Садовница (СИ) - Катя Зазовка

Хильд дернул ручку, но покореженная дверь Джипа не поддалась. Тогда верзила выбил ее своим мощным телом и вывалился наружу уже в образе огромного кабана. Но ринуться следом за ковыляющим авто ему не позволили. Пара статных молодых людей, вооруженных луками, перекрыла дорогу.

— В сторону, — злобно прорычал обратившийся Хильд. Однако внезапно явившиеся защитники и не думали отступать и лишь туже натянули тетиву.

Раздался оглушительный грохот — из Джипа выбрался Гал, сжимая в кулачище булаву с навершием с баскетбольный мяч. Под мясистым носом цвела улыбка, обещавшая смерть каждому, кто встанет на пути ее хозяина.

— Bonjour! — пророкотал гигант и улыбнулся еще шире. Сделал резкий выпад в сторону Рони и Пьера, принудив выстрелить, но тут же отбил обе атаки. Молодые люди в мгновение ока выхватили из колчанов новые стрелы, но Хильд успел воспользоваться заминкой и уже несся за тарахтящим на всю округу Жуком. — Что, птенчики, посостязаемся?

Рони выстрелила в мчавшегося кабана. Однако проткнувший заднюю ногу золотистый стержень не только не остановил чудовище, но даже не вырвал из страшной глотки и звука. Оборотень бежал как сумасшедший и грозился вот-вот настигнуть желтую машину, сейчас казавшуюся особенно уязвимой. Пьер, стоявший спиной к спине напарницы, без устали атаковал приближавшегося Гала. Но гигант так ловко орудовал неподъемным оружием, что ни одна из стрел его попросту не достигала. Лишь искры сыпались.

— Плохо стреляешь, амурчик. Понятно теперь, почему людишки мучаются от неразделенной любви. Только девка-то и попадает, — округа снова наполнилась гоготом.

Девушка вновь и вновь посылала стрелы в кабана. От большинства из них зверь уворачивался, но три глубоко вошли в плоть. И все же Хильд не останавливался. Особенно теперь, когда до сада оставалось не больше десяти метров. Рони и Пьер расправили белоснежные крылья и устремились на выручку остальным. Но уже в следующее мгновение один из них камнем упал наземь и замер.

— Готов! — отметил довольный Гал, потирая пустые руки.

— Пьер! — истошно закричала Рони, но вместо того, чтобы спуститься к поверженному другу, с еще большей решимостью полетела к Жуку.

— Эй, Двалин, давай скорее к саду! — крикнул Гал и побежал на помощь кабану. Старик высунул нос из машины, оценил ситуацию и не спеша поплелся следом, наступая на самые скользкие участки земли, будто ему нравился короткий бег на месте и непременно следующее за этим падение.

Покореженная машинка не дотянула буквально пару метров до спасительного зева, образовавшегося в заборе. Вздохнула, крякнула и замерла. Затем стала раскачиваться из стороны в сторону, будто кто-то пытался из нее выбраться, но не мог. Разъяренный Хильд несся прямо на пассажирскую дверь, за которой как раз находилась Виолетта. Внезапно какая-то неведомая сила вдруг отбросила кусок желтого металла прямо кабану в голову. Зверюга пал.

— Давай, малыш! Скорее! — крикнула Розалия. Липок выскочил из машины, держа на руках недвижимую Виолетту. Гал понял, что еще немного — и их атака закончится провалом. Очередным провалом! Подобрал с земли булыжник. Прицелился. Метнул.

— Еще одно точное попадание! — с наслаждением отметил гигант, увидев, как горбун валится на землю вместе с ношей. До девчонки осталось всего несколько шагов… Вдруг воздух наполнился свистом — Рони атаковала как заведенная. Гал закрылся руками словно щитом — и скоро его предплечья напоминали спину дикобраза, усеянную золотистыми иглами. Двалин в очередной раз с театральным стоном плюхнулся в ближайшую лужу. Когда лучница оказалась слишком близко, гигант с рычанием схватил ее за шею, приподнял над землей, тряхнул, словно тряпичную куклу, и отшвырнул на несколько метров. Затем развернулся к Розалии, пытавшейся дотянуть Виолетту до сада.

— Теперь меня ничто не остановит, — Гал снова расплылся в улыбке, переступил кабанье рыло и направился к наместнице, закрывшей собой недвижимую девушку. — Прочь, ведьма, и я оставлю тебя в живых!

Здоровенные лапищи выдергивали стрелы из плоти и отбрасывали одну за другой. Верзила словно не чувствовал боли, не замечал залитых кровью изорванных рукавов. Он не сводил взгляда с Розалии, единственной преграды, отделявшей его от вожделенной цели. С расширенными от ужаса глазами женщина мотала головой, не двигаясь с места.

— Как знаешь.

Здоровенный кулак, ненамного меньший, чем булава, сразившая Пьера, замахнулся для удара. Вдруг, раздался странный звук, будто кнут хлестнул, потом еще один и еще. Гигант посмотрел вверх. Длинные зеленые хвосты-лианы, вырвавшиеся из сада, стегали воздух. Извивались, выпрямлялись, образовывали петли. Создавалось впечатление, что они прицеливались, выбирая самое уязвимое место на теле потенциальной жертвы. Порой свист прерывался шепотком, но затем снова заглушал его. Недолгой оторопи хватило, чтобы мишень была не только выбрана, но и атакована. Округу заполонил раскатистый рев, чередующийся с отборной бранью. В какой-то миг Гал так рассвирепел, что даже Розалия попятилась. Однако гибкие крепкие стебли в мгновение ока скрутили мощное тело, полностью обездвижив. Теперь обезвреженный гигант больше походил на гусеницу, нежели человека.

— Ты видела?! — спросила ошеломленная Рони. — Это ведь она! Superbement!

Женщина ограничилась коротким кивком. Она не видела, но слышала, как Виолетта, находясь в беспамятстве, призвала на выручку "Защиту". Розалия и Рони занесли девушку в сад, а затем вернулись к Липку. Насилу растолкали, но юноша лишь бессмысленно вращал глазами, грозясь вот-вот снова выключиться из реальности. Через минуту — и он оказался в зоне безопасности. Оставался лишь Пьер. Женщины огляделись. Кабан все еще не пришел в себя. Перемотанный стеблями от щиколоток до носа Гал не имел возможности даже пикнуть. Двалин, похоже, от страха потерял сознание в той луже. Рони взметнулась в воздух, Розалия, ковыляя, направилась следом. К счастью, Пьера тащить не пришлось. Он быстро оправился и, опираясь на плечо верной спутницы, добрел до забора.

Едва все оказались вне зоны досягаемости, раздался множественный треск. А вслед за ним дикий рев.

— Гал вырвался, — одними губами произнесла Розалия. Рони и Пьер кивнули. Липок все еще до конца не пришел в себя и лишь морщился от боли. Виолетта недвижимо лежала на траве.

— Я заварю "Исцеление", — бросила наместница и устремилась вглубь дома. Но не успела сделать и шагу, как появился Гавриил. — Пожаловал все-таки?

Мужчина даже не шелохнулся, разве что едва заметно сощурил глаза, ожидая дальнейших объяснений.

— Где ты был? — вмешалась Рони.