Огонь, пепел и ветер - Северина Мар

— В чем именно?

— Из-за вас мой бестолковый ученик попал в неприятности. Фрол Зерион догадался, что это он помог вам сбежать. Его заперли, чтобы потом наказать, но я помогла ему улизнуть и спрятаться. Хочу, чтобы теперь вы помогли мальчишке покинуть Лунный остров и укрыли его пока все не уляжется. Вы сможете это сделать?

— Да, разумеется, — очень быстро, словно вовсе не раздумывая ответил Кир Аверин.

Дальше они шли в молчании, и Агата гадала про себя откуда генерал знает сестру Ноксию, и почему Фрол Зерион вечно обо всем догадывается.

Туннель привел их в небольшую пещеру со спускавшимся по стене крохотным водопадом, уходившем вниз через трещину в полу. По центру стоял грубо сколоченный стол и пара скамей, а на тюфяке в углу сидел, поджав под себя ноги, брат Сильвий, казавшийся очень юным с растрепанными, давно нечесаными волосами. При слабом свете нескольких вещательных кристаллов, лежавших на полу и на столе, он даже ухитрялся читать книгу, которую ловко спрятал под подушку, как только они вошли.

— Генерал Аверин! — воскликнул он, вскочив на ноги. — Как вы очутились здесь, разве вы не покинули остров? — Затем он перевел взгляд на нее, и чуть ли не взвизгнул. — Госпожа Агата, вы живы?! Все уверены, что вы погибли! Брат Фрол отвел меня в подземелья ведущие к Драконьему ложу, прежде, чем обвинить в побеге генерала, но я не смог почувствовать вас!

— Это потому, что ты бестолочь и не развиваешь свой дар! — сварливо заметила сестра Ноксия, усаживаясь на скамью и водружая на стол корзину.

— Наставница, ну зачем вы так? — ныл брат Сильвий в ответ.

От переизбытка чувств он кинулся к Агате и пылко ее обнял, а затем бросился с объятиями и на Кира Аверина и тот неловко замер, словно не зная, как от него отделаться.

— Иди сюда, милая, поешь. Я слышу, как бурчит твой живот, — сестра Ноксия впервые обратилась к Агате.

Та села за стол напротив нее, и когда служительница извлекла из корзины хлеб, сыр, свежие оливки и орехи, без всякого стеснения набросилась на еду, не забыв поблагодарить служительницу. Вскоре к ней присоединились Кир Аверин и брат Сильвий.

— Так где мы оказались, сестра Ноксия? — спросил генерал, выпив воды из глиняной чаши. — Неужели мы в подземельях под Ониксовым дворцом?

— Да, все верно. Утром сюда пристали корабли из Приюта Цицелии. Говорят, что его величество вернулся обратно вместе с невестами и сегодня за ужином объявит свою избранницу и одарит ее золотым кольцом.

Агата загрустила, думая о том, как близко к победе она была, и как жаль теперь ее упускать.

— Я хочу присоединиться к остальным и объявить, что я жива, — подумав сказала она. — Вы с братом Сильвием можете бежать, я никому не скажу, что вас видела.

— Вы думаете, что это разумно? Вас едва не убили уже несколько раз, — заметил генерал Аверин, покосившись на нее.

— Теперь я знаю, что за всем стояла Исора. Я расскажу обо всем, что случилось. Уверена, дракон-император поверит мне.

Брат Сильвий слушал их, хлопая длинными ресницами. Агата рассказала ему, как Исора столкнула ее в провал.

— Что же, у вас может все получится, — заметил Кир Аверин. — Фрол Зерион ни в чем вас не подозревает, и потому пока не опасен, а нам с братом Сильвием надо бежать. Вдвоем мы сможем уместиться на моем рухе.

— Нет, я не могу бежать, генерал! У меня остались незаконченные дела, — заявил вдруг брат Сильвий. — И я не могу оставить дракона-императора пока он в опасности.

— Что вы имеете в виду?

— Знаете, когда я не работаю в библиотеке, не прислуживаю его величеству и не обучаюсь у наставницы, я помогаю в птичнике, где держат фератов, — сообщил брат Сильвий. — Мне нравятся птицы, и общение с ними славно успокаивает сердце, а жизнь-то у меня непростая и тревог много, сами понимаете.

— Потому что ты остолоп! — пробурчала сестра Ноксия.

— Так вот, фераты умные, как собаки, может быть даже умней, и я сумел выучить некоторых из них, хватать незнакомых птиц, прилетающих на остров, и приносить мне или отбирать у них послания. Так я, кстати, перехватывал некоторые приходившие вам письма, генерал, но не суть. Так вот, утром того дня, когда я помог вам сбежать, фераты принесли мне почтового ворона.

— Ворона?

— Да, к его лапе было примотано послание.

— Я слышал, что раньше андалурцы использовали воронов, как почтовых птиц, но откуда им взяться на Лунном острове? Здесь правят чайки, а не вороны.

— Когда посол Андалур прибыл на Испытание медного кольца, он привез с собой десяток этих птиц. Якобы в подарок для императорского зверинца. Их не успели отправить в Ониксовый дворец и взяли с собой в Приют Цицелии. Создания это неприхотливые и не опасные, они спокойно сидели себе в клетках. Думаю, что, кто-то легко мог взять одного из них, чтобы отправить послание.

— Но, но это же значит, что… — с жаром начал Кир Аверин и тут же осекся, словно собственные мысли его напугали.

— Да, это значит, что на Лунном острове подле самого дракона-императора прячется пособник Андалур, и, может быть, вовсе шпион!

Глава 21. Шпион и поэмы о королеве

— Любая из оставшихся невест может быть андалурской шпионкой, — сказал брат Сильвий. — О госпоже Магде известно очень мало. Она приехала из небольшой деревни в глуши Срединных равнин, у них даже не было своего святилища дракона-императора и некому было за нее поручиться. Госпожа Исора и вовсе прибыла с Вольных островов, которые, как вы знаете, посещают и андалурцы и жители Империи. Княжна Лидия часто бывала там в компании своей матушки или отца, а княжна Елена провела на островах едва ли не год после подавления восстания. Их обеих могли завербовать андалурцы.

Кир Аверин нахмурился, но не стал выгораживать перед всеми свою сестру.

— Среди служителей тоже могут скрываться предатели, — сказал он.

— Исключено. Тут все всех знают.

— Шпион мог оказаться на острове давно, в числе сирот принятых на воспитание, например.

— А, так вот вы о чем!

Агата слушала их разговор, становившийся все более напряженным, но думала о своем. Опустив глаза, она смотрела на собственные пальцы, и, разглядывая два оставшихся кольца, размышляла, вспоминала и сопоставляла все, что произошло с начала Отбора.

Все вдруг встало на свои места и разрозненные детали мозаики образовали единый рисунок.

— Это Исора, — сказала она. — Исора — шпионка Андалур.

— Госпожа Агата, если ваша подруга столкнула вас в пропасть это еще не