Наследие (СИ) - Олейник Виктория

— Это ледяное сердце твое, Ариан. Возьми его, а взамен принеси мне сердце девчонки. Я не насытилась.

Всего лишь кусок льда… повинуясь ей, ледяное сердце ворвалось в грудь Ариана, вызвав болезненный стон.

— Ариан! — Зарычав, я потянула лианы, как могла сильно. Они трещали, изгибались, не желая отпускать добычу.

Но я была нужна ему! Прямо здесь, сейчас... я рванулась из последних сил, вспарывая кожу шипами, и, вырвавшись, кинулась к Ариану, чтобы помочь ему, спасти... хоть что-то сделать!

Но, запнувшись на полушаге, удивленно посмотрела на кинжал в своей груди и руку Ариана на его рукоятке. Мои пальцы сами сомкнулись на оружии, по пальцам потекла теплая кровь — моя собственная.

— Повинуюсь, — безжизненно произнес шайн. — Моя госпожа.

Больше всего мне запомнились его глаза. Черные и равнодушные, совсем чужие. Мир дрогнул, расплываясь кровавыми пятнами, и я провалилась в туман. Он брызнул черными осколками, разлетелся, как мимолетный сон.

Тяжело дыша, я перевернулась на живот и вонзила ногти в мох. Закашлявшись, ударила по земле ладонью, зажмурилась. Забудь, забудь! Это лишь наваждение! Я подняла руку, рассматривая пальцы. Никакой крови. Это правда. просто кошмар!

— Удивительно, что ты жива, феникс, — Кларисса, присев передо мной на корточки, брезгливо вытерла зеленую слизь с кинжала.

Я с трудом подняла на нее слезящиеся глаза. Это что, еще один сон? Потому что ничего невозможнее, чем спасающая меня Кларисса, я и представить не могла!..

А она меня точно спасла: женщина, напавшая на меня, лежала позади. Теперь лианы завладели ею полностью, прорастая даже из живота. Прекрасная и мертвая, она раскрытыми глазами смотрела в свод пещеры. Растения почти полностью скрыли ее тело, извивались, будто в конвульсиях.

Как Кларисса смогла прийти так вовремя? Все мое тело ныло и болело, израненное острыми шипами. Сколько я провела в этом жутком сне?

— У тебя талант притягивать всякую гадость. По правде, я думала, все дриады вымерли лет сто назад. Но нет, смотри, ты нашла одну, — вскинула Кларисса изящные брови и поднялась. — Сообщу команде, что мы феерично проиграли. Наверное, это увидела во сне? Сны дриад всегда правдивы. ты ведь уже все шкатулки получил, Де Шай?

Она скривилась, даже кивком не удостоив появившегося в клубах дыма Ариана. Впрочем, шайн не обратил внимания, побледнев при взгляде на меня.

— Боги, Мирра! — отбросив оружие, он стремительно подошел ко мне, и я порывисто обняла его за шею. То, что видела во сне, напугало больше любых дриад. Просто радовалась, что он рядом. Что его сердце бьется в груди.

Но было кое-что, что не давало покоя.

— Правдивы? — запоздало спохватилась я, потянувшись вслед за Клариссой.

— Ты вся в крови! — процедил Ариан, перехватывая меня.

Он бегло осмотрел меня, и его глаза темнели с каждым мгновением. Коротко рыкнув, он подхватил меня на руки. Туман перехода забился в ноздри; Ариан будто торопился, и я узнала склеп, подобный тому, где находилась прошлая шкатулка.

В этой тоже была одна, гордо сверкала на алтаре. Со всех сторон к нам потянулись мертвые тела, просыпаясь со своих ниш, но, не заострившись на них, Ариан махнул рукой. Переход вышел рваным и слишком быстрым, я только и успела, что открыть рот.

А очутилась уже на арене. Ариан шагнул и бросил шкатулку на стол Аффета… к остальным четырем.

— Последняя, завершайте испытание! — зарычал он.

— Эй! — запротестовала я, поняв, что Ариан вполне успешно нашел все пять шкатулок. Ариан рывком развернул меня к себе и встряхнул за плечи.

— Ты ведь знаешь, что ты для меня дороже жизни, Мирра?

Судорожно вдохнув, я посмотрела в его глаза. Он говорил так искренне... и таким ледяным недовольным голосом! Ариан убрал с моей щеки локон.

