Чужая мама для родной дочери 2 (СИ) - Вагнер

— Мама! — Надо мной склоняется заплаканная мордашка принцессы, с полными ужаса глазами. С ее ресничек капают хрустальные слезинки, обжигая мои щеки. Анга стоит рядом на коленях, зажимая ладонями рот, и с болью глядя… наверное на рану.

— Не бойтесь… Вас спасут, милые… — говорить больно, но нужно успокоить малышек. Пытаюсь улыбнуться. — Люблю вас, девочки мои… род… — срывается с губ последний шепот, и я проваливаюсь во тьму.

23. Возвращение

Дэймирион

Почувствовав вызов от Тании, я сразу схватил артефакт связи, не то, чтобы ждал… но с утра было какое-то неприятное предчувствие. Именно поэтому, обзывая себя паникером, отправил с девочками сегодня ещё двоих стражей. А сейчас собственно, с доком и Арданом обсуждали дальнейшие действия. Недавно разведчики донесли, что в лагере врага начались шевеления, и подготовка к наступлению. Значит, они снова что-то задумали.

Я в который раз предлагал начать действовать, а мой зверь "спалить их к хранговой матери, вместе с гнездом!". И признаться, я близок к согласию с ним.

Я мгновенно задел камень, сразу услышав, уже ставший родным голос Тании. Только вот в нем преобладала паника, и мне хватило лишь слова "помоги", вырванного из контекста — видимо она повторяла одно и то же, не зная как быстро я отвечу. Связь оборвалась. Зверь внутри заметался. А друзья словно почувствовав, поднялись с мест.

— Что-то произошло! Им нужна помощь.

По времени, они сейчас на прогулке у скал. Я подошёл к окну, распахивая его настеж, и впуская холод в помещение. Одним движением снял магическую защиту, попросил:

— Брайд, поможешь? Как в детстве…

Друг без вопросов встал на подоконник, и нырнул вниз, тут же взмывая крупным драконом. Я прыгаю следом, разведя руки в стороны, и он подхватывает меня лапами, унося к скалам.

Расстояние небольшое, поэтому мы сразу видим картину происходящего.

Фигура, кажется Ройвенны, целится из арбалета в девочек. Дракон внутри взвыл оглушая меня, и тем самым отвлекая на миг от увиденного. Когда я снова открыл глаза, увидел на подлёте несколько серых драконов, с которых спрыгивали на землю люди, но они сразу ушли на второй план, так как женщина, которую уже схватили стражи, успела выпустить стрелу…

От понимания, что я сейчас потеряю кого-то из девочек, а то и всех сразу — они стоят ровно на линии выстрела — внутри взрывается что-то, с болью разрывая грудную клетку, а потом картинка предстает в другом видении. Я смотрю глазами дракона. Разъяренного дракона.

Мой рев оглушает округу, кажется противники дрогнули, но продолжили нападение. А у меня, от вида дочери, склонившейся над телом раненой Тании, встаёт перед глазами пелена…

Я даю волю своему зверю, позволяя действовать жестоко. Хотя кажется, что для них мгновенная смерть, это благо…

Осматриваюсь. Самого́ стального нигде не видно. Здесь лишь прихвостни и людишки. Мелькает мысль — сжечь все, но понимаю, что и своих задену. Рву всех, до кого дотягиваюсь, периодически поглядывая на девочек, следя, чтобы они оставались под защитой. На этот раз вижу, что их окружила стая крильс, не подпускающая никого к ним. Хорошо.

Когда все закончилось, я встал напротив змеи Гардена, которая тут же упала на колени. Даже не рассматривая других вариантов, мой дракон произнес:

— Ты. Ройвенна ми Гардена, приговариваешься к смертной казни…

— Ваша дочь жива! Я не причиняла вреда королевской крови! — Женщина победно улыбнулась.

— Ты. Покусилась на мою душу.

Дракон, больше не слушая, что-то кричащую предательницу, выпустил в нее струю пламени. Я не стал останавливать. За свои поступки надо отвечать. Как жаль, что так поздно понял истину… Тания — моя душа. Душа дракона. Просто раньше душой могли стать лишь драконицы, а она человек. Мысль прояснила сознание, и мой зверь отступил, с тоской глядя на ту, жизнь которой стала безумно важна, и теплилась сейчас лишь на тонкой струйке магии ребенка.

Когда я подошёл, девочки так и сидели над лежащей Танией. Только вот уже не просто рыдали, а сосредоточенно звали ее, прося вернуться. Май, неумело, но старательно, под руководством Брайана, вливала свою магию жизни в тело матери. Ее крильса вместе с уже подросшим котом, зализывали рану. Остальные кошки так и сидели кру́гом, не пропуская никого внутрь, и издавая странный звук. Не знаю, что делают эти своевольные хищники, но не стал мешать. Присел с другой стороны от Май, и взяв за прохладную ладонь любимую, тоже начал звать.

Ну вот… я, кажется, умерла.

Или нет? Но тело не болит, снова та легкость, что была после аварии. Моргаю раз, другой. Картинка все та же, но помимо дочерей, надо мной склонились еще две фигуры… призраков! Вздрагиваю, и в миг оказываюсь на расстояни. Только потом, до меня доходит, что лицо мужчины знакомо мне…

— Вы! Это вы забрали мою дочь! — я, уже без страха, с какой-то обреченностью, смотрю на странного отмороженного ангела, что когда-то увел мою Софию.

— Надо же, узнала… как ты сюда вообще попала? — Мужчина, а как я уже догадываюсь — дракон, смотрит с любопытством, и каплей сожаления. Точно! Вон повернулся к девушке, и на висках чешуйки стали переливаться. Да он же седой! — Я думал, что ты осталась в своем мире, и…

— Что и? И умерла? — во мне вспыхнула злость так же остро, как миг назад боль от стрелы. — Да кто дал вам право распоряжаться чужими жизнями?! Мы с дочерью спокойно себе жили, и никого не трогали! — на этом месте я глянула на дочь, склонившуюся над моим телом. Захотелось в голос взвыть от бессилия, и в то же время от радости… Первое, потому что не могу обнять и успокоить малышек. А второе — они живы! И радость за их жизни успокоила меня. Да и чего сейчас-то кулаками махать?

Плюша… Я улыбнулась наблюдая, как кошка старательно вылизывает мою рану. Не знаю, как в этом виде двигаюсь, но мгновенно оказалась перед телом, и попыталась погладить младшую дочь. Мимо…

— Плюша, позаботься о наших котятах, пожалуйста… — хотелось зареветь, но глаза оставались сухими. А кошка словно услышав, дернула ушами, и снова взвыв на ультразвуке, принялась еще более ожесточенно вылизывать рану. Кажется, я услышала не то, чтобы голос… скорее мысленное послание "не смей бросать! Держись!". Я улыбнулась. — Я рада, что ты есть у Май,