Любовь предусмотрена контрактом (СИ) - "Китра-Л"

Похоже, действительно проще попросить что — то взамен.

— Кхм, — прочистила горло, осторожно приблизившись. — Речь идет об удовольствии, Тинхе. Для нас обоих. О хорошо проведенном времени. Как ты и говорил — свидание. Мне понравилось.

Граненные антрациты вернули свое внимание. В них все также плескалась травмирующая голодная пустота.

— К тому же, — поспешила добавить, — ты продолжишь учить меня обращаться с магией. — Постаралась улыбнуться. Где — то там, в панорамных окнах министерства виднелись силуэты пар, наслаждающихся званным приемом. — Совместим приятное с полезным.

Последнее добавлять не стоило.

Казалось сработал переключатель, сменив одну эмоцию Врага на другую.

— Свидание. Во время. Занятий? — С убийственно злой иронией произнес он, будто я только что нанесла ему смертельное оскорбление.

— Что не так? Простым смертным запрещено назначать свидание лэйтарцам? Приятное нельзя совмещать с полезным?

— Дробь, — твердо сказала Враг. — Жалкий класс, потертая мебель, прожженные заклинаниями обои, истрепавшийся ковер и два академических часа за фанерной дверью — это не то как пройдет первая ночь нашей страсти.

Ночь нашей страсти…

Теплая волна мурашек пробежалась по телу, пронзая судорогой острого физического желания. Отчетливо живо вспомнился обнаженный Странник, нависающий надо мной. Его жаркое дыхание и волнующая хрипотца. Настойчивые сильные руки на талии, ласкающие прикосновения жадных губ.

Всего лишь краткие мгновения нескольких встреч.

Ночь страсти? Я десяти минут не продержусь.

— А все должно быть? — Чтобы заговорить, пришлось впиться ногтями в кожу ладони, провоцируя боль.

— Кремовые тона, шелк, рельефное тиснение на стенах, — принялся буднично перечислять Тинхе, — большое открытое пространство, свечное и естественное освещение. Расположение окон охватывает направление востока и запада. Минимум искусственных ароматов. Предпочтительны запахи ванили и лаванды. Это малая часть списка. Я предоставлю полную версию к следующей встрече. Можешь внести пожелания в меню.

— Угу. — Сглотнула вязкую слюну. — Звучит пугающе проработано.

— Если ты хотела быстро, грязно и жестко, следовало сдаться, когда я желал тебя в качестве трофея.

Я не нашлась, что ответить. Мозг отказывался перерабатывать полученную информацию. Все, что во мне осталось, сосредоточилось на том, чтобы вцепиться в отвороты плаща и не тянуться к Врагу.

Как я раньше умудрялась сопротивляться?

— Список предусматривает дресс — код? — опасливо осведомилась. Появились некоторые сомнения, что меня пустят в описанное Тинхе место.

На прекрасное лицо мужчины вернулась знакомая усмешка.

— Не могу представить ничего лучше того, что уже есть. Строптивая Дробь, укутанная в мой плащ, и призывно манящая невинным взглядом из — под ресниц, еще долго будет преследовать меня в фантазиях.

Я пошатнулась.

Раньше мне не приходило в голову, что я могу быть участницей чьих — то фантазий. Точно не Тинхе. Не в эротическом смысле.

Почему — то это осознание сбивало с ног, сжирало кислород в легких.

Неужели он все это серьезно?

Я почти набралась сил, чтобы задать вопрос вслух, когда меня прервали.

Из темноты послышались одинокие зловещие аплодисменты.

По боковой лестнице поднимался Рэйн ле Маралль.

— 10 -

— Потрясающе. — С непонятным злорадством прошипел жених. — Как тебе прием, моя благоразумная невеста? Нашла ли развлечение по вкусу?

Нас разделяло метров пять, но я все равно ощущала эманации пышущей злобы, исходящей от Рэйна. Он замер на верхней ступеньке, буравя Тинхе ядовитым взглядом.

Две верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, будто мужчине в какой — то момент стало тяжело дышать. Костяшки пальцев побелели от напряжения. Правой рукой он сжимал рукоять меча, левая наполнялась магией.

Вопросы затопили мое сознание сметающей все на своем пути волной.

Твою мать, Дробь, как можно было так подставиться? Что Рэйн успел услышать? Есть ли разница? Как теперь быть?

