Будьте моей вдовой - Марина Сергеевна Комарова

Тварь ты джапонская, Отоко. Неужто больше заняться нечем, нужно только лезть на трон?

Ладони начало жечь от норовящей рвануть во все стороны чжу, что так и жаждала подпалить высочайшую задницу ненасытной скотины. И это я сейчас не про демона, которого собрались призвать. Временами демоны по сравнению с людьми очень милые создания. По крайней мере, они предпочитают жрать чужих, а не своих.

Пока они болтали, я окинул быстрым взглядом тории. Так, думай-думай-думай, шаман, что можно сделать. Пусть даже эти двое могут иметь какой-то опыт в призыве демонов, но сейчас Неделя Духов, поэтому случиться может что угодно — это знает любой дилетант.

Я скрипнул зубами, понимая, что не могу подойти и как следует все разглядеть — меня тот же час заметят. Поэтому работать надо на расстоянии. Я быстро нащупал костяные браслеты, обхватывающие запястье. Так, тут чжу достаточно, можно замаскироваться, хотя бы слиться с тьмой. Дальше… Нож на поясе, сюрикены — тоже. Ими можно запустить только под магическим прикрытием.

В следующий миг я сорвал несколько вырезанных из заговоренного нефрита, откровенно жалея, что нельзя было притащить с собой сундук артефактов. Тогда можно было бы спокойно разнести в хлам это милое местечко и не заморачиваться, даже если подземные боги выставят счет.

Шитара явно пыталась оценить обстановку из своего положения, только вот ремни не давали сделать это нормально. Плохо и хорошо одновременно. С одной стороны, она не помощница, с другой… не швырнет в меня потоком чжу, решив, что я заодно с этими уродами.

Прикинув, как ей можно дать знать, что подмога рядом, тут же откинул эту идею. Нормально — никак, а вот сдать себя — нечего делать.

Браслеты вспыхнули голубой чжу, мороз пробежался по коже, притягивая силу рода. Миг — бездонная тьма затопила меня с ног до макушки, пряча от чужих взоров. Осторожно крадясь, будто снежный барс за жертвой, я приблизился к ториям.

Нащупал в кармане флакончик с эликсиром. Кинул его перед выходом из дома по какому-то интуитивному позыву и, как оказалось, не зря. Трансформация сейчас в самый раз. Опрокинул в себя горьковатую жидкость, втянул воздух через нос, стараясь не издать ни звука. Спустя секунду поморщился, пережидая покалывание — голосовые связки перестраивались. В ладони начал свиваться узорчатый шар из чжу. Главное, правильно закрепить магические плетения, тогда кокон скроет от посторонних истинную суть.

Отоко стоял в стороне и не спешил подходить к ториям. Это был не лучший из вариантов, но что поделать.

Я увидел, что Давид, так его называла Шитара, приблизился к ней и занес нож, чтобы воткнуть в грудь. Резко прижал шар к груди, всё тело тут же пронзило болью, пламя опалило кожу, во рту пересохло. Тории содрогнулись, земля под ними задрожала.

— Что это? — заорал Отоко.

«Твой пожизненный срок в императорской тюрьме, милый», — подумал я и рванул вперед, чувствуя, как человеческое тело принимает огненный облик.

Жуткий рев сотряс своды пещеры, вода в подземной реке закипела и забурлила. Давида отшвырнуло в сторону. Ловко пущенный мною сюрикен вонзился в его плечо. Отоко в ужасе пополз в сторону, сообразив, что кто-то пришёл, не дожидаясь их зова.

В него вместе с потоком пламени полетел нож. Раздался болезненный крик.

Я метнулся к Шитаре, в карих глазах отразился ужас. Рванул её ремни, освобождая от пут.

— Беги, — произнес одними губами, точнее тем, во что они сейчас превратились.

Она нахмурилась, но в следующую секунду скатилась с камня и кинулась в сторону. Правда, далеко не пробежала — подвели, видимо, занемевшие ноги. Цуки проклятых долин, да что ж такое!

Я кинулся к ней, и тут за спиной зарычал кто-то ещё. И от этого звука мне стало дурно.

* * *

Нож только кольнул кожу, как в этот же миг произошло что-то необъяснимое.

Всё полыхнуло сумасшедшим рыжим огнем, заставляя зажмуриться. От рычания мне стало страшно, полыхнула мысль: «Это конец?». Но потом раздались крики, и волна пламени снесла Давида в сторону.

Что бы сейчас не явилось сюда, оно пришло не на их зов. Это я поняла, стоило только посмотреть на демона, походившего на живой огонь. Он горел так, что невозможно было дышать. Только вот глаза… Они были жёлтыми, как алмазы из императорских рудников, за которыми охотится половина мира. И в них не было злобы или жажды крови. По крайней мере, моей.

Я смогла лишь сдавленно охнуть, когда демон оказался рядом и освободил меня от ремней. По взгляду стало ясно, что мне дают возможность сбежать. Размышлять о причинах такого поведения было некогда. Я скатилась с жертвенного камня, резко вскочила и кинулась в сторону.

Ноги пронзило болью, в горле застрял вскрик. Тело было не готово к столь резким движениям. Матеря сквозь зубы всех уродов, решивших занять не положенный им трон, я ухватилась за бедро, растерла его и похромала дальше, стараясь это делать как можно быстрее.

За спиной что-то зашипело, а потом раздался новый рык. И вот от него уже застыла кровь в венах. Но обернуться я не успела, потому что меня вмиг подхватили сильные руки. Кожу обожгло, дышать стало невозможно, веки опалило жутким жаром.

Я замерла и зажмурилась, не в состоянии даже шевельнуться. Тот, кто был огнем, спасал меня дальше. Как окажемся в безопасном месте, я его обязательно отблагодарю, только бы выбраться отсюда.

Время застыло, пока мы неслись по подземному проходу. Мне удавалось только контролировать дыхание и молиться всем богам, чтобы не сгореть в таких, в прямом смысле, горячих объятиях.

Рычание за спиной затихло, послышались звук боя. Там кто-то ещё?

Не знаю, сколько длился этот ненормальный бег, пока наконец-то он не остановился и осторожно не поставил меня на ноги. Я покачнулась, но удержалась.

— Спасибо, — пробормотала, оборачиваясь, и тихо охнула.

Ничего похожего на огненного демона в стоящим за моей спиной не было. В полуистлевшей от жара одежде на меня с интересом смотрел высокий рыжеволосый мужчина, на груди которого висел ворох шаманских амулетов. Красивый, пусть и непривычной красотой для наших мест, где в основном темноволосые и темноглазые. Разлет темно-рыжих бровей, точные черты лица, белая-белая кожа. Такая… такая у Тэ, кстати. По разрезу глаз видно, что не тлен-авивец. Но и не джапонец. Выходец из тысячи народов Чайнани? Или откуда ещё?

Глаза… жёлтые, прозрачные, с пляшущими в них смешинками. Пусть сейчас они были не такими, как в огненном облике, но не нужно