Серые тени (СИ) - Сушкова Евгения

— Поймаете. Непременно. — Виола поднялась, поцеловала Ташу в макушку и, погладив по плечу, вернулась к разделочной доске, на которой своей незавидной участи дожидался слегка потемневший картофель. — Все будет хорошо. Только перестань хмуриться… И поешь уже нормально! Хватит в тарелке ковыряться, клада там все равно нет.

Таша, не сдержав смешок, послушно полила остатки растерзанных оладий сметаной, высыпала на них горсть смородины и принялась за еду. Ведь когда мама командует на кухне, с ней лучше не спорить, правда?

Новый день в Управлении встретил видящую башней из папок, высящейся на ее столе: Рик скинул на помощницу дела, которые велись отозванными в патрули стражами.

— Серьезно? — возмущенно воскликнула Таша, поворачиваясь к кабинету Деррика и собираясь высказать ему все, что думает по этому поводу.

Но сию секунду излить недовольство на капитана не получилось: за закрытой стеклянной дверью разгорался жаркий спор на повышенных тонах. И уже, кажется, дошел до той грани, за которой начиналось рукоприкладство. Ранний посетитель вскочил со стула, едва не опрокинув его, оперся на столешницу широкими ладонями и навис над Дерриком, яростно ему что-то втолковывая. Капитан Ирлин судорожно сжимал кулаки и едва сдерживался, чтобы не опуститься до банального удара в челюсть, хотя по глазам было видно, что ему очень этого хотелось. Пройдя к своему рабочему месту и скинув на стул сумку, Таша повнимательнее присмотрелась к агрессивному гостю, чтобы понять, что довело обычно ледяного Рика до такого состояния. Почувствовала даже нечто вроде профессиональной ревности: выводить капитана из себя могла только она, его помощница. Через секунду узнала — и у самой кулаки зачесались. С самого утра их осчастливило визитом второе лицо делорской общины оборотней, Лайс Миллен. В отличие от вожака, спокойного и рассудительного — насколько можно оставаться спокойным и рассудительным, когда убивают спутниц и нерожденных волчат, — этот оборотень отличался вспыльчивостью и несдержанностью в высказываниях. Как он мог кем-то руководить и вести за собой общину, видящая не понимала. Наверное, у него все же есть и много положительных качеств, которые необходимы будущему вожаку, а излишняя эмоциональность — вполне изживаемый недостаток. Но изживаемый со временем, а сейчас Лайс Миллен являлся одним из самых неприятных существ, с которыми Таше приходилось общаться. К сожалению, все дела с оборотнями велись через него, поэтому общаться приходилось часто. И каждый визит стабильно скатывался к спорам и скандалам. Лайс переживал за собратьев и всей душой желал скорейшей поимки маньяка. Но совершенно не умел и не желал договариваться со следователями-людьми, считая их не то что неспособными — даже недостойными вести такое дело. Подобное отношение к страже не могло не сказаться на совместной работе.

Рик, заметив появление помощницы, разжал пальцы и откинулся на спинку кресла, глубоко вздохнув и успокаиваясь. Оборотень, приняв это в качестве своей победы, уселся на стул, расслабленно закинул ногу на ногу и швырнул к капитану по столу какие-то бумаги. Девушки за стеклянной стеной он по-прежнему не замечал, зато Таша отлично разглядела самодовольную ухмылку на его тонких губах, сделавшую лицо с острыми чертами еще более неприятным. Брезгливо поморщившись, видящая отвернулась и открыла верхнюю папку, словно бы изучая свалившийся на нее материал. Однако не видела ни слова из лежавшего первым протокола, напряженно прислушиваясь к тишине в «аквариуме» Рика. Каждая прошедшая секунда казалась вечностью…

Громкий вопль Лайса заставил ее подпрыгнуть.

— Да как вы посмели! Вам это просто так с рук не сойдет! За свою выходку вы еще ответите!

Оборотень подорвался с места в такой ярости, что Таша была уверена: вот сейчас-то она и увидит пресловутую частичную трансформацию, о которой ходит столько слухов и наличия которой хвостатые категорически не признают. Так и представлялась вытянувшаяся волчья морда с сотней зубов в оскаленной пасти, когтистая лапа-рука, стремящаяся вырвать Рику сердце… Но нет. Взбешенный оборотень круто развернулся на каблуках, чудом — не иначе — не врезался в стеклянную дверь, распахнув ее в последний момент, и, бросив на девушку в приемной неприязненный взгляд (на который Таша честно ответила таким же), покинул кабинет.