Маг видел нас вместе однажды, скорее всего знает, кто набился невесте в репетиторы. Я пропадаю с приема и нахожусь на крыше с тем, кто нагло назвался будущим любовником.

Не имеет значения, что он слышал. Все предельно ясно без контекста.

Пока я соображала, Тинхе сделал первый ход

— Рэйн ле Мералль, — в своей манере поприветствовал он аристократа. Его голос снова стал глубоким, уверенным и пустым, как у диктора новостей в старых радиопередачах. — Не впутывайте Дробь в наши дела. Она всего лишь наивная иномирянка, падкая на сладкий зов магии. Многие ли способны перед искусным обращением с их чистым нетронутым даром.

Расцветающая злобой сирень столкнулась с затаившейся тьмой. Будто сошлись вместе две тектонические плиты.

Мне стало не по себе, а затем я почувствовала, что Тинхе собирается ненавязчиво отодвинуть меня в сторону, и пресекла это.

Нет уж. Не будут меня выставлять жертвой обстоятельств. Надоело. Не надо за меня вступаться. Эта катастрофа в зоне моей ответственности.

— Скройся с глаз, — буркнула Врагу, выходя к магу навстречу. — Рэйн, послушай, — у меня не было ни единой мысли, как сгладить ситуацию. Я только знала, что состояние ле Мералля давно на пределе и, если он опять сорвется, дело дрянь. Лучший выход для нас всех — это говорить. Убедить уйти туда, где больше народу. К мастеру Хат — Тэму, например. Он точно сообразит, что делать. — Я все объясню. Давай спустимся вниз и там все обсудим.

Маг примирительных слов не услышал. Он смотрел поверх моего плеча. И та ненависть, что отражалась на его лице, пугала до дрожи.

— На меня напали фанатики Георджиана. — Вновь затараторила, в надежде, что Враг уже отступает назад и развевается темной дымкой. — Против тебя готовят заговор. — В бессилии продолжила, начиная понимать, как все глупо и надуманно звучит. Во имя Атроса, Тинхе, хватит мяться, исчезни же! — Один из них назвал имя.

Я приближалась к Рэйну, но слова продолжали падать в пустоту.

А дальше произошло то, чего я никак не ожидала, хотя могла бы, учитывая, что из подобных событий состоит моя жизнь.

Дурацкое стечение обстоятельств, повлекшее мое полное поражение, как переговорщика.

— Не путайся под ногами. — Прорычал маг. — Разберусь с тобой позже.

Схватил меня за плечо и толкнул в сторону.

В обычный день я разве что запнулась бы. Но сегодня все шло не по плану. Я была измотана физически, морально и психологически. Чертовы каблуки, длинный и объемный плащ, плохо освещенная лестница — все против меня.

Ноги не удержали.

Я со стоном упала на ступеньки, и тихо всхлипнула, кода вес пришелся на ладони.

Ничего серьезного. От Клода оплеухи прилетали куда сильнее.

К чему я это рассказываю? К тому, что произошедшее выглядело гораздо хуже, чем являлось на самом деле.

Хрупкая женщина, швырнувший ее на ступеньки мужик. Она стонет от боли, он источает ненависть и агрессию. Она безоружна и беззащитна, он — сжимает кулак. Увидь я такое, влезла бы, не задумываясь о последствиях для себя и той самой женщины.

Я встряхнула сползшие на лице волосы, поджав губы от пронзившей запястья боли.

В движениях Рэйна возникла заминка. Будто засомневался, не переборщил ли?

Другое дело Тинхе. Там все было плохо. Не думаю, что когда — нибудь видела нечто похожее на его лице, в его позе, в ауре. Хотя он как раз должен понимать, что ничего страшного не произошло. Упала и упала.

Лэйтарцы не умеют любить. И если спросите меня, то скажу, что им не стоит.

В темноте блеснул свет клинка.

Давящая аура вспорхнула темными крыльями и опустилась на грудь.

— Ты ведь соврала мне, прекрасная Дробь. Не все синяки, что на тебе были, оставили георджианцы.

Ну обсуждали же. Избранные все время в ушибах, царапинах и синяках. Работа у них такая! Ну ладно, может не у всех. Большинство страдает от того, что не знает, кого из любовников пригласить в постель. Ну так я на полпути к этому. Планирую совмещать!