Духов День. Хаоме (СИ) - "Анжелика2А"

— Обоих, — не раздумывая с серьёзным видом ответила она.

— Значит так тому и быть, — услышав это, Геба не поднимая на него лик, расплылась в короткой милой улыбке, значит «ошейник и аркан».

44

Мир Хаоме.

Вахр, желая Яру и Тису вернуться в этот год из поселения Трикет с невестами, даже не предполагал что их ждёт.

Он и Агвид проводили обряд единения, скрепляя пару Яра со Стешей брачными узами. С массового празднования молодая пара тихонько улизнула и обряд новоиспеченных молодожёнов «Мароналии» они тоже проигнорировали.

Выполняя просьбу Яра, жрецы проводили обряд в стороне от шумных гуляний и лишних глаз. Все без исключения заметили, что рядом с ийманном Стеша выглядела вполне довольной. «Выходит решила по своей воле остаться в нашем мире», подумал Вахр. Молодые стояли держась за руки, а для пущей верности Яр придерживал Стешу за талию.

Завершая свою речь, жрец первым заметил как в одночасье Стеша изменилась в лице и перевёл полный недоумения взгляд на Яра. Тот посмотрел на девушку и внутренне напрягся. Таким жрец Яра ещё не видел. Сердце непривычно кольнуло переживая за судьбу этого дуба и от увиденного далее.

Боги появились в самый разгар обряда, но не для того чтобы скрепить этот союз, а натянуть до предела ту тонкую нить между парой, которую Яр так пытался удержать в своих крепких руках. Стеша, освободилась из рук Яра и пошатываясь отступила назад, качая головой «нет». И уже через мгновение она растворяется в воздухе словно морозная паутинка.

Яр не мог поверить в происходящее. Ужасная мысль о том, что она хочет вернутся домой преследовала его, но он надеялся, верил, что этого всё же не произойдёт. И вот… Только что она была рядом и он с нетерпением ожидал услышать «Да», как неожиданно появились Боги. Опять они здесь и в этот раз окончательно отняли у него Стешу.

«Стеша. Нет…» прохрипел он видя как она роняет на земь венок и отступает растворяясь. Пульс бешено подскакивал и он протягивая ей руку всё ещё не терял надежды, но… всё тщетно. Голова идёт кругом, ноги слабеют и кровь лавой обжигает тело. Неуёмная дрожь охватывает руки и ноги от одной только мысли, что они больше не коснутся девушки, а глаза не увидят её лик.

Казалось, что силы окончательно покидают его могучее тело затмевая разум. Яр как в бреду мотал головой и отказывался верить в происходящее. Он медленно обернулся к виновникам и растерянно прошептал, глядя на Доониса:

— Почему?… Уговор… У нас был уговор.

Но ему ответила Геба:

— Это её решение. Я лишь сдержала данное слово. Ваш уговор был второстепенен.

— Зачем допустили… Впустили её к нам, в наш мир, в мой мир, — он коснулся груди в области сердца сжав руку в кулак, — Как теперь жить? С этим жить? — от боли голос приобрёл гортанный рык и он уже негодовал, — Жестокие Боги… Воспользовались нами и развели по мирам…

Доонис хотел было что-то сказать в оправдание, но Геба не позволила. Дёрнув его за руку они взмыли вверх, улетая и распадаясь на сотни мелких искорок исчезая уже из виду.

Яр запрокинул в высь голову и зло сжав кулаки, взвыл как раненный зверь.

Его сердце щемило адской болью. Он не мог осознать, что потеряв девчонку его накроет такая адская горечь, а его сердце в каменной и могучей груди будет так больно жечь.

Не отводя взгляда с небес и встряхивая в беспомощности головой он всё же умолк. Сколько времени он так стоял молча, сжав зубы до скрежета он не помнил.

Как же Яр в эти минуты ненавидел всех и вся: незримые границы миров, жрецов с их легендами, богов с их договорами и выходками, ОЗЕРО с которого всё началось… и решение Стеши вернуться в свой мир.

Как только на месте, где стояла Стеша остался лишь венок, Мирта молча ткнулась носом в грудь Грая и оплетая руками крепкое тело дру-энра вжалась в него. Грай успокаивал девушку, поглаживая ту по спине и шепча «Всё наладится, у него всё наладится». Но Мирта вскинув на него влажный взгляд произнесла «Так не должно быть. Это не правильно. Я видела как они оба… Стеша и Яр они…». Мирта тихонько всхлипнула, обвела присутствующих робким взглядом и вновь уткнулась в него носом. «Я знаю, тоже видел. Тише, тише» шептал Грай зарываясь носом в волосы девушки и целуя Мирту в макушку. Он с не свойственным ему терпением пытался её успокоить.

