Неясные огни - Марго Айсли

— Ну, как знаешь.

— Слушай, ты с Аароном общаешься чаще нас, не скажет ли он отцу чего лишнего?

— Сильно сомневаюсь. Тебя Ния накрутила?

— Нет. Не знаю… Просто уточняю.

Брат ничего не ответил. Так они и пробирались в тишине сквозь снежную пелену, конца которой не было видно. Заснеженные тёмные силуэты домов стали видны лишь тогда, когда ребята подошли вплотную. Фонари в этой части города вообще не горели, но идти через главную улицу было слишком далеко, такой крюк можно было себе позволить летом, но только не в такой жуткий снегопад. Да они в снегу завязнут на полпути.

Ирмис редко была в этой части города. Квартал с домами простых горожан сейчас больше напоминал заброшенную деревню, чем район столицы. Ставни были захлопнуты и местами забиты даже на вторых этажах. И с продвижением вглубь Тирры зрелище не менялось. Ближе к площади начали виднеться стражники и патрули, хоть как-то разбавляя этот безмолвный пейзаж.

Обогнув площадь по переулку, ребята почти подошли к дворцу. Ирмис уже было хотела спросить, как он вызовет Аарона, но тот уже ждал их у боковой калитки.

— Амулеты, — пояснил Джаред, — мы сделали дублирующийся артефакт с обратной связью. Примитивный совсем, просто нагреваешь его и импульс передаётся второму. Условились так вызывать друг друга.

Девушка кивнула, но расспросить подробнее не успела, так как они уже поравнялись с сыном советника.

— Вы чего в такую рань? — зевнул он, вздрогнув от порыва ветра.

— Мы можем поговорить где-то в помещении?

Аарон огляделся по сторонам и поманил их на территорию дворца. Пройдя по незаметной снежной тропинке, они пришли к небольшому сараю. Ну, без снега и ветра — уже хорошо. Внутри было темно, но сухо. Ирмис с облегчением вздохнула. Жаль, что чая нет горячего.

— Аарон, — сразу перешла к делу девушка, — ты знаешь, где находится дом Верховного магистра?

Такого вопроса парень не ожидал и крайне сильно удивился.

— Зачем вам его дом? Вы ради этого пёрлись по сугробам?

Ирмис глубоко вздохнула и пересказала всё случившееся, опустив комментарии Нии. Насколько было видно в темноте, лицо Аарона с каждым словом всё сильнее вытягивалось от изумления.

— Ты правда думаешь, что я смогу залезть в его кабинет? Да там крыло всё закрыто, мне даже в дверь войти не дадут, тем более после случившегося.

— О чём ты?

Парень замялся, но всё же рассказал:

— С неделю назад кто-то забрался в кабинет короля и устроил там обыск.

— Ого, — поразился Джаред, — ну раз этот кто-то, не живя во дворце, смог проникнуть в кабинет монарха, то уж ты в кабинет мага точно сможешь.

Аарон переступил с ноги на ногу и недовольно сощурился.

— Я попробую, но ничего не обещаю.

— Нет уж, — резко сказала Ирмис, — ты обязан всё обыскать, да ещё и узнать, где дом Ильтара. Ты также виновен в её смерти, как и все мы.

— Ладно, — согласился Аарон, хотя по лицу отчетливо читалось, что идея ему не нравится, — где мне вас искать потом?

Брат с сестрой переглянулись.

— Я сейчас в лечебницу, мы пробуем новое плетение на поддерживающих амулетах. Будем тестировать.

— Тогда я с тобой, всё равно не смогу просто сидеть в комнате.

Джаред кивнул.

— И, Аарон, — обернулась к нему Ирмис, — постарайся быстрее, Амелия сказала, что это очень важно.

Глава 16

Сказать, что Аарон был озадачен — это ничего не сказать. Мало того, что новости про призрака обрушились, как снег на голову, так ещё и срочное задание ввело его в ступор. Кабинет Верховного магистра находился в одной из закрытых после отбытия короля секций дворца. И туда никто не допускался. Отец же, как временный наместник, жил в небольшом гостевом крыле, вместе с сыновьями и женой. По счастливому обстоятельству ключи у отца имелись, осталось только уговорить его дать нужный.

В очередной раз идя по пустынным коридорам, парень остановился около семейного портрета последней семьи Лармийских правителей. Король и королева сидели на резной софе с обивкой из зелёного бархата, а вокруг них расположились их дети: Эрик, старший сын, около отца, Амалика, средняя дочь, посередине, и Амелия в резной маске, младшая, около матери. Все улыбались, глядя с полотна счастливыми глазами, ещё не зная, что их ждёт. Широкая резная рама, обрамляющая картинку, сверху была перетянута чёрной атласной полосой в знак траура. Но убирать её никто не стал, хотя по всем срокам уже можно было. Хотя кому какое дело до этого сейчас? Может, и войну они проиграют, тогда умрёт и последний член королевской семьи. Хотя лучше бы он умер сразу, не угробив свою родню и Амелию.

Аарон не до конца верил в слова Ирмис. Почему призрак объявился сейчас? Где он был все эти месяцы? И на кой Амелии этот артефакт? Похоже на какие-то выдумки. Пока он не увидит её душу своими глазами, то не поверит. Но зачем тогда он идёт выполнять странное поручение?

Однако же Ирмис права, он чувствовал себя виноватым. И чувствует до сих пор. Может, они ничего и не могли противопоставить обученным магам и магистру, но могли уговорить её сбежать ранее, неважно куда. А они дождались точки невозврата.

Никто не верил, но она ему и правда нравилась. Такая красивая, милая, умная и добрая девушка с чистым сердцем. Аарон сопротивлялся приказу отца, ругался с ним несколько месяцев и совершенно не хотел идти в эту Башню, но потом даже был рад. Парню казалось, что что-то может получиться, помоги он тогда Винсу безопасно доставить её к другу. А в итоге они попали на это проклятое кладбище, и всё пошло наперекосяк. А вернулась она уже сама не своя. Беспокойная, несчастная и такая хрупкая. Но даже тогда Аарон ещё надеялся, что у него есть шанс. До того момента, как Амелия не догадалась, что он с самого начала знал, кто она такая. Больше она ему не верила, да и он сам бы не верил. После стольких предательств она имела право не верить никому. А потом не стало и её самой.

Погружаясь в неприятные размышления, парень уже дошёл до кабинета отца, так и не придумав, что он скажет. Ну ладно, по ходу разберётся. На стук его пригласили войти.

Первый советник Харфин уже работал, разбирая поступившие отчёты. Последнее время он практически не спал, слишком много задач на него навалилось. Выглядел он, как и все остальные, крайне уставшим. Нахмурив морщинистый лоб, он