— Вот и хватит рисковать. Мне плевать ради других, или себя, — прищурился он. — Я все равно тебя не отпущу, Мирра… никогда. Испытание закончено. Ты не пройдешь дальше. Мне жаль, Мирра, но так будет лучше для тебя.

Глава 47

Ариан Де Шай

Ветер отбросил назад каштановые волосы девушки, запутался в прядях. Мирра всегда казалась хрупкой и юной. Ариан сузил глаза, скользя по ней взглядом. По тонкому стану и алебастровой коже, по изящным плечикам и красивой груди.

Возможно, он привык считать ее своей. Ему нравилось, как она смущается, как выбивается прядка волос и спадает на ее щеку, как она убирает ее за ушко и поджимает губы, желая скрыть неловкость.

Он желал увидеть однажды их детей. Хотел, чтобы у них были ее глаза. Какими они будут?

Мирра умудрилась влезть в одно из самых опасных проклятий. Поместье феникса славилось своими статуями, и он не мог позволить девушке стать одной из них. Если он правильно помнит, у нее всего два года на рождение первенца.

У них всего два года. Потому что другим он не позволит ее коснуться.

Даже Ашрее. Ариан поднял голову. Солнечный луч запутался в волосах феникса, озарив сиянием, и он тихо выдохнул. Он хотел эту девушку, и хотел назвать ее своей женой. Пожалуй, впервые он понял, что ему больше не важны последствия.

Он должен убить Ашрею. Это не спасет его жизнь, ледяное сердце однажды растает окончательно, но это даст ему то, чего он хотел больше всего на свете. Хотя бы ненадолго. Что-то подсказывало: соблюдай он договор или нет, Ашрея не оставит в покое ни его, ни феникса.

— Так где он? — Взволнованный шепот директора отвлек Ариана. Шайн коротко взглянул на шепчущихся профессоров и нахмурился. Насколько он понял по скорбному виду подошедшего стражника, турнир забрал первую жертву.

Сколько их еще будет? Вот почему он не желал участия феникса в этих играх.

Хотя были у него и личные причины. Ариан помрачнел, с ревностью проследив, как вальяжно Де Грай отвел волосы с лица приунывшего феникса и как сжал ее плечо, что-то ободряюще шепча. До чего бесит!

— Итак, вы сегодня нашли шкатулки, которые послужат вам допуском к следующему испытанию! — выдернул его из задумчивости Аффет, открывая одну из шкатулок и демонстрируя находящийся внутри прозрачный камень.

— Маяк! — присвистнул Дэй. Ариан скосил на него взгляд, и друг хмыкнул. — Просто я их давно не видел...

— Этот камень вам потребуется заряжать каждый день в течении недели, пока он не станет красного цвета. Тогда, при должной активации, он отведет вас к вашему следующему испытанию. Как вы знаете, маяк может зарядить лишь сильный маг. И так понимаю, решать, кто из вас силен, будет Ариан де Шай, поскольку все остальные остались без шкатулок, — в голосе Аффета промелькнула ирония, и команды дружно вздохнули.

Скрестив на груди руки, Ариан ответил на взгляд феникса. Как умеет поджимать губки! Но он добился своего: в конце концов, этого он и хотел, убрать Мирру из турнира, пока не поздно.

— Ну что ж, поскольку никто не желает предоставить лишнюю шкатулку...

— А чего это никто? Я вот желаю! — раздался наглый голос.

Все озадаченно обернулись на появившегося на арене парня. Встряхнув кошачьими ушами, тот бодро взбежал по ступенькам к Аффету и протянул ему резную шкатулку.

Проклятый лисорр! Шайн напряженно подался вперед. Это еще как понимать?! Он лично собрал все пять шкатулок!

— Проверьте, все по-честному. И даже маяк, — парень щелчком пальцев открыл шкатулку и продемонстрировал Аффету содержимое, — на месте.

Это и правда был маяк, и правда на месте. Аффет подхватил из шкатулки круглый, пока еще белый камень, и тщательно его осмотрел, но не нашел подвоха. Тогда профессор одну за другой принялся открывать шкатулки, принесенные Арианом. Пока не добрался до последней.

— Ах ты хитрый, пронырливый... — зарычал шайн, когда Аффет уставился на пустоту. Шкатулка испарилась с его ладони, стоило дотронуться до замка, только косточки посыпались, на которых держалась иллюзия. Ушастый парень расплылся в счастливой улыбке.

— Из какой команды? — помедлив, Аффет вернул шкатулку ушастому парню, и тот затыкал пальцем в сторону Мирры.