План: не влюбиться в герцога. Провален - Валя Романова

Неожиданно фигура русалки заговорила:

— Мариника, вот ты и выросла достаточно, чтобы полностью осознать свое происхождение и получить доступ к семейной реликвии. Мы с отцом позаботились о сохранности этой вещицы. Найти ее могла только ты. Другой человек или русал даже не увидел бы эту маленькую пещерку. Все дело в медальоне. В него мы заложили родовую магию. И мы очень рады, что ты полюбила кого-то также искренне, как и мы когда-то друг друга. Будь осторожна и пронеси эту любовь через года и препятствия. Такое слияние душ бывает лишь однажды. Не теряй это.

Затем картинка померкла, оставив лишь тоску на сердце и слезы на щеках. Родители верили, что я смогу быть счастлива, а я лишь подводила их ожидание. Даже с Дэймондом у меня нет никаких шансов! И столь важный эликсир я беру, чтоб убить человека, а не спасти его.

Как же наши ожидания не схоже иногда с реальностью!

У меня не было времени на сантименты. По крайней мере, я выбрала такую отмазку. На самом деле, мне было слишком тяжело и больно смотреть на исчезающие силуэты.

Поэтому я поскорее взяла склянку из сундука и поплыла назад, к императору. Что ж, Ваше Величество, мы на финишной прямой!

На берегу меня уже заботливо ждала кучка моих вещей, взятых из палатки. И все участники нашей экспедиции собрались возле нее, в нетерпении ожидая меня.

Первым подскочил император. Он еле дождался того, как я оденусь, и почти выхватил эликсир у меня из рук.

— Стойте! — пришлось мне сочинять на ходу. Мне нужно было поменять склянки. Я совсем не продумала этот момент! — там, где я его нашла, было послание от прошлой обладательницы эликсира. Перед тем, как увезти его из энергетического дома, он должен ночь настояться. Энергия войдет в него. Без этого все его лечебные свойства будут просто вытеснены другой энергией. Так что пока не пройдет ночь, вам даже не стоит трогать его.

На самом деле, я боялась, что император сможет запомнить склянку и узнать подлог, хоть внешне эликсир был таким же, как и тот, что мне дали в порту. Да и мне нужно было время, чтобы поменять их.

В глазах императора пронеслось неверие. Он уже собирался чем-то возразить, но тут в игру вступил герцог:

— Это как с чешуей русалки. Среди столичных модниц ходит легенда, что из нее можно сделать мазь для волос, которая придает им шелковистость и ускоряет рост. Прежде чем делать из нее мазь, чешуя должна сутки провести в руках русалки. Некоторые из них так заработали себе авторитет в тюрьмах.

Я не знаю, правда это или нет, но эта история была как никогда кстати. Император обернулся на герцога. Взгляд его смягчился. Видимо, своему верному псу он верил больше, чем мне. Сейчас это сыграло мне на руку.

— Да, верно. Здесь тот же принцип. — абсолютно не зная ничего об этом, произнесла я. Главное — говорить уверенно.

Император помахал головой.

— Значит, нам нужно остаться тут еще на день. Ночи же хватит. — после моего утвердительного кивка император немного успокоился. Ему хотелось поскорее попасть в столицу и спасти своего сына и свое положение. Но вам это вряд ли удастся, господин Арчибальд.

Все разбредись по своим делам. Кажется, тому, что мы остались, были рады только я и парочка влюбленных, которым продлили отдых на острове. Они решили поплескаться в воде, бегая друг за другом и смеясь, чем вызывали только раздражение. Император, заметив, что я тоже смотрю на них, вопросительно посмотрел на меня, спрашивая, не хочу ли я также. Я лишь заливисто рассмеялась и отошла от берега.

Все мои мысли были заняты зельем. Кажется, меня ждет еще одна бессонная ночь. Мне нужно дождаться пока все заснут, а затем укромно спрятать настоящий эликсир жизни. Нужно срочно переговорить с герцогом. Только его помощь сможет спасти.

Герцог обнаружился глубоко в острове. Он лежал на траве и смотрел на кроны деревьев. Он будто совсем не замечал моего приближения, но совсем не выглядел удивленным, когда я легла рядом с ним. Первое время я молчала. Мне нравилось наблюдать за птицами, пролетающими от дерева к дереву. Мне нравилось смотреть на облака, бегущие по небу. Мне нравилось чувствовать мокрую траву под собой. И мне нравилось, что Дэймонду тоже все это нравилось.

Он взял мою руку и сплел наши пальцы. Тепло чужой ладони разливалось теплом во мне. Это дарило мне стойкое чувство безопасности и спокойствия. А также ещё не до конца умершие бабочки в моём животе взлетали, щекоча меня изнутри.

Но и это мгновение не могло длиться вечно. Вскоре тучи покрыли небо. Птицы стали истошно кричать и прятались по гнездам. Я замёрзла, лёжа на влажной земле. А рука человека больше не дарила нежность, а тянула вниз, словно балласт. Я сбросила её и заговорила:

— Дэймонд, на свой страх и риск спрошу, могу ли я на тебя и на твою помощь надеяться?

Герцог осторожно посмотрел на меня. В его глазах читалось беспокойство. Но он ничего не мог изменить. Я всё равно буду рисковать.

— Конечно, Мари. Всегда и во всём. — словно завет произнёс генерал.

— Отлично. Сегодня ночью мне снова нужно исчезнуть. Сможешь это организовать?

Герцог задумался.

— Думаю, Райана не станет проблемой. Она будет с капитаном. А охрану я смогу устранить. Когда?

— Как только все, кроме нас, заснут.

Я была удостоена долгого и упрямого взгляда. Словно только своими глазами, герцог хотел отговорить меня от бездумного поступка, совсем не осознавая, что мой план я проворачивала в голове сотню раз.

— Хорошо, Мари. Хорошо. Что ж ты такое задумала? И правильно я понимаю, что завтра увижу тебя в последний раз?

Он так резко это произнёс, что я невольно дёрнулась. Кажется, догадаться было не трудно. Но то, с какой тоской он это произнёс, говорило о том, что он это давно понял.

— Как только ты добровольно согласилась на это плавание, я понял, что твоя конечная цель — освобождение. Теперь ты русалка. Это будет не трудно, не так ли? — спросил герцог, понимая, что для меня легко бросить его.

— Не говори никому, Дэймонд. Мне нужно, чтоб всё получилось так, как я задумала.

— Конечно, я буду молчать, Мари. Твоя