душу все сильнее охватывает ноющая тоска. Он уже понимал, что ускоряется не только отъезд в Европу, но и превращение Киры в неживую куклу, застывший