Искорка надежды - Софья Коваль

— Да, — растягиваю буквы, — они хороши.

— Тебе повезло, что ты выйдешь за младшего принца, — мечтательно вздыхает Анисса. — Нянечка всегда читала мне сказки о принце, который принёс свет миру.

— Что за сказка? — не стесняясь, спрашиваю девушку с набитым ртом.

— Нянечка их сама придумывала. У неё был талант.

— Она тебя любила, — делаю вывод.

— Ну, она позволяла мне читать книги, а родителям говорила, что я сплю. А ещё бегать по сугробам, когда матушка уезжала по делам. В общем, она подарила мне то детство, которое должно быть у каждого ребёнка.

— Ты воспитывалась в строгости, — беру кремовое пирожное в форме цветка, — не знаешь, что такое озорство, — хитро улыбаюсь и подхожу ближе. Анисса уже вытянулась в струнку. — Сейчас мы это исправим.

Размазываю крем по кружевам её платья. Она вскрикивает, злится, чем привлекает внимание женщин. Я смеюсь и тянусь за другим пирожным, но этажерка с ними уже в руках Аниссы. Она с победным видом берёт выпечку и бросает в меня. В последний момент уворачиваюсь, и всё самое вкусное летит в женщину, давно греющую уши неподалёку от нас.

Синхронно замираем. Зал смотрит на нас, мы вдвоём — на присутствующих. Стихли даже музыканты.

— Кажется, сейчас начнётся война, — заговорщически шепчу девушке. — Боеприпасы на месте? — Получаю в ответ тихое «угу». — Отступаем.

Делаем шаг назад, ещё один и ещё пару маленьких шажочков.

Ноги Аниссы путаются в юбке платья, и она падает назад, бросив вперёд пирожные. Естественно, несколько из них задели пышные наряды повелительниц мод. Я смеюсь громко и заливисто. Молодые девицы, прожжённые и продажные стервы, гордость своих матерей, брезгливо ведут носом при виде этой картины. Поднимаю более-менее целое пирожное и бросаю в ближайшую девицу. Зелёный крем сочетается с цветом её рыжих волос и привносит дополнительное украшение её причёске. Она вспыхивает гневом и тянется за тарталеткой. Видимо, близкая ей подруга говорит не делать этого, и в неё летит вторая тарталетка, а первая пролетает между мной и Аниссой.

Далее, подобно цепной реакции, начинается война едой. Вот это я понимаю девичник перед свадьбой. Сюда бы ещё горячего парня, чтобы раздевался, а голодные девицы обмазывали бы его кремом с пирожных, но страшно представить, чем бы закончился такой вечер.

Над нашими головами, как пули, пролетают закуски, фрукты и даже посуда. Мы с Аниссой вымазаны в креме и масле от жирной еды. Спрятались за столом со скатертью и переводим дыхание, не скрывая задорных улыбок. Повсюду слышатся визги, крики девушек, вопли матерей и булькающие звуки, когда снаряды попадают точно в цель.

Королева бы никогда не додумалась таким образом начать революцию в моде.

Некоторые особо злопамятные девушки пошли дальше и начали рвать платья друг другу, не стесняясь в выражениях. Парочку запомнила и отложила в словаре ругательств. Когда стану королевой, я смогу ими в полной мере высказать своё негодование.

Вот вам и элита общества!

— Нам нужно как можно скорее покинуть это место, пока наши матери не нашли нас, — сказала я, прикрывая голову руками, и на них попал кусок пирога.

— Как? — спросила Анисса, и в этот момент рядом с её юбкой приземлилась курица с яблоками.

— Ползком, — ответила я, пытаясь найти путь к отступлению. — До той двери недалеко.

Мы подняли юбки наших платьев и, быстро перебирая ногами, побежали от стола к столу, прикрывая головы опустевшими подносами с едой. Они пару раз спасли мою голову от сотрясения мозга яблоками.

Закрыв за собой дверь, мы прислонились к ней спиной, чтобы отдышаться. Сквозь плотное дерево слышались приглушённые визги и крики, а также увещевания женщин постарше и звуки ударов еды о дверь. Через некоторое время музыканты начали играть весёлую мелодию, что, очевидно, придало этому цирку особое очарование.

Мимо нас проходили мужчины. Их шокированные взгляды и короткие поклоны говорили о том, что им в диковинку видеть девушек в таком виде. Они предлагали свои расшитые и накрахмаленные носовые платки, словно это могло спасти нас.

— Нам нужно отмыться, — сказала Анисса, стряхивая с себя остатки пищи. — Я пойду прикажу набрать воды.

— Подожди, во дворце должна быть большая купальня, — ответила я с намёком на продолжение банкета. — Ну, давай же. Вино, купание, фрукты. Веселье в самом разгаре.

В этот раз она согласилась сразу. Задор и веселье сделали своё дело.

Позже я подумаю, что всё случившееся было влиянием настроения, но сейчас слуги набирали нам тёплую воду в огромной каменной купальне. Добавляли туда лепестки цветов и разжигали огни. Нас облачили в рубахи для купания, от которых я ранее отказалась, но показываться Аниссе во всей своей первозданной красоте я не спешила. Объяснять девушке все прелести лазерной эпиляции я была не готова.

Высокая температура воды и вино сделали своё дело. Нас разморило, и наши разговоры стали всё более откровенными, невнятными и переходили в необоснованный смех. Мы плескались в воде, как две сирены, опускаясь по подбородок в воду. Наши сорочки прилипли к телам, и я увидела, что фигура Аниссы хрупка и утончённа. Корсет ей совершенно не нужен. Зачем? Чтобы он сделал её талию неестественно узкой? Что за бред?

— Зачем ты носишь корсет? Я считаю, тебе он не нужен! — сказала я.

— Леди Фрея, вы сломали сегодня десятки устоев, давайте корсеты оставим на потом, — хихикнула девчонка и сделала ещё глоток вина. С трудом его проглотила и отставила бокал подальше.

— Нет! Они отвратительные, вот. Завтра же прикажу отказаться от них.

— Женщины будут в ужасе. Возможно, вы не замечаете, но при виде вас их дрожь пробирает.

— Старые курицы заслужили эмоциональную встряску.

— Это точно, — ответила Анисса, закрыла глаза и нырнула под воду. Вынырнув, она продолжила: — Но трясутся они за деньги, которые не смогут потратить на новые наряды и увеселения. Правда, у некоторых женщин запросы поинтереснее. Я слышала, что одна купила себе мужчину для ласк.

— Кого?

— Себя конечно. Он на полном её содержании и ещё он скопил себе на сытое проживание до конца своих дней.

Кое-что неизменно в обоих мирах.

Мы побыли ещё немного в купальне, но камни начали остывать, и мы решили, что пора расходиться. За окном уже давно ночь. Слуги проводили меня до покоев, где я удобно улеглась на постели голышом, оставив рубашку и халат на кресле. Укрывшись покрывалом, я отключилась быстро и резко.

Глава 23

Мне жарко, по телу струится пот, влажные волосы прилипают