Обретая себя - Екатерина Котова

— Кто это?

Я перевела взгляд от пламени, встречаясь с извечным льдом в глазах Рэйдара.

— Кто?

— Не играй в дурочку. Тебе не идет.

— Один знакомый. — сухо отозвалась я, пряча взгляд в костре.

Фрейгъерд встал и неожиданно заходил по комнате. Постоял лицом к камину. А затем резко начал, гипнотизируя огонь, заложив руки за спину:

— Ты понимаешь, что это все не шутки. В любой момент диверсанты могут проявить себя. Двух шпионов выловили на границе, когда они расставляли магические накопители. Расы не просто готовятся к войне, они ее ведут. Точечно, но ведут, мать ее. Тронхейм безопасен относительно. Граница в нескольких часах езды отсюда. Мироздание трещит по швам из-за… — он осекся, посмотрев на меня, — в общем, магия не стабильна. И что устроили вы? Каток с глинтвейном, когда вам могут просто перерезать горло?! — последнее он просто проорал.

— Почему ты кричишь на меня? — ахнула я.

— Потому что вы безголовые курицы! — сорвался он. Даже пламя прижало «уши» точно нашкодивший пес, а в помещение сделалось зябко. Я поняла, он сорвался. Неожиданно он повернулся и у меня перехватило дыхание от взгляда, в котором я видела злость, тревогу, страх, надежду? Он молчал долго, а затем, будто пересилив себя, сказал, будто спрыгнул с обрыва:

— Ты дорога мне. Что бы ты ни думала.

Что? Я замерла, смотря на него во все глаза. И не могла поверить в то, что вижу. Не сгибаемый, упертый, своевольный мужчина открыто говорил мне о том, что важно для него. И не просто что-то, а я. Я. Я! Я? Но как же…

Затем тревожная мысль пронеслась в голове, я моргнула, чуть не выронив слезу, которая пыталась навернуться и сброситься вниз, капитулируя, открываясь. Но я знаю, что такое показать слабость. Потом тебя ударят ровно в то нежное местечко, которым ты открылась.

— И при этом ты вынуждаешь меня идти на эшафот. — тихо проговорила, сжав руки. Ногти впились в ладони, отрезвляя. Не ведись, Эв. Просто ему так хочется. У него другая женщина. Другая жизнь. Важно смотреть на поступки, а не на красивые слова. Он всегда умел их подбирать. Говорить то, что нужно. То, что очень хочется услышать.

Он молчал, чуть ли не пуская пар из носа, а затем сорвался:

— Я не знал, что ты прочитаешь эту чертову книгу так не вовремя!

— Никто не знал, что случится нечто подобное! — его энергия придала мне сил и я как пружина вскочила с кресла, не выдержав напора сверху. Его брови были сдвинуты, тело напряжено. Он повернулся, стоя всего в локте от меня.

— Почему ты не послушала меня? Я ведь сказал, что надо было делать. — надвигался он на меня, — Почему не поехала в Великий Лес? Каждый раз, когда я пытаюсь тебе помочь, ты суешь свою голову в петлю! Тебе жить надоело?! — Рейдар остановился в локте от меня, пытаясь задавить просто своим присутствием и у него получалось!

— Ах, это я еще и виновата, что исполняю ваш протокол!? — выплюнула, зло придвинувшись.

Глаза его метали молнии, а вены на шее вздулись, ему явно хотелось крепко выругаться и надавать нам с Лив по задницам.

— Бездна! — выругался он.

— Знаешь, что! — начала было защищаться, но была прервана самым вопиющим образом. Фрейгъерд резко притянул меня, положив руку на затылок, и закрыл мне рот поцелуем. Грубым, жестким, страстным, проникновенным. Язык проник внутрь, лизнул меня с неистовым жаром, напором. Двухдневная щетина прошлась по нежной щеке, вызывая стон. Я было трепыхнулась от неожиданности, но тот котел, что кипел во мне требовал выхода, и я просто поддалась на эту изощренную ласку, немой диалог, когда аргументы исчерпаны! Все мои доводы вымело одним разом, одним действием. Все просто смяло и вынесло. Проклятье! Я отдалась порыву, притянула за куртку, цепляясь за крепкие плечи, вдыхая его запах. Его действия были рваными, грубыми, будто он сдохнет, если не вдохнет воздух на двоих. И я его понимала. Отвечала со всей злостью и страстью, разделяя его желание. Такой знакомый и чужой одновременно. Рейдар вжал меня в стену рядом с камином, приложив затылком. Милая картина с цветочным натюрмортом накренилась.

Страшно подумать, куда завел бы такой бездумный эмоциональный шквал. Я очнулась, лишь когда услышала, как разбилась посуда, сопровождаемая охом госпожи Иды. Перевела удивленный взгляд на Фрейгъерда, который вжимал меня в крепкое явно возбужденное тело. Кажется, он сам не ожидал подобного поворота. Черный зрачок затопил весь лед в радужке. Он медленно разжал руки, которые только что комкали платье и сжимали мои ягодицы. Уперся ладонями о стену по обе стороны от меня, опустил взгляд и неожиданно ударил в стену. Вздрогнули все: я, госпожа Ида и изящный натюрморт, который тут же грохнулся вниз.

— Простите! — женщина попятилась, прерывая наши гляделки, и хотела было собрать крупные осколки, но из дверного проема высунулась Лив.

— Сейчас тут все уберут. Мама! — она немного осуждающе посмотрела на мать и кинула извиняющийся на меня. — Эм, мы попозже зайдем. Вы тут… разговаривайте. — нашлась, что сказать эртонка. За ее спиной маячил Йен с бутылкой в руке и взгляд он имел не менее ошарашенный.

— Я…я… — в унисон промычали мы через какое-то время, но Рейдар созрел на что-то членораздельное первый.

— Мне лучше уйти. — произнес он, отступив.

— Да. — немного шокированно ответила ему, и мужчина быстро пересек гостиную. Нам обоим нужно было подумать, что между нами происходит.

Когда за темной фигурой закрылся «занавес», в гостиную вошли не менее шокированные зрители.

— Что это было?! — не выдержала первая Лив и кинула загадочный победный взгляд на Йена. Но рыжий почему-то странно покачал головой, точно не одобряя. По их переглядкам было трудно что-то сказать наверняка.

— Хотела бы я знать. — плюхнулась я в кресло и взъерошила волосы, переводя дыхание. Сердце било набатом в висках, внизу все свернулось в предвкушении… Чего? Я хотела его. Боже! Хотела бывшего супруга! После всего что случилось! После его ненависти и желании меня упечь за решетку! После того, как… отправился в странное приключение и спас меня! После того, как сам отвез меня на эту гильотину! Это было шокирующей новостью, которая не укладывалась у меня в голове. Нет, дело не в том, что это невозможно. Фрейгъерд хорош собой и привлекателен как мужчина — это было очевидным фактом. Как женщина я понимала себя. Но я не понимала другого