Отпуск с проклятым - Евгения Шагурова

— Красиво, — пробормотала чуть ли не одними губами, спеша запить свое странное состояние вином.

— Замерзла? — таки заметив, как я, поежившись, по новой принялась кутаться в плед, полюбопытствовал собеседник.

— Разве что только чуть-чуть.

— Обманываешь.

— А вот и нет, — заупрямилась я.

— Да, — продолжил настаивать на своем Лур, после чего поднялся и, повернувшись ко мне спиной, отошел к перилам.

Он что, обиделся? Или это очередная уловка, чтобы привлечь мое внимание?

Решив непременно это выяснить, тоже покинула свое место и, подойдя ближе, встала рядом. Не успела опомниться, как тут же оказалась в кольце мужских рук, плотно сцепившихся у меня за спиной. И судя по не давшим результата попыткам вырваться или хотя бы немного увеличить расстояние между нами, меня вовсе не собирались никуда отпускать.

— Опять за свое? А ну отойди, — гневно выпалила я, все ещё боясь поднять глаза на так неожиданно поймавшего меня в свою ловушку мужчину.

— Обязательно. Но сначала дай еще немного насладиться моментом. Тем более что только недавно сама у меня на коленях сидела. Да еще, ко всему прочему, и бессовестно на них ерзала.

— То было для дела, — пробурчала недовольно.

— Да? И какого же?

— Спасала тут кое-кого. Теперь вот мучаюсь сомнениями, а стоило ли.

— Может, и не стоило. Ай! Черт! Проклятье, чтоб его!

Еще мгновение назад крепко удерживая меня подле себя, уже в следующее Лур отскочил в сторону, как ошпаренный. Хотя почему «как». Так и было. Наскоро стянув с себя дымившийся изнутри пиджак, он снова повернулся ко мне спиной и принялся наскоро расстегивать и закатывать рукава рубашки.

— Дай посмотреть, — мысленно ругая себя за так не вовремя проснувшуюся жалость, попросила я, подойдя ближе.

— Не на что тут смотреть, — раздраженно раздалось в ответ.

— А мне кажется, есть, — заупрямилась, обойдя мужчину по дуге и, встав перед ним, испуганно воззрилась на сильно обожженную от запястья до локтя кожу. — Ужас какой. Лур, и это того стоило?

Не дожидаясь, пока мужчина сам попросит меня о помощи, скинула с плеч плед и принялась за лечение.

— Ты даже не представляешь, насколько мне дорога каждая минута рядом с тобой.

— Почему Ворти? — стараясь хоть как-то отвлечь собеседника от всей этой романтической чепухи, спросила первое, что пришло в голову. — Оно ведь даже близко не созвучно с твоей настоящей фамилией.

— Так звали того, кто впоследствии стал моим первым другом среди людей. Удивительная история. Особенно если учитывать, что он явился сюда ограбить меня. Если захочешь, как-нибудь расскажу тебе ее полностью. Но не сейчас. Я уже говорил, какое это удовольствие — ощущать на себе твои прикосновения?

— Почему у тебя щетина? У эльфов ведь не растут бороды, или я что-то путаю? — снова уводя разговор в сторону и продолжая сосредоточенно заниматься лечением, спросила я.

— Это маскировка. Чем дольше я ношу человеческую личину, тем реальнее она становится. И ты ничего не путаешь. У нашего народа нет растительности на лице. Кроме разве что бровей. А ещё ты можешь сколько угодно избегать темы про нас. Но мы есть. И прекрати уже противиться этому, загляни внутрь себя и поймешь — тебе от этого не сбежать и не спрятаться.

— Сними ее, — продолжив упрямо игнорировать все сказанное и из последних сил стараясь оставаться спокойной, неожиданно даже для самой себя выпалила я.

— Сначала поцелуй меня, — нагло раздалось в ответ, от чего я вконец опешила.

— Что?!

— Что слышала. Сделаешь это, и я сниму личину.

— Ты… Что?.. Нет! — воскликнула, сумев уверенно произнести лишь одно последнее слово.

Уже закончив к этому моменту с лечением, испуганно отскочила назад, боясь, что сейчас Луррел сам накинется на меня с поцелуем. Каково же оказалось мое облегчение, когда он так и не сдвинулся с места.

— Прости, я снова поторопился, — виновато произнес мужчина, опустив взгляд в пол, а до меня только-только дошло, о какой эмоциональности и импульсивности темных он сегодня весь вечер говорил. И это, если верить его словам, кто-то еще неплохо держался. Мамочки, что же за зверь сидит на привязи у него внутри? И самый главный вопрос: что будет, если его оттуда выпустить?

— Тебе не нужно меня бояться, Алиса. Я скорее сам пострадаю, нежели когда-нибудь посмею хоть как-то тебе навредить. Во всяком случае, намеренно.

— Это я уже поняла, — отозвалась, кинув быстрый взгляд на его ещё недавно покрытые жуткими ожогами руки. — Как и то, что оставлять свои попытки убедить меня остаться с тобой ты также не намерен.

— Нет, — твердо прозвучало в ответ.

— Что ж, — на всякий случай отступив от собеседника ещё на пару шагов, начала я. — В таком случае не вижу другого выхода, кроме как завтра же собрать свои вещи и съехать отсюда.

Вот такого калейдоскопа эмоций, который я теперь наблюдала во взгляде мужчины, мне видеть ещё не приходилось. Чего там только не было. Страх, растерянность и даже злость. А еще, кажется, мне таки удалось достучаться до чьей-то совести. И даже хорошенько ее встряхнуть.

— Ты не сделаешь этого. Тут живет вся твоя экскурсионная группа, — видимо, решив для начала разведать, насколько серьезны мои намерения, напомнил Лур.

— Ошибаешься. Сделаю. Я неплохо сэкономила за эту неделю на бесплатном проживании и еде. Поэтому теперь без особых проблем смогу позволить себе небольшой номер в гостинице на окраине Лондона. А если очень повезет, то и в самом городе. С гидом и транспортом уж как-нибудь договорюсь, — скрестив на груди руки и продолжив упрямо гнуть свою линию, отозвалась я.

— Алиса, не делай этого, — вот теперь, кажется, по настоящему поверив, что я говорила абсолютно серьезно, обратился ко мне мужчина. — Не уезжай. Прошу.

— Я бы рада, но ты своими попытками присвоить меня себе не оставляешь мне другого выбора. Впрочем, как и ваш массажист. Ты, кстати, в курсе, что у него в кабинете полнейшая антисанитария? Вообще не понимаю, как туда кто-то ходит. Так что лучше займись своим персоналом. А меня оставь в покое.

— Это не его вина, — раздалось вдогонку, когда я уже развернулась, чтобы уйти. — А моя.

— Что?! — резко крутанувшись на месте, удивленно воскликнула я. — Еще скажи, вы это специально подстроили.

Но, судя по уверенному кивку и невозмутимому внешнему виду, этот интриган не испытывал и капли сожаления о содеянном.

— Да это же полнейший абсурд! — возмущенно воскликнула я. — И как тебе такое только в голову пришло? Впрочем, не утруждай себя, поскольку я все равно не хочу этого знать.

— Я был в твоей комнате той самой первой ночью, — вопреки моим словам, начал собеседник. — Клянусь, не хотел