Тис не хотел тревожить друга в его горе. Ни одно сказанное им слово не могло заглушить ту боль, что испытывал Яр. Крепко сжимая руку Ельи он отправился провожать её домой. По дороге девушка не проронила ни звука. Свои переживания она выражала рукой — нервно переплетая их пальцы то сжимая их в замок, то высвобождая, а то и вовсе хватаясь за его крепкую руку как за спасательный круг своей дрожащей ладошкой. И лишь только у крыльца дома она тихонько произнесла:

— До сентября так долго… Ты ведь приедешь за мной?

— Конечно приеду и заберу тебя. Ты только не думай плохого. У нас всё будет хорошо. Слышишь? Только плохого не думай.

Тис обнял Елью и поглаживая её за затылок, жадно прижимал к своей груди. Ему казалось, что он слышит как с каждым ударом сердце девушки пытается вырваться наружу чтобы достучаться до его собственного, в надежде избавиться от той боли что тревожит юную трикетку. Быстрее бы осень и я увезу её, заберу себе, а в декабре она станет моей окончательно и никто этому не помешает. Не позволю помешать. Думать о том, что он вернётся в Ийманн к родителям с радостной вестью, а Яр с тяжелым сердцем было невыносимо.

На мгновение прикрыв глаза, он вспомнил как они присутствовали во время обряда Грая и Мирты. Дру-энр так уверенно и по-собственнически надевал на Мирту венок под обрядовую песнь Михая, что Тис непроизвольно и как-то через чур крепко прижал к себе притихшую Елью и та неожиданно ойкнула. А затем Грай с особой нежностью обнимал невесту давая ей клятву верности и целовал Мирту так словно рядом нет ни души. Равнинный воин поселения Дру-энр и его хрупкий, приручённый сокол из поселения Трикет. Они были прекрасны в это мгновение, их чистые взгляды и улыбки не вызывали сомнений в обоюдном желании быть вместе.

Тис тогда ещё обратил внимание на отца Мирты и мать, их глаза блестели от влаги в бликах костра. Родители одобрили выбор дочери, а значит это были слёзы радости.

Тис встряхнул головой отгоняя это наваждение, а оторвав от груди Елью потянул ее в сторону. Быстро завернув за угол дома он с нетерпением приложился к её губам. От неожиданности та не успела сообразить что происходит, но почувствовав жар его губ и свою необходимость в этом спасительном поцелуе, так сильно прильнула к нему чтобы оставить в памяти дорогой её сердцу поцелуй и его объятия. Успеть насладиться этим мгновением до его отъезда и их расставания…

Те не многие присутствующие на обряде Яра и Стеши потихоньку молча расходились. Никто из них не остался на всенощную.

В конце концов Вахр похлопав Яра по плечу увёл парня с собой.

Где-то в глубине поселения слышалась музыка и эхом доносились голоса гуляющих, последняя ночь рьяно набирала обороты. Но для самого Яра как и для его друзей, праздник уже не имел никакого значения.

Мирта и Грай отметились в «Танце Огня» и прошли обряд «Мароналии», пока Яр и Стеша прятались от всех в палатке. Их связь была скреплена жрецами обоих поселений, Трикета и Дру-энр. Грай на правах жениха планировал задержаться здесь ещё на пару недель, а затем увезти Мирту к себе уже как состоявшуюся жену.

Сегодня была их первая ночь, ночь в доме главы Кеда. Волнение перед женихом Мирта не испытывала, были ещё свежи переживания за Яра и Стешу.

Этой ночью Грай решил несвойственно для себя быть нежным и бережным со своей молодой невестой. Страсть и свою мужскую силу, а так же весь свой горячий нрав он оставил на потом, учитывая как ранима может быть его трикетка. Эта ночь была наполнена особой нежности, ласки и трогательной любви. Грай сам не ожидал, что способен быть таким ради своей милой и бойкой Мирты. Для неё он будет таким мягким и сдержанным, если понадобится. Главное не спугнуть её и дать время разглядеть его потенциал и принять его настоящим. Молодая невеста неустанно хваталась своими тонкими пальчиками за крепкое тело Грая, задыхаясь от его действий и чувств переполнявшись её душу до дрожи в хрупком теле, которое так умело отзывалось на прикосновения и ласки равнинного воина, ставшего ей мужем. Она даже не предполагала, что существует что-то ещё слаще поцелуев. Лишь поздним утром Мирта проснулась в жарких объятиях своего дру-энра и сонно улыбнулась отвечая на его поцелуй в носик и в губки.