— И костюм у вас отвратительный, — пробурчала вслед волку видящая. — Кто в здравом уме наденет этот коричневый клетчатый ужас?

Но гость ушел — и слава звездам. А вот работа упорно дожидается, пока на нее обратят внимание. Девушка нехотя повернулась к папкам и потянулась за верхней, открытой.

— Таш, иди сюда, — позвал Рик, и девушка переключила внимание на него, мгновенно вспомнив, с чего хотела начать.

— Ты издеваешься, да? — хмуро поинтересовалась она, переступая порог. Рик вопросительно поднял брови, и Таша указала на стопку, выросшую на ее столе. — Мне с этим вовек не разобраться!

— Это… — Деррик поморщился и бросил мимолетный взгляд на стол помощницы. — Я не прошу тебя вести эти дела, да и не доросла ты еще. Мне нужно, чтобы ты просто просмотрела их и отделила действительно важную информацию от всякой чуши.

— А больше тебе ничего не нужно? — Таша ядовито-услужливо улыбнулась, скрестив руки на груди, и только мгновение спустя осознала, что подставилась, увидев, как блеснули глаза капитана Ирлина.

— Весьма любезно с твоей стороны спросить об этом, — предвкушающе оскалился Рик, протянув к ней руку через стол. — Подойди-ка ко мне.

Жест был вроде приглашающий, но Таша попятилась от этой руки, словно видящую воздушной волной отталкивали. Весь пыл мгновенно угас.

— Эм… мне и здесь неплохо, — нервно отозвалась девушка. В такой ситуации грозной воительницей, отстаивающей свои права, выглядеть не получалось. Скорее, Таша напоминала испуганно-любопытного ребенка, когда «и хочется, и колется». Опасливо следя за Риком, она отступила еще на шаг, сцепив для верности ладони за спиной.

— Таш-ша, — мягко позвал Деррик, и тихий полушепот ласкающим прикосновением скользнул по щеке.

Дыхание на миг перехватило. Звезды, а ведь он к ней даже не прикоснулся! Всего лишь позвал по имени…с этим оглушающим обещанием в глазах, парализующим волю. Замотав головой, видящая снова сделала пару шагов к двери.

— Ммм… раз у тебя нет никаких дополнительных поручений, я… займусь имеющимися. — Сглотнув, Таша облизала вмиг пересохшие губы и собрала всю волю, чтобы отвести взгляд от Рика. — Необходимо… разобраться со всеми этими делами…

Развернулась, бросилась к своему столу, видевшемуся единственным спасением.

— Трусиха, — полетело ей в спину с мягким смешком, от которого побежали мурашки.

Трусиха? Ну и пусть. Вы, капитан Ирлин, зверем являетесь пострашней того, что нарисовало пять минут назад ташино воображение. Тот монстр вырывал сердце и тем удовлетворял свою жажду крови. Вы же заберете сердце себе, наслаждаясь трофеем и смакуя каждый миг, что вел Ташу к поражению. Так что лучше быть трусихой, но на безопасном расстоянии от вас.

Сев за стол, прикрылась папкой и украдкой бросила взгляд на Рика. Капитан собирал обрывки бумаг, разбросанных по всей столешнице. Он что, порвал то, с чем к нему приходит Лайс? Ненормальный! Неудивительно, что оборотень заистерил. Вот только… а с чем он приходил?

Подавив в себе желание окликнуть Рика и выведать, в чем была причина спора, Таша постаралась сосредоточиться на отданных ей бумагах. Позвала дар, вникая в хитросплетения показаний, заявлений и приложенных экспертиз. Когда видящая чувствовала несоответствие, запрятанное в нагромождении слов, внутри что-то словно царапалось в виски. На ее счастье, лжи и недомолвок попадалось не так много, иначе к концу дня она свалилась бы с жесточайшей головной болью. В этом плане работать с контрактом, присланным отцу, было одно удовольствие. Дар довольно урчал, как бывало всегда, когда попадались «чистые» документы. Лишь в нескольких местах потребовал уточнения, о чем Таша и сказала отцу, на отдельном листе выписав необходимые вопросы. При работе с делами в Управлении на такую честность рассчитывать не приходилось.