Муравейник - Ольга Чепишко

Мужа повело в сторону. Он опешил, побледнел и присел на стул рядом со мной.

– Ого-го… – протянул врач, не отрываясь от блокнота. – Вот это новость. Поздравляю вас, ребята! – его шутка была ни к месту.

– Меньше работать надо, Руслан, – обратилась я к другу. – Раньше поздравлять надо было.

– Значит, былую утрату она из памяти вычеркнула, – рассуждал врач. – Дочь у нее родилась, Лидой зовут, – записал он.

– Я чего-то не понимаю? – вновь спросила я.

Влад закивал.

– Да, родная, – он все еще переваривал услышанное.

– А почему вы назвали ребенка Лидией? – поинтересовался Руслан у меня.

– Так звали ее любимую бабушку из Анапы, – опередил меня муж с ответом. – Ты тоже видел ее пару раз в детстве.

– Ааа… – друг уловил логику. – Все понятно, – он вернулся к блокноту и, размышляя, стал покусывать шариковую ручку. – Кстати, это важная деталь, – он снова перешел на шепот. – Думаю, она поможет нам в дальнейшем лечении.

– Интересно, как? – спросил муж.

– Чуть позже все расскажу, как только переговорю с коллегами. А что насчет Полины? – Руслан продолжал засыпать Влада вопросами. – Она ее помнит?

Влад опять обратился ко мне.

– Лоя, ты давно встречалась с подругой? – начал он. – Как у нее дела?

– О-о-о… – я поморщилась и скрестила руки перед своим лицом, открыто выражая неприязнь. – Понятия не имею. Мне даже не интересно. Я не общаюсь с Полиной уже лет пять, – я взглянула на потолок и погрузилась в воспоминания. – Когда-то у меня было много друзей, но каждый из них предал меня или забыл. Остался только ты, – я посмотрела на Руслана и улыбнулась. – «Дружба» вообще очень странное слово, каждый вкладывает в него что-то свое. Я всегда была открыта и добра к тем, кто называл меня своим другом: поддерживала их в трудную минуту, искренне радовалась их успехам, часто звонила, чтобы просто узнать, как у них дела… А люди пользовались моей добротой и даже не находили времени, чтобы поздравить подругу с днем рождения, – я пригорюнилась и печально вздохнула. – Так, год за годом я теряла друзей по очереди. И, к сожалению, кроме тебя никого не осталось, – я вновь улыбнулась Руслану. – А заводить новых друзей у меня желания больше нет.

– Интересно, – врач сделал очередную запись в блокноте. – Измену Лоя не помнит, но Полину называет предательницей, – прошептал он Владу. – Какая-то ерунда получается. Выясни, в чем тут дело.

– Угу, – кивнул муж. – Лоя, что произошло между тобой и Полиной? – спросил он меня. – Почему вы перестали общаться?

Я усмехнулась.

– Ты будто не знаешь. Она нашла себе новых приятелей: расфуфыренных девиц, помешанных на косметике, и смазливых юнцов, с которыми они все вместе развлекались на заднем дворе.

– В каком смысле развлекались? – не понял Руслан.

– В прямом, – серьезно ответила я.

Мужчины переглянулись.

– Я никогда не рассказывала вам об этом… А зря, – проронила я и взглянула на друга. – Тебе давно надо было расстаться с ней. Полина уже не та девочка из Анапы.

– Так значит, она изменяла тебе всегда? – Влад удивленно посмотрел на друга. – Сожалею… Я об этом не знал.

Руслан не был готов к такому повороту и слегка растерялся.

– Господи, какой я дурак…

– Прости, что не сказала тебе раньше, – промямлила я другу. – Не хотела делать тебе больно.

– Так значит… – врач задумался, – Влад не разбивал нашу семью. Ее разрушила Полина… – он положил блокнот с ручкой на тумбочку и присел на подоконник. – Уже давно…

Я опять потеряла нить разговора.

Влад подошел к Руслану и легонько похлопал его по плечу. – Все нормально, дружище. Вы же уже не вместе.

Тот несколько раз медленно кивнул.

– Спасибо, Влад. Только это не оправдывает твой поступок, – он немного посидел молча, приходя в себя, а потом вновь сосредоточился и вернулся к работе. – Что будет, если мы напомним Лое о каком-нибудь неприятном событии из прошлого? – тихо сказал Руслан. – Таком, которое она забыла. Возможно, тогда ей удастся вспомнить и все остальное?

– Хорошо, – Влад даже не задумался. Он присел передо мной на корточки, – Лоя, родная… – посмотрел в безумные глаза, взял мою ладонь в свои. – Прости… – еле слышно проронил муж и глубоко вздохнул. – Я предал тебя.

– Не понимаю… – произнесла я.

– Спальня Полины… Помнишь? – он «ковырял» мою душу. – Она встретила тебя в шелковом халате… – слова давались ему с большим трудом. – Ты еще подумала, что она спит с учителем музыки. Кажется, его звали Иван…

«Иван… Как же фальшиво подруга играла на пианино… – вспоминала я. – Шелковый халат… силиконовая грудь… смазливые юнцы… Иван… – все это кружилось в моих мыслях, но не было связано между собой. – Дом соседей… шампанское… столешница из оникса… девичий смех… хлопки Полины».

У меня заболела голова, я схватилась за нее руками и закрыла глаза.

– Давайте продолжим в другой раз, – спохватился Руслан. – На сегодня достаточно, Влад. Лое надо отдохнуть, а нам выпить кофе.

Муж поцеловал меня и попрощался. Руслан забрал свой блокнот с ручкой, и мужчины ушли.

Они покинули отделение и направились к кофейному автомату, взяли горячие напитки и решили подышать воздухом на улице. В саду у больницы благоухали цветы. Теплый ветер ласкал лица прохожим, а солнечные лучи слепили глаза. Мужчины спрятались в тень. Под ветками высоких деревьев стояла деревянная беседка. Они сели в ней друг напротив друга и, попивая кофе из пластиковых стаканчиков, продолжили разговор.

– Я постараюсь объяснить тебе все простым языком, – начал Руслан. – Причина нынешнего состояния Лои – шизофрения, развитие которой усугубилось из-за сильного негативного эмоционального удара. Ее психике и так хватало потрясений: первые симптомы болезни, детские травмы, потеря ребенка, предательство подруги и самого близкого человека – мужа… – он перевел дыхание. – Измена стала для нее, так сказать, последней каплей в переполненном сосуде. Думаю, именно в тот момент границы реальности и вымысла стерлись в ее голове. Хотя точно сказать нельзя… Возможно, ты помнишь, когда впервые она обмолвилась о муравьях? – спросил врач.

Влад отхлебнул кофе и задумался.

– Даже не знаю… – он закинул руки за голову. – Кажется, это случилось еще в съемной квартире. Мы тогда лежали в постели, и она говорила, что жизнь похожа на большой грязный муравейник… А в новом доме Лоя начала рисовать этих насекомых красками, – он старался вспомнить что-то еще. – Не знаю точно. Может, эти мысли о муравьях были